Воздушная гавань

Человек Гвендолин сдвинула брови.
— В каком смысле «наметили»? — Опустив глаза, она быстро оглядела себя. — Кто-нибудь прицепил что-то к моему платью?
Человек Бенедикт медленно выдохнул сквозь зубы.
— Наметили как цель, как будущую жертву, сестрица. За нами следят, нас преследуют.
— Кто?
— Грабители, скорее всего, — ответил человек Бенедикт. — В хаббле Платформа промышляет сразу несколько банд.
Человек Гвендолин сощурилась.
— Понятно. И кто же нас наметил своей целью, поподробнее?
— Слева от тебя, — начал рассказ человек Бенедикт. — Футах в десяти за нами, темно-коричневая куртка, черные волосы, лет двадцати. Он смотрит в сторону — следит за отражениями в окнах, мимо которых мы проходим. Второй идет впереди, чуть правее. Тот, в нелепой шляпе.
— Вижу, — отвечала она. — Каковы обычные действия для подобных ситуаций? Как поступают с грабителями?
— Лучше было бы не попадаться им на глаза.
— С этим мы уже оплошали, — с раздражением в голосе ответила человек Гвендолин. — Еще варианты?
Человек Бенедикт явно смутился.
— Сестрица, откуда мне знать? Грабители еще ни разу за мной не ходили.
Обдумав это, она кивнула.
— Все ясно.
И тогда, не тратя больше времени, чем необходимо для того, чтобы сделать шаг, человек Гвендолин развернулась, вытянула перед собой руку в боевой перчатке и выпустила разряд.
Почти невидимый сгусток силы и жара с воем пропорол воздух и врезался в каменный фасад ближайшего здания, в каких-то паре футов от головы следовавшего за ними грабителя. Световая вспышка заставила Роуля пригнуть голову в попытке защитить глаза, и сразу за этим по уличным плитам застучали выбитые взрывом каменные осколки.
Грабитель (подобно, пожалуй, доброму десятку людей, случившихся поблизости) отчаянно взвизгнул, отпрянул от вспышки всем телом и, с изумлением уставясь на выжженный, испускающий дым кратер в стене, хлопнулся задом на мостовую. Вся улица словно замерла, и все как один с оторопью уставились на маленького человека Гвендолин.
Девушка шагнула к упавшему грабителю с кристаллом перчатки, еще тлевшим на ладони. Ткнув указательным пальцем правой руки в сторону обмершего грабителя, она твердо и очень громко, чтобы вся улица слышала, проговорила:
— Ты.
Сидевший на плитах человек не сводил с нее глаз.
— Марш домой, — процедила человек Гвендолин. — Прямо сейчас. И сообщи своим хозяевам, что мы им не добыча.
Еще несколько секунд эхо этих слов затихало, ударяясь о стены каменных зданий.
Губы грабителя несколько раз дрогнули. Он затряс головой, изображая кивок, с трудом поднялся на нетвердые ноги и поспешил ретироваться с глаз долой.
Впечатленный, Роуль вновь обратил взгляд на человека Гвендолин. В точности так и следует поступать с предполагаемыми грабителями. Инстинкт и реакция человека Гвендолин были практически сообразны его собственным.
— Творец Пути… — едва слышно ахнул человек Бенедикт. — Сестрица, ты только что разрядила перчатку на многолюдной улице!
— И уберегла нас от бандитского нападения, — ответила человек Гвендолин. — Никто не пострадал. Право, кузен, у нас нет времени на подобные глупости.
Шагнув вперед, она встала на колено, чтобы заглянуть в испуганные глаза человеческого котенка, приведшего их сюда.
— Грейди, — пропела она сладким голоском, — зачем ты затащил нас в эту западню?
— Неправда, — скривился проводник, чье лицо побелело под слоем грязи. — Я бы не стал! Это неправда, мисс!
— То есть ты совершенно случайно повел нас глухим проулком, полным бродяг, ищущих, кого бы им обчистить? Хочешь, чтобы я в это поверила?
Человечек с трудом сглотнул слюну. И потом быстро заговорил:
— Я знаю другой постоялый двор, мисс. Рядом с галереей, на самом виду. Если пожелаете, я отведу вас туда.
— Один раз ты меня обманул, стыд тебе и позор, — сказала Гвендолин. — Обманешь снова — я решу поджарить тебя просто из принципа.
Человечек глядел на нее во все глаза, замерев с приоткрытым ртом.
— Кыш! — крикнула Гвендолин и топнула ногой.
 
