Воздушная гавань

— Чудачка! — позвала Бриджет. Легко прикоснулась к спине Роуля, и кот сразу поднял голову.
— Ну, конечно, — сказал он, широко зевнув. — Что-то они быстро.
— Ведут себя так, словно чужое мнение совсем их не волнует, — сухо отметила Бриджет.
— Подозреваю, что ты права, — проворчал Роуль. — Но это их территория. Мы должны выказать им свое… — на этих словах кот содрогнулся всем телом, — уважение.
Твердо кивнув, Бриджет обратилась к Чудачке:
— Роуль пойдет впереди. Держитесь со мной рядом, не отставайте ни на шаг и постарайтесь смотреть на каждую кошку не больше пары секунд, они от этого нервничают. Договорились?
— Ни о чем не беспокойтесь, — сказала Чудачка своей банке кристаллов. — Я буду вас защищать.
— Вот и хорошо, — вздохнула Бриджет и встала, как только Роуль спрыгнул с ее коленей. Протянула руку Чудачке и помогла хрупкой эфирреалистке подняться на ноги.
Роуль оглянулся окинуть девушек непроницаемо-загадочным взглядом и легко потрусил вперед.
Вслед за парой котов-посланцев они нырнули во тьму, которая, набухнув, очень скоро поглотила их вовсе. Если б не Чудачка с ее банкой выдохшихся люмен-кристаллов, Бриджет пришлось бы, наверное, двигаться на ощупь. В сосуде, который несла эфирреалистка, хранилось, пожалуй, несколько сотен маленьких кристаллов, — и каждый производил некое, пусть и блеклое, подобие своего изначального света. Каждый из них едва был бы способен достаточно развеять мрак, но вместе они излучали нежное, подобное легкому туману свечение, которое, во всяком случае, позволяло Бриджет не отставать от котов и при этом не ударяться о стены и не спотыкаться об отбросы на плитах туннеля.
Пара воителей, ступавших впереди, — а они не могли оказаться никем другим, учитывая их размеры, молчание и надменную манеру держаться, — вела их все дальше по вентиляционным туннелям восточной стороны Копья. Хотя по замыслу Строителей Альбион представлял собой в сечении идеальный круг, каждый жилой дом, расположенный внутри этой окружности, имел прямые углы. Дополнительные пространства заполняли различные вспомогательные системы — накапливающие воду цистерны, вентиляционные туннели, сточные каналы и прочее. Обыкновенно кошки предпочитали селиться в узких туннелях вентиляции. В один из них Бриджет едва сумела втиснуться и продолжала движение, искренне уповая на то, что Наун ждет их в каком-нибудь из туннелей пошире или на их пересечении.
Несколько минут спустя они достигли большой камеры, где, очевидно, их решили принять. Это было просторное помещение со стенами, тянувшимися вверх — куда-то за пределы досягаемости света от банки Чудачки, футов сорок шириной и вдвое больше в длину. Сюда сходились сразу восемь вентиляционных туннелей, и живое дыхание Копья кружило тут с непрестанным, подобным тихому вздоху гудением.
В дальнем конце зала были расставлены отдельные предметы мебели, включая скамеечку для ног, деревянный стул, высокий барный табурет и солидный, покрытый темным лаком стол. Выставлены они были именно в таком порядке, выполняя, очевидно, функцию ведущих к возвышению ступеней.
На этих ступенях или на плитах пола у их подножия сидели с десяток воинственного вида котов и кошек; на большом столе восседал в одиночестве мускулистый кот чистейшего черного цвета, чьи глаза были настолько сужены, что казались почти закрытыми. Чуть ниже, на барном табурете расположился Ниин, сохранявший скучающий вид, хотя его хвост нервно хлестал из стороны в сторону.
— У него своя мебель? — едва слышно поразился Роуль. — Ого! Просто возмутительно! Зачем все это? Котам подобные вещи не нужны.
— Тогда почему мне начинает казаться, что скоро ты потребуешь купить несколько стульев и для себя? — поинтересовалась Бриджет.
— Сейчас это не важно, — шикнул на нее Роуль. — Подобные вопросы мы обсудим позже.
