Воздушная гавань

Бриджет бросила взгляд за плечо, где рядом с мастером Ферусом шагал Бенедикт, не отходивший от старика больше чем на пару шагов. Он нес на плечах собственный рюкзак и огромную холщовую сумку, по-видимому, с поклажей мастера Феруса и его ученицы. Нес он их с отрешенным лицом, но непрерывно стрелял глазами по сторонам, — даже здесь, в хаббле Утро.
— И вовсе я не переживаю, — ответила Бриджет. — Я просто… оцениваю вероятные случайности.
— Например, падение с острия Копья? — промурлыкал Роуль.
Бриджет проглотила застрявший в горле комок.
— Да.
— Или то, как из тумана вылетит огромный зверь и сожрет тебя?
— Уверена, башня прекрасно защищена от маревых проглотов.
— Или потерю рассудка под прямыми лучами Солнца?
Пальцы Бриджет безотчетно потянулись к шее, на которой болтались гогглы с защитными линзами.
— Роуль, друг мой, порой ты кажешься идеальным маленьким чудовищем.
Кот на ее руках небрежно махнул хвостом:
— Я идеален во всем.
— Вы говорите с кошками, мисс Тэгвинн? — спросил шагавший рядом с девушкой человек. Капитан Гримм, с рукой на все той же истрепанной перевязи, выглядел так, словно вот-вот рухнет от переутомления, но голос его был ровным и вежливым, а взгляд — бодрым.
— Не очень хорошо, — призналась Бриджет. — Хотя, честно говоря, мне кажется, что большинство кошек понимают каждое сказанное нами слово. Конечно, кроме тех слов, которые они отказываются понимать.
Улыбнувшись, капитан опустил глаза на Роуля.
— Звучит не очень-то любезно по отношению к герою.
С недрогнувшим самодовольством Роуль опять повел хвостом.
Это заставило Бриджет улыбнуться и зарыться носом в шерсть на кошачьем загривке:
— Он правда герой. И деспот.
Бросив вверх быстрый взгляд, кот широко зевнул.
— Верно, верно, — коротко хохотнул Гримм. — Кот, живший на «Дерзком», походил на него точь-в-точь. Приказов старался не слышать, и всем нам очень повезло иметь его на борту.
— Вот этот… — мяукнул Роуль, щурясь на Гримма. — Этот тип кажется разумнее большинства других людей, Мышонок. Я решил позволить ему остаться с нами.
— Весьма здравое решение, — сухо одобрила Бриджет. — Учитывая то, что летим мы именно на его корабле.
Похоже, Гримм догадался о смысле реплики Роуля и чуть поклонился коту.
— К вашим услугам, сэр. А вот и гвардейская застава.
Их небольшая экспедиция достигла верхней площадки спирали, ведущей к докам. Над воротами наружу была опущена толстая металлическая решетка, и охраняли ее не меньше двух десятков вооруженных флотских. Гвендолин Ланкастер, очевидно, отнеслась к своему долгу весьма серьезно: она уже подошла к стражам, чтобы заговорить с их командиром и предъявить ему сопроводительное письмо копьеарха. Не сказать, чтобы ее появление обрадовало сержанта. Гвен скривилась, уперла в бедро кулак и что-то сказала ему с довольно суровым выражением лица.
Обветренное лицо мужчины побагровело, но он коротко рявкнул приказ и махнул рукой. Кто-то из его подчиненных подошел к решетке заграждения и начал тянуть за веревку, которая ее поднимала, открывая путь к верфям.
Из внешнего мира сквозь решетку лился свет — почти такой же яркий, как вспышка от разряда боевой перчатки. Его сопровождало свежее дуновение ветра, куда холоднее воздуха хаббла, в котором выросла Бриджет. Острый и колючий, он принес с собою нездешние ароматы — дерева, в том числе горелого дерева, металла и чего-то еще непонятного.
Капитан Гримм что-то сказал ей, но Бриджет не уловила, что именно. Вместе они одолели подъем по остатку пандуса и попали в объятия пронизанного запахами ветра и слепящего солнечного света.
Свет этот был ярок, мучительно ярок, подобно внезапному осознанию истины: она предпочла бы быть кем и чем угодно, лишь бы не собой. Бриджет пришлось зажмуриться, когда струя холодного воздуха ударила ей в лицо, окончательно смешав все чувства. Она в жизни своей не испытывала ничего подобного.
