Ревнивый опекун
Неожиданно перед Стивом возникла расплывшаяся фигура. Марта, служившая домоправительницей у Треворов с незапамятных времен, ахнула и прижала руки к пышной груди.
– Боже мой, мистер Стив, как вы напугали меня!
– Доброе утро, Марта. – Стив тепло улыбнулся. – Я как раз направляюсь на кухню. Запах кофе просто восхитителен.
– Почему вы не сказали мне, что уже встали? Я бы давно спустилась на кухню и приготовила вам завтрак. Идите в столовую и садитесь за стол, а я тем временем сделаю что-нибудь для вас, пока не соберутся остальные.
В памяти Стива из детства возникли картины обильных завтраков, которые до сих пор выставлялись на столе каждое утро, несмотря на то, что ни он, ни его братья и сестра не притрагивались к ним.
– Не беспокойся, – быстро сказал Стив. – Спасибо большое, Марта, но боюсь, у меня нет времени на завтрак. Тороплюсь на деловую встречу. – Нахмурившись, он посмотрел на часы. – Мне надо быть на месте менее чем через час. Я возьму чашку кофе в свою комнату. – Стив снова улыбнулся и слегка обнял старую женщину за плечи. – Я когда-нибудь говорил тебе, что ты готовишь самый лучший в мире кофе?
Щеки Марты порозовели от комплимента.
– Подождите здесь, мистер Стив, я принесу вам кофе.
– Еще чего. – Стив медленно направился к двери. – Можно подумать, я не знаю, где находится кухня.
– Конечно, знаете, но так не положено. Ваш отец говорил…
– Мой отец больше не является хозяином этого дома, – Стив понимал, что говорит гораздо резче, чем хотелось бы, поэтому смягчил жесткость слов, теплой улыбкой. – Послушай, что я предлагаю. Мы сейчас пойдем на кухню и вместе все приготовим.
Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем обитатели этого дома привыкнут к тому, что теперь здесь все изменилось? – подумал Стив несколько минут спустя, когда ставил чашку на ночной столик в своей спальне.
Ричард Тревор больше не является хозяином этого дома. Он вообще перестал быть хозяином, чего бы то ни было, размышлял Стив, снимая шорты и футболку. Доказательством этого явилось вчерашнее официальное вскрытие завещания.
Ничего неожиданного в нем не оказалось. Покойный отец семейства оставил личную собственность, особняк и огромные участки земли Марджори, а многомиллионный промышленный конгломерат «Тревор индастриз» завещал сыновьям.
Лучи солнца, струившиеся через окно, приятно грели обнаженное тело Стива. Он вытянул руки и согнул их в локтях, мускулы заиграли, перекатываясь под загорелой кожей. Затем «пошел в ванную, примыкавшую к спальне, встал под душ и пустил струю на всю мощь.
Старика хватил бы удар, услышь он разговор наследников, состоявшийся после чтения завещания. Едва адвокаты покинули дом, Йен произнес с сарказмом:
– Вот это подарок! Как раз то, о чем я мечтал всю свою жизнь – кусок «Тревор индастриз».
Вслед за братом слово взял Тим.
– Я мимо. Можете взять мою долю.
Стив растянул губы в подобие улыбки, обнажив ряд ровных белых зубов.
– Однако, приятель, ты слишком щедр! Он подошел к бару вишневого дерева, открыл бутылку бурбона, налил приличные порции всем присутствующим и произнес то, чего всегда придерживался:
– Я скорее буду воровать колпаки от колес, чтобы добыть себе пропитание, чем возьму хотя бы крошку с чужого стола.
Йен и Тим дружно рассмеялись. Йен поднял бокал с бурбоном высоко над головой.
– Прекрасно, – сказал он. – Полное единодушие. Новые директора империи Треворов посовещались и приняли судьбоносное решение.
– Да-а, – произнес Стив, и три бокала звякнули, коснувшись друг друга. – Единогласно проголосовав, директора решили пока заняться делами компании вместе, а потом…
Прошло еще несколько минут, и наследники пришли к выводу, что «Тревор индастриз» надо выставить на торги, а вырученные деньги отдать на благотворительные цели. Затем братья снова подняли бокалы – на этот раз, чтобы выпить за приправленное горечью признание, к которому были готовы всю свою сознательную жизнь.
