Изгои (ЛП)

Следующая пещера была меньше, чем та, в которой они с Шонетт находились в плену. Внутри было гораздо темнее. Она находилась дальше в стене, и свет костра снизу не проникал внутрь. Бекка заглянула в темноту. Все, что она увидела от Полин - это одну голую ногу, белая плоть которой выделялась на фоне черноты.
- Полин? Это я, Бекка.
Нога дернулась.
Бекка поспешила внутрь и бросилась к Полин, и чуть не вскрикнула, увидев состояние раненой женщины. Существа избили Полину еще хуже, чем Шонетт. Как и другие женщины, она была раздета и изранена. Ее дорогая, некогда идеальная искусственная грудь была покрыта глубокими порезами и царапинами, которые не смог бы залечить ни один пластический хирург. Ее живот и бедра были так же изуродованы. Ее губы были потрескавшимися, а некоторые ногти отсутствовали, скорее всего, она обломала их о камни, когда сопротивлялась. Часть волос была вырвана из кожи головы, оставив розовую, сочащуюся рану. Один глаз был опухшим и закрытым. Другой был окружен синяками. Ее руки и ноги также были в синяках - ужасающая радуга тошнотворно желтого, красного, черного и фиолетового цветов. Хуже всего было повреждение у нее между ног. Разорванное влагалище сочилось кровью и какой-то слизью. Казалось, что ей кто-то засунул руку внутрь, а потом вывернул ее наизнанку, так и оставив висеть внутренности наружу.
Когда Бекка увидела это, она вздрогнула и начала плакать.
- О... Полин, ты меня слышишь?
Она погладила Полин по волосам, и та зашевелилась, моргая глазами.
- Б-бека?
- Да, это я. Не пытайся говорить, хорошо? Мы должны вести себя тихо.
Полин кивнула в знак понимания. От движения она тихонько застонала. И снова закрыла глаза.
- Сильно болит? - спросила Бекка.
- Довольно... довольно сильно. Они...
- Я знаю. Тебе не нужно говорить. Я знаю, что случилось. Они сделали то же самое со мной и Шонетт.
- Шонетт жива?
- Да. Она рядом. Мы выберемся отсюда и найдем помощь. Теперь все будет хорошо.
Несмотря на очевидную боль, которую это ей причиняло, Полин покачала головой.
- Нет, не будет. Ничего и никогда больше не будет в порядке.
- Да, будет. Мы пройдем через это. Вот увидишь.
- Нет, Бекка. Ты не понимаешь, - oна облизала свои потрескавшиеся и кровоточащие губы, а затем продолжила. - Когда я была старшеклассницей, парень, с которым я пошла на выпускной... он изнасиловал меня. Я поклялась себе, что этого больше никогда не случится, но теперь это произошло. Снова. И я помню, как ужасно это было тогда? Но сейчас... Сейчас это намного хуже. Они не... не люди.
Она тихо всхлипнула и положила голову на колени Бекки. Бекка обняла ее, шепча утешительные слова и пытаясь успокоить как физическую, так и эмоциональную боль, хотя она ничего не могла сделать ни для того, ни для другого. Бекка закрыла глаза и прислонилась спиной к стене. Она внезапно почувствовала себя обессиленной. Так они просидели еще долгое время, пока снизу доносились звериные звуки пиршества.
- Ты видела статую? - спросила Полин.
Бекка открыла глаза.
- Какую статую?
- Вон там, в углу. Это маленькая статуэтка одной из этих тварей, вырезанная из камня. Я нашла несколько ее кусков. У нее была голова кальмара, а тело человека. Она была вся разбита.
Бекка посмотрела туда, куда указывала Полин. Там стояло небольшой каменный идол одного из их похитителей. Он было высотой около двенадцати дюймов[22], и хотя был грубо сделан, в нем явно прослеживалось внимание к деталям и мастерство. Камень был вырезан таким образом, чтобы изобразить мех, и даже выдающаяся нижняя челюсть была заметна. Мог ли его вырезать кто-то из членов племени? Это казалось невозможным. Существа, напавшие на них, хоть и были разумными, но выглядели звероподобными.
Она откинулась назад и снова закрыла глаза, размышляя о происхождении статуи. Возможно, ее вырезало предыдущее поколение существ, а нынешние члены племени утратили этот навык. Возможно, они регрессируют, а не развиваются.
- Пссст.
Глаза Бекки открылись, и Полин медленно зашевелилась. Обе они посмотрели на вход. Шонетт уставилась на них в ответ.
 
