Жатва (СИ)

Вера встала между нами, закрывая меня спиной.
— Я тебе не позволю этого сделать! Мы любим друг друга, у нас есть дети, есть ментальная связь.
Морриган на этих словах опустила свой клинок и недоверчиво посмотрела на Веру.
— Ментальная связь? С ним? Все намного хуже, чем я предполагала. Он тебя одурманил, дочка! Это все не может быть правдой! Мы прямо сейчас отправляемся на Морру с тобой и моими внуками. А этот человек останется здесь.
— Нет! Я не оставлю Алекса одного!
— Дочка, ну как же так? Я пришла в этот мир за тобой, а ты отказываешься от того, что я тебе предлагаю? На Морре тебя ждут богатства и бессмертие, а что тебя ждет здесь? Нищета, разруха, кровь и смерти.
— Напомнить тебе, мама, кто наслал на землю все, что ты сейчас перечислила?
Протягивает руки к Вере.
— Дочка, последний раз я зову тебя с собой.
— И я снова отказываюсь! Захочешь увидеться со своими внуками, ты знаешь, где меня найти.
Морриган поджала губы и зло пронзила меня своим холодным взглядом.
— Пусть будет по-твоему, доча. Я оставлю тебе артефакт для связи со мной. Если ты решишься, то в любой момент сможешь связаться со мной, и я заберу тебя из этого проклятого места.
На этих словах Моррриган вручила Вере небольшой медальон, который повесила ей на шею. И обняла свою дочь. Ее каменное лицо не выражало каких-либо эмоций. Все-таки, она прожила долгую жизнь.
Я все еще валялся на земле, полностью не отошедший от раны, и подал голос:
— А давайте столь долгожданную встречу дочери с матерью не будем делать такой короткой? Предлагаю последовать в нашу усадьбу и в теплой домашней обстановке спокойно поговорить.
Вера освободилась от ее объятий и умоляюще посмотрела матери в глаза.
— Да, мама, останься еще ненадолго. Ты ведь даже не увидела малышей.
Морриган долго не думала.
— Хорошо, ведите меня в свою лачугу.
— Только отключите свой хронограф. Или как он у вас там называется.
  
Глава XV
 
Когда время возобновило свой привычный ход, армейцы успели сделать пару выстрелов, пока я им не приказал остановиться. К счастью, никто не пострадал.
На семейном ужине хотели присутствовать все. Даже Сан Саныч, старый завхоз, изъявил желание, как он выразился: «Подставиться под удар в случае угрозы». Макса было не узнать. Сегодня он был «Аристократом» с большой буквы. Он сел напротив Богини и оказывал всевозможные знаки внимания гостье. Я то и дело незаметно пинал его ботинок, чтобы он переставал похотливо пялиться на мою тещу.
Морриган была хороша. Из нее можно было ваять скульптуры. Она сидела за столом и морщила свой красивый носик, принюхивалась к запаху травяного чая. Было интересно наблюдать, с каким удовольствием она уплетала пельмени деревянной ложкой. Но лучшей идеей было предложить ей выпить.
Произносили тосты: «За детей», «За их родителей», «За бабушку». Морриган расслабилась и уже не хотела меня казнить. Каменная маска Богини слетела, и она уже не казалось такой холодной. Чуть позже, слегка пьяненькая Морриган уже пила с Максом на брудершафт. Вечер переставал быть томным.
Плавно действо перенеслось во двор усадьбы, где в зоне барбекю готовился шашлычок, а моя охрана, во главе с Владимиром, мирно беседовали с телохранителями Морриган. Володя на фоне ее главного война смотрелся маленьким мальчиком. Тот выглядел монструозно. Ростом не меньше двух с половиной метров. Огромные бугристые мышцы. Серебристые доспехи. Его кожа была похожа на панцирь, имела красноватый оттенок и множественные костные наросты.
Он то и дело посматривал на свою госпожу, которая сейчас отрывалась возле костра под современную музыку. Ее грациозные движения были под стать красоте. А Макс все прижимался к ней и не упускал возможности пригласить на медленный танец. В какой-то момент он, видимо, перестарался или как-то не так ее задел, потому что пощечина, которую ему влепила Морриган, отшвырнула моего брата метра на три, и он потерял сознание. Я вначале испугался за брата, но Морриган продолжала веселиться, а Макс после нашатырного спирта открыл глаза и сказал:
 