Грейди повернулся и дал стрекача.
— Уверена, что не хочешь еще раз стрельнуть ему под ноги? А то он как-то медленно убегает, — сухо осведомился Бенедикт.
— Не дразни меня, Бенни, — ответила ему Гвендолин. — Если нельзя довериться одному проводнику, не стоит доверять никому из них. Кто сможет поручиться, что в следующий раз нас будут ждать не грабители, а аврорианские лазутчики? Жду твоих предложений.
Бенедикт насупился ненадолго, но потом пожал плечами:
— Есть одно местечко, где, мне кажется, нас точно не обманут.
— Великолепно, — одобрила Гвендолин. — Туда и отправимся.
— Нам сюда, — вздохнул Бенедикт, и они продолжили свой путь по узким улочкам хаббла. Лишь немного погодя человек Бенедикт повернулся взглянуть в глаза Роулю.
— Спасибо, — коротко поблагодарил он кота.
Роуль сладко зевнул, весьма довольный, что благодаря ему люди избежали разбойного нападения.
— Да, я такой… — промурлыкал он.
  
 
Глава 25
 
ОБЩИНА ПУТИ, ХАББЛ ПЛАТФОРМА
Бриджет осторожно шла тесными проходами хаббла Платформа, стараясь подмечать любые намеки на источники новой опасности, — и при этом чувствовала себя так, словно ее отправили в лавку за покупками, но забыли рассказать, что именно ей нужно купить. Как выглядит назревающая угроза? Бриджет решила, что, будь опасность открытой и явной, ее любой успел бы заметить, но ей было совершенно невдомек, на что похожа вражеская засада, если еще ничего не случилось. Ей пока не встретился никто в зловещем черном плаще с капюшоном, никто на ее глазах не подкручивал навощенные кончики усов, которые имеются, кажется, у каждого театрального злодея, — хотя, надо полагать, настоящие злодеи редко проявляют любезность, называя свои имена и громко объявляя о намерениях. В конце концов, это одна из тех неприятных черт, которые и делают их злодеями.
Бриджет постоянно поглядывала на Роуля. Она ни за что не призналась бы в этом маленькому нахалу, но кот, вероятно, гораздо лучше нее представлял себе, что может представлять угрозу, а что — нет. Сегодня Роуль самодоволен просто до невыносимости: ведь ему удалось предупредить их о слежке грабителей. Если теперь спросить у кота совета, он по гроб жизни будет ей это вспоминать.
В свою очередь, Роуль настороженно оглядывался по сторонам, принюхивался и крутил ушами, впитывая все картины и запахи этого занятого, маниакально активного хаббла.
Запруженные людьми лабиринты торговых палаток и прилавков близ воздушной гавани оказались только предвестниками настоящих торговых районов. В одном лишь квартале Платформы было больше лавок и магазинов, чем во всем хаббле Утро! К тому же свое вертикальное пространство местные жители разделили пополам, так что наверху расположился целый второй уровень, заполненный, по-видимому, еще большим количеством предприятий и торговых точек.
Каждая тесная улочка здесь была отдана какому-то определенному ремеслу или роду занятий. У жестянщиков и кузнецов имелась своя улица, жаркий воздух которой полнился звоном ударов металла о металл. Была и целая улица бумажников, причем здесь витали такие тяжелые запахи, сопутствующие их труду, что Роулю пришлось зарыться носом под руку Бриджет, — так он и сидел, пока они не свернули за угол. Между улицами красильщиков и кожевников расположилась улица чанерий, и буквально все здесь куда-то очень спешили, обгоняя их медленно шагавшую группу с ворчанием и упреком во взглядах.
Разнообразие встречавшихся им людей поражало не меньше. Бриджет всегда считала хаббл Утро самым пестрым и радушным во всем Копье, точкой средоточия всей культуры Альбиона, но — пусть чужаки не были там чем-то неслыханным — ее родной хаббл не шел ни в какое сравнение с тем, что творилось здесь.