- Какого черта вы так долго?
- Извини, - сказала Бекка. - Полин в очень плохом состоянии. Она через многое прошла.
- Нам всем досталось, - сказала Шонетт, снова став похожей на себя прежнюю. - Но, как ты сказала, если мы не хотим стать жертвами, мы должны идти.
- Давай, - сказала Бекка, - попробуй встать.
- Я не могу, - прошептала Полин.
- Что-нибудь сломано?
- Нет.
- Тогда ты должна попытаться. Шонетт права.
- Нет, - Полин вдруг показалось, что она обрела какой-то внутренний резерв силы и убежденности. Ее тон стал непреклонным. - Вы двое идите. Я просто закрою глаза и буду ждать.
- Чего? - спросила Шонетт.
- Смерти.
- Чушь, - сказала Шонетт. - Мы не уйдем отсюда без тебя, и мы не будем ждать пока ты успокоишь свою жалкую задницу.
Бекка вздрогнула.
- Шонетт...
- Черт, нет, - Шонетт подняла ладонь, прерывая ее. - Я не собираюсь сидеть здесь и ждать, пока эти твари вернутся и узнают, что ты сделала с их бесстрашным лидером. Это ты хотела сбежать в первую очередь. Ты меня там подбадривала и заставила воодушевиться. Теперь я делаю то же самое для нее. Вот и все. Она расхаживала по острову, как королева, и заставляла мальчиков делать все за нее. Теперь ей придется делать все самой!
- Ты говоришь так, будто...
- Мне все равно, как это звучит, Бекка. Меня тошнит от этого места, меня тошнит от этого телешоу, меня тошнит от этих гребаных вещей. Я хочу снова увидеть своих детей. Я хочу жить и, черт возьми, больше всего на свете я хочу уехать с этого гребаного острова. И если Полин сейчас не поднимет свою задницу, она до конца жизни будет отсасывать этим существам.
Бекка была слишком ошеломлена, чтобы ответить.
- Ты говоришь, как Трой, - пробормотала Полин, а затем начала хихикать. - Но ты пахнешь лучше, чем он.
Через мгновение к ней присоединились Бекка и Шонетт. Три женщины обняли друг друга и тихо смеялись, их тела тряслись от смеха.
- Эй, вы, волосатые, мать вашу, членососы! Выходите, ебаные суки!
- Ого, - вздохнула Полин. - В тот раз ты действительно была похожа на Троя.
- Это была не я, - сказала Шонетт. - Слушай!
Голос звучал приглушенно, как будто эхо доносилось с большого расстояния.
- Ну же, вы, отсталые гребаные обезьяны. Вы что, одристались? Идите и получите свою порцию пиздюлин! Я вам покажу, что мы делаем в Сиэтле с такими блохастыми мартышками, как вы.
- О, Боже, - прошептала Бекка. - Это Трой.
Огромное возмущение сотрясло пещеру, когда под ними племя существ взревело в один голос.
 Глава 22 
 
- Трой, - прошептал Джерри. - Могу я спросить тебя кое о чем?
- Что?
- У тебя действительно на заднице вытатуировано "все время все хреново"?
- Да, блядь.
- Ты меня не разыгрывал?
- Неа. Это действительно так, чувак.
Джерри остановился. Трой остановился позади него.
- Что случилось?
- Туннель начинает уходить вниз. Пойдем дальше.
По оценкам Джерри, они прошли около тридцати или сорока ярдов[23]. Несмотря на горячие протесты Троя, Джерри выключил фонарик, как только они вошли в пределы пещеры. Он боялся, что существа увидят луч. Хотя он не признавался себе в этом вслух, ему хотелось включить его снова. Воздух в туннеле был затхлым, а темнота, казалось, давила на них. Джерри никогда не страдал клаустрофобией, но в эти несколько минут он мог легко понять, что другие люди чувствуют при этой фобии.
 
Он старался дышать равномерно. Несмотря на то, что температура снова упала, он был весь в поту. В одной руке он сжимал свое самодельное копье. Другой рукой он провел по скальной стене справа от себя. Холодный, влажный камень был его единственным ориентиром, да и то не особо надежным.