Сыновья Ричарда Тревора на протяжении многих лет игнорировали своего отца, ссорились с ним, боялись и презирали его, и никогда не любили человека, давшего им жизнь.
* * *Стив вышел из-под душа, насухо вытерся полотенцем и, не одеваясь, направился в спальню. Вот и все. Через несколько часов он будет в Чикаго. Йен в Детройте, а Тим вернется в Лондон. Мардж, разумеется, останется здесь – она принадлежала этому месту и была счастлива, унаследовав поместье.
Стив чертыхался, с нетерпением ожидая, когда сможет вернуться в свой мир, к привычной жизни. Надо еще уточнить кое-что в последнем контракте, да есть и другие дела, требующие доработки. Стив улыбнулся, натягивая свежую сорочку на широкие плечи. Он, конечно, был немного резковат с Лорой, да еще это красное неглиже… Но Стив и раньше, случалось, бывал, грубоват с женщинами – это происходило, когда интересы дела вставали на пути личной жизни. Две дюжины красных роз на длинных стеблях, коробка швейцарского шоколада…
На его губах мелькнула насмешливая улыбка. Лора успокоится и простит.
Правда, была еще Диана Уильямс с дразнящим мельканием черного кружева, когда она резким взмахом закидывала одну длинную ногу на другую.
Стив ухмыльнулся, надевая брюки. Вот задача – выбрать одну из двух. А может, не стоит мучаться – в Чикаго полно женщин. Красивых и разных. Мужчине не хватит жизни, чтобы выпить нектар из всех этих цветков. Правда, это не означает, что он не признает верности.
Стив сделал петлю на галстуке и плотно затянул узел. Я всегда хранил верность, подумал сердцеед, насмешливо улыбнувшись… пока продолжалась связь с женщиной.
Он посмотрел в зеркало и надел пиджак. Спортсмен в шортах и футболке исчез. Вместо него появился ухоженный мужчина, обличенный в элегантный костюм. Именно таким и был настоящий мистер Тревор. Человек с небритым лицом, в помятых шортах и футболке был лишь напоминанием об оставшейся в прошлом жизни. Стив и сам не понимал, почему хранил старую спортивную форму. Она была настолько потрепанной, что давно уже должна бы сгнить на какой-нибудь свалке.
Поморщившись, он запихнул шорты и футболку в боковое отделение дорожной сумки. Сейчас не время для философских размышлений. Его ждет деловой завтрак с Терри Тайчером. – Тебе надо встретиться с этим парнем, – решили братья. – С юристом должен говорить юрист.
Негодяи, добродушно подумал Стив, закрывая за собой дверь спальни. Не то, чтобы он возражал против этой встречи. Понятно, что Тайчер добивался разговора, чтобы не остаться в стороне, когда будет формироваться новое руководство «Тревор индастриз».
Стиву не терпелось увидеть лицо Терри, когда тот узнает о решении наследников.
* * *Два часа спустя Стив распахнул массивную входную дверь особняка. Он сразу направился в столовую, где, как и предполагал, все уже были в сборе. Тим и Йен дурачились, как ни в чем не бывало, а Марджори, как любящая мамаша, с улыбкой на устах взирала на шалости своих старших братцев.
Дьявол! – подумал Стив со злостью. Почему именно ему выпала «честь» быть гонцом плохих вестей?
– Чем вы тут занимаетесь? – рявкнул он. – Мы уже давно не дети, – я говорю на случай, что кто-то забыл об этом.
Братья повернулись к вошедшему. На их лицах читалось неподдельное удивление.
– Стив! – вмешалась Мардж. – Что с тобой?
Вместо ответа он вытащил из кейса папку с деловыми бумагами и бросил на стол. Затем подошел к буфету и налил себе чашку горячего кофе.
– Со мной все в порядке, – сердито ответил Стив. Но по выражениям лиц присутствующих понял, что ему не верят.
– Ну ладно, выкладывай, – спустя минуту сказал Тим. – О чем хотел поговорить с нами Тайчер?
Скулы Стива заметно напряглись.
– О проблемах, – мрачно проговорил он. – Именно о них Терри и хотел поговорить.
Йен нахмурился.
– Каких еще проблемах?
Стив взял в руки папку. Нечего тянуть резину – эти проблемы надо решать, как можно быстрее.