Печать Забытой магии (СИ)
Грустная усмешка искривила призрачные губы Клауса.
– И что же случилось? – Лиам, пытливый ум, не дал нам погрузиться в свои мысли. Он нашел источник недостающей ему информации и сейчас буквально требовал рассказать ему все до конца.
– Война, мальчик мой. Страшная, бессмысленная война магов мертвых за право своего существования. Именно печатники придумали, как можно закрыть какой-либо вид магии, и с магами живых все прошло гладко и спокойно. Если не считать того, что мир содрогнулся в тот момент, когда магию отрезали от источника. Мы не знали, не понимали, что именно они задумали. Это же не просто закрыть магию в каждом маге. Нет, они запечатали источник. Поэтому потом появились людки, дети, которые должны были получить этот вид магии, рождались с искрой, но она не могла пробудиться, и тоже самое они хотели сделать с нами!
Я лично поднял армию мертвых против Сильнейших. Жалко только управлять тысячами тел невозможно, до поля боя дошли только пару сотен, а сражаться смогли и того меньше. И это я, один из сильнейших представителей магии мертвых на тот момент. Жалко, что ничего не получилось. Меня убили одним из первых. О том, что Сильнейшие добились своего, я понял только после того, как ваша Птичка разбила мой схрон. А уж про состояние наших земель и то, к чему привела глупость Сильнейших, я вообще говорить не хочу.
– Особо не о чем и говорить, тут сказано, – Лиам задумчиво погладил обложку своей книги, – что после того, как магию запечатали, произошел большой распад. Не все были согласны с политикой Сильнейших, решивших провозгласить себя самыми главными на Кранталисе, а присяжных Печати сделать своими палачами. Естественно, их все боялись, после того, что они смогли сотворить. Так появились пять королевств. Самостоятельных и независимых друг от друга. И то, что я натворил…
– Ты прочитал только одну печать?
Этот вопрос был сейчас, наверное, самым важным и я не мог не задать его.
– Я испугался того, к чему привело мое любопытство. Ты, вы, – Лиам перевел взгляд с меня на Дэма, – слишком много времени провели в изоляции, скрываясь за стенами своего замка, и не знаете, что происходит в мире. Вы хоть читали новостные листы?
– Нет, но к нам заходили молодые маги смерти. Необученные горячие головы, мечтающие о власти, не думаю, что сейчас они несут большую опасность.
– Нейтан, ты видел небольшую кучку подростков у себя на пороге. А таких магов во всем Ирисгвине не десятки и даже не сотни. И не все они дети. Ровно половина от населения людок получила магию смерти. Как думаешь, что они могут сделать?
Думать даже не приходилось, ответ был на поверхности:
– Посеять хаос.
Ответил, признавая, насколько был слеп.
– Развязать новую войну, – дополнил Дэмиан.
– И что с этим со всем делать?
В дверях гостиной стояла Вероника. Ее глаза лихорадочно блестели, выдавая беспокойство, а и без того светлая кожа сейчас была белой, как верхушки гор, покрытые вечным льдом.
Птичка слышала если не все, то многое. Дэмиан, опередив меня, подлетел к ней и крепко обнял. Встретившись со мной взглядом, он решительно произнес:
– Нужно срочно решить что-то с Гэйром, и, видимо, пришло время навестить Тёрнера и Забытую Академию.
Глава 22 Нейтан
После недолгих споров было решено, что первым делом мы отправимся в Эйтану, вопрос с Гэйром нужно уладить и срочно. А так как деревня стоит недалеко от границы с Триалисом, там и определимся, куда направляться дальше в первую очередь. Сразу к Сильнейшим или сначала в Забытую Академию. В одном Лиам был прав, мне необходимо узнать масштаб проблем, связанных с появлением магов смерти. Но и бросить своих людей на произвол судьбы тоже было неправильно. Кто знает, как надолго в этот раз придется покинуть дом. Вероника, сверкая глазами, твердо заявила, что отправляется с нами, и никакие уговоры не действовали на упрямую девушку. Как и на Дэмиана, хотя с ним мы спорили до хрипоты. Я был уверен, что безопаснее всего будет, если он во время путешествия будет находиться в хранилище, а Дэм убеждал, что ничего с ним не случится, ведь в случае малейшей опасности для нас с ним я могу активировать кристалл, и он тут же будет заточен в свою "тюрьму". Клаус даже не спрашивал нашего мнения, просто сказал, что в пыльном замке он всегда успеет насидеться, и улетел, потрясая своей тростью. Самым разумным из нас оказался Лиам, молча выслушав наши споры, молодой печатник встал на ноги и спокойным тоном попросил:
– Если вы не против, то я пару дней бы отоспался и привел себя в порядок, прежде чем присоединиться к вам. Вряд ли вы успеете в Эйтану быстрее, с учетом плачевности деревень.
