Жатва (СИ)
Веру разместили на заднем ряду кресел и зафиксировали, обложив мягкими подушками, чтобы она не повредилась при тряске (послеродовые швы были еще свежи). Я держал младенцев в руках, они мирно спали и причмокивали во сне. В машине все было относительно спокойно, а снаружи царил хаос.
Проезжая очередную улицу, из окна машины я заприметил двух малышей, которые одиноко стояли у груды бетона, видимо раньше бывшего домом. Поравнявшись с ними, я скомандовал остановиться. Выскочил из машины, и быстрым шагом приблизился к ним. Мальчик и девочка, на вид 8 и 5 лет. Девочка плакала и прижималась к брату, а мальчик то и дело утирал грязным рукавом мокрые глаза, но сдерживался.
— Почему вы здесь одни? Где ваши родители?
— Бабушка… Она была дома. Мы с Катей играли на площадке в это время. Хулиганы отобрали у нее куклу, и мы вместе пошли ее возвращать, а когда вернулись, от дома уже ничего не осталось. Кроме бабушки у нас больше никого нет. Дяденька, помогите нам ее спасти!
Я посмотрел на развалины дома. Гора бетона и стекла. Ни намека на то, что под завалами остался кто-то живой. В этот момент новый сильный толчок едва не сбил нас с ног. На наших глазах руины дома начали медленно уходить под землю. Мы оказались на краю этой воронки. Я схватил детей и утащил их в строну от образовавшейся пропасти. Проклятые власти! Затеяли стройку метро в городе и не довели дело до конца. Воры и коррупционеры! Даже не удосужились завалить пустоты техническим песком. Сейчас город буквально уходил под землю.
По лицам детей было ясно: они все поняли, бабушку им уже не спасти. Катя прижалась к брату еще сильнее и заревела.
— Пойдемте со мной. Я отвезу вас в безопасное место. Как тебя зовут? — указал пальцем на паренька.
— Максим.
Что-то кольнуло в груди, когда он сказал свое имя. Мне он напомнил брата. Нет, не внешне. Такой же обиженный волчок с недоверчивым взглядом, готовый сжать свои маленькие кулачки для защиты.
— Давайте, давайте быстрее!
Максим подхватил свою сестру на руки, мы запрыгнули в машину и поехали дальше. Сотовая связь едва работала. По спутниковому телефону дозвонились до Алексея, описали ему наш маршрут и дали свою геолокацию. Мне нужно было поскорее доставить Веру и малышей домой. По воздуху это будет быстрее и безопасней.
Минут через сорок первым рейсом Алексей забрал Веру и малышей. С ним удалось усадить и Катю с Максимом. Вторым рейсом полетел уже я с парой бойцов. Попросил Алексея покружить над городом, чтобы оценить масштабы разрушения. Город был практически уничтожен. Количество жертв невозможно было представить. Мог ли я предотвратить все это? Скорее всего нет. Правительство я предупредил, но никто не подготовил граждан. Да и «Жатва» должна была начаться не сегодня. Чертов Граннос!
Зазвонил телефон и я услышал голос Гатчинова.
— Василий Иванович, здравствуй!
— Саша, что творится? Ты же сказал, что это произойдет только через три года.
— Я и сам не понимаю. Землетрясение нас застало в роддоме. Для меня это тоже стало неожиданностью.
Гатчинов выругался.
— Так что, Иваныч, готовься, и да поможет нам Бог!
— Подожди, не отключайся. Есть еще кое-что важное, чего не было в книге. Материки сближаются. Аналитики сообщают, что траектория их движения — это возврат к единому целому материку. На Земле снова появится Пангея и один Великий океан.
Не скажу, что я был впечатлен, но новость не вызывала радости, я понимал, какие последствия нас ждут после таких сдвигов.
— Спутники передают, что прибрежные города Западной Европы и Западной Африки накрыли цунами высотой от пятидесяти до ста двадцати метров. То же самое и с Восточным побережьем Американских континентов. Гренландия чувствует себя более уверенно в этой мясорубке, а вот Британии и Японии больше нет, а так же и других островных государств. Проснулись Вулканы.
— Какие прогнозы по Сибири?
Меня это волновало сейчас больше остального.
— От Урала и до Забайкалья будет относительно спокойно. Я сам сейчас нахожусь с семьей в бункере недалеко от Первоуральска.