— Алекс, мне кажется, я влюбился.
— Дурень! Тебя только что чуть не убили. Подкачайся вначале, а потом уже подходи к ней со своими глупостями.
— А вот и подкачаюсь!
Я подошел к Богине.
— Можно тебя попросить отойти со мной для приватного разговора. Здесь слишком шумно.
Снова тень высокомерия промелькнула в ее взгляде.
— Хорошо, Алекс, веди.
Мы поднялись на мою любимую террасу, и я начал говорить:
— Меня интересуют причины, по которым вы затеяли «Жатву» на Земле. Можно ли ее как-то остановить?
Морриган закатила глаза.
— Ты об этом хотел поговорить со мной? Причины две: в этом мире появился маячок, и Земля перенаселена, а люди перестали быть людьми.
Я чувствовал, что истины в ее словах прозвучало ровно наполовину. Говорить о том, что люди перестали быть людьми — это, как минимум, притворство с ее стороны.
— А вы сами не грешите? В вашем мире нет войн? Насилия, жестокости? Мне кажется, что «Жатва» — это либо реалити-шоу, за которым следят зрители в режиме реального времени, либо коммерческий проект. Так в чем же причины?
Морриган с прищуром посмотрела на меня.
— Послушай меня, Алекс. Я не намерена обсуждать с тобой истинные причины «Жатвы». «Жатва» была, есть и будет всегда. Думаешь, это первая «Жатва», которая постигла ваш Мир? Я сделала благоприятные условия на этой планете, заселила ее и эта планета по праву принадлежит мне! Пришло время для «Жатвы». Через несколько тысяч лет, когда популяция людей будет восстановлена, я снова ее запущу.
Она погрозила пальчиком и отпила шампанского из бокала.
— Не в твоих силах мне что-то противопоставить. И никому другому.
После небольшой паузы, она продолжила говорить, но уже как будто про себя.
— Нужно только найти Наследника и уничтожить его. Его появление в этом Мире стало маячком.
Я конечно же не стал выдавать себя…
— Ты его боишься?
Она скривила лицо:
— Я? Нет, я ничего не боюсь. Наследники появляются в каждом Мире перед «Жатвой». Это преграда, которую сделал мой отец. По его словам, Наследник нужен для баланса. Папа слишком добр к вам, людям. Дает человечеству шанс справиться с бедствиями. Но только не в моем случае… Все миры, в которых я проводила «Жатву», были уничтожены, а души этих несчастных теперь хранятся у меня…
Она осеклась, не договорив фразу до конца. А я утвердился в своих догадках, что причины, по которым она насылает на Миры бедствия, кроются в чем-то еще.
После нашего разговора у меня стало еще больше вопросов, но Морриган не хотела мне на них давать ответы.
— Алекс, Вера любит тебя. Я чувствую, как связаны ваши Анимы. Если я лишу тебя жизни, то ее Анима будет страдать и дочь мне не простит твоего убийства. Разве что подстроить твою смерть…
Она ненадолго задумалась, и тяжело вздохнула:
— Хотя, нет, она все равно узнает. Жаль. Береги ее, Алекс. Вера отказывается от моей помощи. Гордая, как мать. Поэтому, я передам тебе некоторые защитные артефакты. Если сюда придут мои Адепты, — она поправилась, — когда сюда придут мои Адепты, всеми правдами и неправдами отправляй Веру с детьми ко мне. Устройство для связи находится у нее на шее. Я надеюсь, ты понимаешь, что так будет правильно?
— Я все понимаю. Если не справлюсь с ее защитой, то обращусь к тебе. А почему мы разговариваем на одном языке?
Этот вопрос тоже меня интересовал.
— Языковая интеграция произошла вместе с внедрением проекта «Эволюция».
Еще некоторое время мы наблюдали, как люди веселятся во дворе. Она неожиданно развернулась ко мне и поцеловала в губы. Это было странно и… приятно.
— А это мой подарок тебе.
Она залилась смехом и быстро спустилась в гущу веселья.
Белла: — Алекс, очнись!
Я вышел из оторопи от жаркого поцелуя Богини.