И этот нахал оказался прав.
Проведя бессонную ночь в кресле у своей кровати, я и подумать не мог, насколько долгой будет наша дорога. Но как я мог спать, когда в моей кровати мирно сопела Птичка, а на полу, перебирая ее пальцы, сидел Дэм и так же, как и я, наблюдал за спящей девушкой.
Оставлять ее в гостевом крыле я не захотел. Да и она призналась, что не хочет спать там, где по коридорам летает ворчливый призрак и живет неизвестный ей парень.
– Ты каждую ночь проводил с ней? – спросил, наблюдая за Дэмианом.
– Я не сплю, так почему бы мне не проводить свое время, охраняя сон той, которая стала небезразличной.
Ночью мы не стали продолжать тот разговор и так было все ясно, а вот сейчас, идя по дороге к ближайшей деревне, где мы рассчитывали взять туранов для дальнейшего путешествия, я не мог отвести взгляд от Вероники. То, каким взглядом она рассматривала все вокруг себя. Каждое растение, пыльную дорогу, небо с виднеющимися на его фоне верхушками гор. Казалось, что Птичка видит этот мир не так, как мы, живущие в нем, видит и влюбляется в него с каждым вздохом. Естественно, мы с Дэмианом не могли не обратить внимания на эту девушку. Даже если бы она не умела прикасаться к Дэму как к живому, рано или поздно он бы пал жертвой ее обаяния.
Дорога до Калео, ближайшей к замку деревне, была легкой и прямой, ни подъемов в гору, ни резких спусков, иди да наслаждайся. Вот только вид покосившихся домов, усталых людок и измученных голодом животных был неприятным сюрпризом для нас всех. Да, мы уже знали, что Темные земли переживают не лучшие времена, но видеть это через связь хозяина с землей и вот так, своими глазами, оказалось большой разницей. Дэм, как выяснилось, в этой деревушке не был, не хотел пугать жителей своим появлением днем. Зато сейчас мы появились тут шикарной компанией…
– Вась! Вася, помоги женщине, ты видишь, ей тяжело тащить тюк!
Видя, с какой прытью ручной зомбик Птички ринулся помогать перепуганной его появлением женщине, я только вздохнул. Говорил же, что не стоит его брать с собой. Но Вероника уперлась как драв – с места не сдвинуть.
– Нейт, – свистящий шепот Вероники привлек мое внимание, – это что, курица четырехлапая?
Проследив за взглядом девушки, чуть было не рассмеялся.
– Нет, это кута, они всегда так выглядят.
– ЭТО кута?! Господи боже мой, а мне так нравился вкус супа из нее. Какой ужас!
Развернув Веронику в сторону другого двора с покосившемся домом, посмеиваясь, познакомил ее с еще одним зверем:
– Смотри, а это туран. Конечно, конкретно этот имеет жалкий вид, животное недоедает явно, но даже в таком состоянии он лучшее, что могла придумать природа для перемещений по горным дорогам.
Вероника молча рассматривала животное, неосознанно прижавшись ко мне спиной.
– Я всегда думала, что на Земле звери созданы идеально для своей местности. Наверное, ваши тоже отлично вписываются в условия их места обитания. Но выглядят они жутко!
– А что не так с тураном?
К нам подлетел Дэмиан и встал рядом, тоже рассматривая зверя с лохматым загривком.
– Все с ним для меня не так. С виду помесь козла с конем, только без гривы и рогов. Это я бы могла понять. Но у него обезьяньи лапы. С пальцами! И хвост, он же им цепляется, да?