После некоторой паузы добавил.
— Саш, береги себя! Даст Бог, еще свидимся.
— Вась, да не гони ты лошадей! Ты же сам все знаешь не хуже меня. Это будет длиться двое-трое суток. Бункер надежный?
— Ага. Еще при Советах строили.
— И я о том же. Нормально все будет. Ты мне лучше скажи, где мне теперь бункер искать? Я-то свой построить не успел.
Гатчинов взял небольшую паузу, видимо, задумавшись.
— Наберу тебя через полчаса. Сейчас дам команду, будут искать для тебя убежище. Пожелания какие-нибудь будут?
— Вась, ты смеешься? Мне просто нужно укрыться и с собой прихватить еще десяток тысяч человек.
— А нахрена тебе столько? Задача не из простых. Ладно, жди от меня звонка. На связи!
И бросил трубку. Мы как раз подлетали к усадьбе. Не сказать, что последствия землетрясения нас не коснулись, они были, но не такие разрушительные, как в городе. Все-таки дома из бруса оказались более приспособлены к таким катаклизмам.
Здесь нас уже ждали. Сельские жители стояли около поместья и чего-то требовали или просили. Из-за крика толпы невозможно было разобрать, чего они хотят. Я поднял руку, призывая к тишине. Когда гомон несколько умолк, я начал говорить:
— Потрудитесь мне объяснить, что здесь происходит? Зачем вы оккупировали усадьбу?
Вышел старый дедок с седой бородкой. Я его узнал. Это был хороший приятель нашего завхоза. Саныч пару раз просил за него, чтобы я дал ему работу. Говорил, что дед Иван бойкий старик и служит для местных авторитетом. Но куда его пристроить я не знал.
— Александр Романович, вы уж простите нас. Мы с благими намерениями к вам пришли. Люди поговаривают, что будет конец света, и вы к этому уже давно готовитесь. Что-то знаете, о чем не знаем мы. Да и ваша животинка тому подтверждение (указал рукой на Нагера). Поначалу я думал, что это враки все, но нас никогда так сильно не трусило. Земля так и ходит ходуном. Животные мечутся в загонах и ревут. Пристройте нас к себе. У нас все мужики рукастые. Что-то построить, коня подковать, кузнец есть, да и ремесленников много. А бабы будут дела домашние вести да за животиной приглядывать.
Я оборвал его, а то этот длинный спич мог затянуться.
— Кажется, Иван Юрьевич? Верно?
— Да, правильно, — кажется, дед не ожидал, что я знаю его имя.
— Буду краток. Да, это конец света.
Вокруг повисла гнетущая тишина.
— А еще я к нему готовился, но не успел. Сейчас решаю, что мне делать и как быть в текущих реалиях. Вас я под свое крыло взять не могу, потому что… Вы сами поняли почему. Не готов я к этому прямо сейчас.
Не сказать, что мне было по душе это говорить, но я действительно не понимал, как могу помочь этим людям. Нашу беседу прервал звонок от Гатчинова. Новости были неутешительные: ближайший заброшенный военный бункер был в Ужуре. Общая площадь чуть больше двух тысяч квадратных метров и вместить в него даже половину своих людей я не мог. Находился он за двести километров от нас.
В голове хаотично перерабатывалась информация. Мы не успевали нигде. Оптимальным вариантом было спрятаться в своем личном бункере под усадьбой и переждать все это, но я так не мог поступить с людьми, которые доверились и пошли вслед за мной.
Селяне так же молча стояли вокруг меня и ждали решения. Они слышали разговор с Гатчиновым и, по-видимому, в них теплилась надежда.
Я окинул толпу взглядом и вздохнул. Ну зачем мне все это? Наверное, сыграли какие-то родительские чувства, потому что в толпе мелькала ребятня, и мне было жутко от мысли, что дети могут пострадать.
— Иван Юрьевич, вы говорите за всех?
— За всех.
— Готов беспрекословно выполнять мои приказы? Все готовы?
По рядам пронесся одобрительный гул.
— Наказанием за невыполнение приказов будет смерть или изгнание, что является равносильным.
— Будет «Жатва». Не все смогут ее пережить. Через несколько дней некоторые из вас, мягко говоря, изменятся и будут представлять угрозу уже для нас самих. Это ясно?