Только теперь, в панике, она вспомнила, как это опасно — позволить прямому свету коснуться незащищенных глаз, и вслепую начала дергать гогглы на своей шее. Управляться одной рукой было не очень-то удобно, но в конце концов девушке удалось поднять и прижать очки к лицу дрожащими пальцами.
 
Темные линзы смягчили ярость солнечного света, и Бриджет вдруг прозрела.
Чтобы сразу об этом пожалеть.
Верфи оказались переполнены странными строениями, и воздушными судами, и спешащими людьми, хотя все это сейчас не имело особого значения. Подняв голову, Бриджет почувствовала, как из-за потери ориентации ноги перестают ее поддерживать.
Тут не было потолка.
Тут не было потолка!
Ее взгляд поднимался все выше, и выше, и выше, и выше, — но наверху, над головой не было ровным счетом ничего, разве что пелена легкой дымки, которая протянулась куда-то в безбрежную высь. Бриджет ощутила вдруг, что балансирует на краю пустой бездны и что один неверный шажок предаст ее, отправив в бесконечный, страшный полет. Она резко опустила голову, уперев взгляд в плиты под ногами, борясь с нестерпимым желанием упасть ничком и, растопырив пальцы, изо всех сил вцепиться в твердый, надежный копьекамень.
— Спокойнее, — донесся до нее голос капитана Гримма. — Я понимаю, что для некоторых первый раз становится серьезным потрясением, мисс Тэгвинн.
— Извините, — выдавила она. — Не хочу устраивать тут сцен. Обычно мне удается держать себя в руках.
— И у вас это получается лучше, чем когда-то у меня самого, — сказал Гримм. — Лично я моментально расстался с завтраком и еще много дней не мог заставить себя оторвать глаз от пола.
— Как же вы в итоге справились?
— Я не оставлял попыток и однажды смог поднять глаза, — сказал он. — Со временем полегчало. Не будьте к себе излишне строги, мисс. Это пройдет.
— А вот мне все это кажется крайне любопытным, — объявил Роуль спокойным, довольным тоном.
Бриджет сдержала нечто, что могло на выходе оказаться либо нервным смешком, либо жалким всхлипом. Как знать? Девушка по-прежнему испытывала слабость и головокружение, но эта проблема, очевидно, разрешится сама собой. Небо не собирается исчезать. Поэтому она вдохнула поглубже и заставила себя снова поднять взгляд.
В туманной зыби был смутно очерчен яркий круг. Пылающий шар Солнца. Таким Бриджет его прежде не видела, без фильтрации и рассеивания сквозь полупрозрачные секции в отдельных залах хаббла. Солнце горело как ни одна виденная ею свеча или кристалл.
— Это… — выдохнула она. — Это так красиво.
Гримм задрал голову вверх и улыбнулся.
— Зрелище бледноватое, — признал он. — Придет время, и вы увидите, на что похоже небо на самом деле.
— Хотите сказать, — спросила Бриджет, поводя рукой, — оттуда, сверху?
Повернувшись, она увидела, как капитан Гримм пристально смотрит ввысь, невозмутимо улыбаясь.
— Оттуда. Из глубокого синего неба. Если солнце кажется вам красивым, подождите, пока не увидите его безо всякого тумана. И луну тоже. И звезды. Нет ничего прекраснее звезд в ясную ночь, мисс Тэгвинн.
— Но разве… — выдавила Бриджет, — это не опасно? Смотреть на это? Мне казалось, все люди, которые занимались подобным, сходили с ума.
— Ну конечно, в течение дня вам понадобится носить защиту для глаз, это правда, — ответил Гримм. — Наши воздушные суда скользят по эфирным потокам, а те испытывают довольно странное влияние солнечных лучей. Если не прикрывать глаза очками, может пострадать и рассудок.
Бриджет перевела взгляд вперед, на мастера Феруса.
— Значит, поэтому… Вот почему соратник лорда Альбиона сам такой… ну, необычный?
— Он эфирреалист, мисс Тэгвинн, — пожал плечами Гримм. — Эфирные потоки омывают людей — совсем как вода, которая обтекает камни. Но для некоторых из нас все иначе: эфирная энергия не струится мимо, а пронзает прямо насквозь. Эти люди притягивают поток к себе… — Замолчав, он досадливо помотал головой. — Для таких, как мы с вами, мисс, защитных очков вполне достаточно, но для людей вроде мастера Феруса защиты не существует.