Бриджет обвела взглядом зал — с улыбкой, но стараясь при этом не показывать зубов. На них смотрело великое множество кошек. В тусклом свете импровизированной лампы Чудачки девушка могла различить только их неясные фигуры и огоньки света, отраженного зелено-золотыми глазами.
 
Сотни огоньков.
— Вот это да, — прошептала Чудачка. — Здесь куда больше кошек, чем я успела увидеть за всю прежнюю жизнь. А еще — глядите. Котята.
Бриджет резко вскинула бровь и повернула голову, чтобы вглядеться в сторону, куда Чудачка показывала своей банкой. Там ей действительно удалось заметить несколько пар маленьких глазок, многие из которых продвигались вперед: котята с любопытством крались ближе к гостям, навострив уши и вытянув шеи. Вот это казалось странным. Кошки не имели обыкновения показывать людям своих чад. Даже Бриджет и ее отец, поддерживавшие тесную дружбу с кланом Тихих Лап, встречали котят не больше пяти-шести раз.
И вот сейчас Девять Когтей принимали их в том же общем зале, где заботились о своем потомстве. Если учесть…
— Это все они, — шепнула Роулю Бриджет. — Весь клан целиком. Котята и все прочие.
Сузив глаза, Роуль издал тихое горловое ворчание.
— Невозможно. Слишком много туннелей нуждаются в присмотре и в защите от вторжения…
Однако Бриджет заметила, что, даже произнося это, Роуль не прекратил прочесывать зал взглядом, оценивая примерное число хозяев.
— Они обеспокоены, — прошептала Чудачка. — Сбились вместе ради безопасности.
— Кошки так себя не ведут… — сказала Бриджет. Вернее, начала говорить, но осеклась.
Охотясь или защищая свою территорию, кошки определенно собирались в группы, ведь так проще и спокойнее.
Тем не менее они точно не выставляли подобные вещи напоказ, ведь любое посягательство на независимость считалось неприемлемым.
Даже слаженная «команда» выполняющих одну миссию котов со стороны выглядела скорее случайно сбившейся стайкой и держалась вместе не дольше, чем то абсолютно необходимо. Вожди кланов, вроде Мауля или Науна, сохраняли свое положение через плотную и запутанную сеть личных отношений. Общего согласия они достигали, ведя переговоры один на один, а в случае необходимости добивались своего посредством давления — либо применяя силу, если одного давления оказывалось мало. Убедить десяток кошек прийти к единому мнению почти по любому вопросу казалось почти невозможным.
Но заставить несколько сотен кошек собраться вместе, отказаться от личной территории, разделить с кем-то свое пространство… Просто неслыханно, в самом буквальном смысле. Расскажи ей кто-нибудь, Бриджет ни за что бы не поверила. Что же, во имя Всевышнего Бога, творится в этом хаббле?
Роуль двинулся вперед, шествуя по темному залу так спокойно, словно вокруг не собралось достаточно кошек, чтобы, в случае чего, насмерть задавить их троих одним своим весом. Если рассуждать о способах смерти, подумалось Бриджет, перспектива быть задушенной теплыми, мягкими и пушистыми зверьками выглядела менее устрашающе, чем некоторые из других вариантов, которые ей приходилось рассматривать в последнее время, однако девушка все же предпочла бы избежать такой участи. Роуль, вообще говоря, умел очень точно оценить ситуацию, но в тех случаях, когда прирожденная интуиция или уверенность его подводили, неизбежно разворачивались события, достойные подробного описания в дневнике. Бриджет очень надеялась, что сегодня до этого не дойдет.
Направившись прямо к низкой скамеечке, Роуль забрался туда с таким спокойствием, точно это место принадлежало ему по праву. Сидевшие там коты были вынуждены в самый последний миг спрыгнуть с нее, неловко уступая дорогу. Не задерживаясь там, Роуль продолжил восхождение по остальным предметам мебели, пока не достиг высокого табурета, на котором сидел Ниин. Поднявшись туда, Роуль бесстрастно уселся рядом с былым соперником в переговорах и выжидающе воззрился на Науна.
Наун наблюдал за восхождением, сузив глаза. Потом, дернув кончиком хвоста раз-другой, он повернулся к Ниину.
Ниин поднял лапу и принялся тщательно ее вылизывать. Он не полностью игнорировал вождя своего клана, — но, как показалось Бриджет, вплотную приблизился к некоей черте.