Нимфоманка (СИ)

— Хочешь меня, Такаши-кун?
Она прошептала это одними губами, но каждое слово ударами колокола отзывалось в моей черепной коробке. Держась за руки, мы подошли к припаркованной машине. Это была маленькая белая Тойота.
— Ты теперь сама ездишь? — спросил я.
— Я не рассказывала об этом. Хотела сделать тебе сюрприз. Я получила права, мне последнее время нечем было заняться, — Мари села за руль, и мы выехали с территории аэропорта. Мари взяла мою руку в свою и положила себе на коленку. Даже сквозь ткань чулок я ощутил тепло её кожи, такое знакомое, такое возбуждающее. Её юбка задралась так, что стал виден кружевной край чёрных чулок. «Она надела чулки!» — подумал я. Если бы на ней были колготки, то в машине их трудно было бы снять и пришлось бы, скорее всего, рвать их. Мари вела машину уверенно, так словно сидела за рулём всю свою жизнь. Мы свернули с дороги, съехали с трассы на какое-то второстепенное шоссе, Мари съехала на обочину и остановилась, через мгновение она уже сидела на моих коленях, а её язык шуровал в моём рту. Я расстегнул пуговицы на её пиджаке и запустил обе руки ей под блузку. Так любимый мной мягкий животик Мари стал впалым, мои пальцы коснулись проступающих под кожей рёбер и сжали грудь сквозь чашечки бюстгальтера.
— Мне снять его? — спросила Мари, тяжело дыша, щёки её раскраснелись, не дожидаясь моего ответа, она, расстегнув блузку, завела руки за спину и расстегнула застёжку своего лифчика. Полушария её грудей выпрыгнули наружу, грудь её стала ещё больше с нашей последней встречи. Я зарылся в них лицом, Мари расстегнула мне ширинку и вытащила наружу мой член. Смочив слюной свои ладони, она некоторое время ласкала мой пенис обеими руками, потом приподнялась и, сдвинув трусики в сторону насадилась всем весом на мой член. Несколько секунд она сидела на мне, закусив нижнюю губу. Я смотрел ей в глаза ощущая, как время от времени вздрагивает её тело. Это было такое знакомое дрожание, предвестник того, что Мари может кончить в любой момент.
— Это приятно! Это так приятно! Я почти забыла, как это бывает! — прошептала она странную фразу. На этой дороге движение было не слишком интенсивным и всё же машины время от времени пролетали мимо нашей припаркованной на обочине Тойоты. Не знаю, догадывались, ли сидевшие в них водители, о том, что происходит внутри, но мне было на это наплевать. Мари начала двигаться, плавно поднимаясь и опускаясь на моём члене. Внутри неё было необычно узко, хоть она и была сильно возбуждена, мой член, пожалуй, никогда не был так сильно сдавлен её вагинальными мышцами.
— Он у тебя стал больше! — прошептала Мари, тяжело дыша. Её движения становились всё более интенсивными, она громко стонала, стенки её вагины запульсировали, она кончила и обмякла, бросив руки мне на плечи. Позади нас остановился какой-то микроавтобус, видимо увидев включённую аварийку, он решил узнать, что у нас случилось, но увидев, чем мы занимаемся, тут же сорвался с места поспешив уехать. Сжав талию Мари, я начал насаживать Мари на своей пенис. Она стонала, она была расслаблена и позволяла делать с собой всё чего бы мне хотелось. Начав кончать, я хотел снять Мари со своих коленей, но она не позволила мне это сделать. Впившись губами в мой рот, она прошептала:
— Хочу опять ощутить её внутри!
Тяжело дыша, мы глядели друг другу в глаза не желая оторваться друг от друга, мой член всё ещё был внутри Мари.
— Я сильно подурнела? — спросила она.
— Ты прекрасна! — отвечал я. Мари счастливо улыбнулась и привстав с меня перелезла на водительское место, поправляя свою одежду. Раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами она торопливо застёгивала пуговицы на своей блузке.
— После того как родилась Айя, мы ни разу не занимались сексом с Тетсуо, — неожиданно произнесла она.
Я поражённо уставился на неё, ни в один из моих приездов на каникулы она ни разу, даже не намекнула мне об этом.
— Вначале я думала, что он хочет дать мне восстановиться после родов, но потом поняла, что он просто не хочет прикасаться ко мне. Думаю, он узнал о нас ещё до моих родов! С год назад мне стало известно, что он снова стал встречаться с Ячиро-сан! — закончила Мари, она завела машину и мы выехали на дорогу, жёлтые листья осенних деревьев махали нам на прощанье. Теперь мне стало понятно почему именно Ячиро-сан обнаружила тело моего отца. И всё же я не мог поверить, что мой отец мог так хорошо скрывать свои чувства! Во всём кроме бизнеса он был чувствительным и ранимым человеком. Я даже и представить не мог, что он способен так хорошо притворяться! Несколько минут я переживал услышанное. Картина того, что происходило дома стала постепенно складываться в моём мозгу.
 
— Он очень любил Айю! Вёл себя как настоящий заботливый отец, но при этом уже больше трёх лет он не являлся моим мужем! — произнесла Мари, не глядя на меня.
— Это обижало меня, но в тоже время я могла безнаказанно придаваться своим мечтам о тебе, и мне не нужно было постоянно контролировать себя, чтобы не назвать твоё имя, когда мы занимались любовью с Тетсуо! — продолжала она с грустной смущённой улыбкой.
— Где его тело? — спросил я.
— В морге. Хочешь, мы поедем прямо туда? Я попросила Асахину-сан посидеть с Айей, так что у нас есть время, — отвечала Мари.
«Мой отец внезапно скончался, первое что я сделал, приехав на его похороны, это занялся сексом с его вдовой!» — подумал я. И после этого Имамура ещё называла меня хорошим человеком!
— Мы родственники Миуры-сана! — сказала Мари, сидевшему на ресепшн некрасивому молодому человеку, который искоса бросал на неё жадные взгляды. И правда моя мачеха была эффектной женщиной, но дело было не столько в её внешности, сколько исходившей от неё ауры ничем природной сексуальности. Парень стал сверяться со списком, это было похоже на визит в больницу, но на этом сходство с лечебным учреждением заканчивалось. Здешний морг был совмещён с крематорием и мрачного вида труба, возвышавшаяся над несколькими зданиями, видна была издалека. В целом крематорий производил гнетущее, тяжёлое впечатление, здесь было холодно, наши шаги гулким эхом разносились по всему помещению. Человек в белом халате провёл нас в холодную комнату без окон, вдоль стены здесь располагались небольшие дверки точно у камер хранения, остановившись у дверки с номером сорок три, он выдвинул ящик, откинул белое покрывало, и я увидел своего отца. Вначале я не узнал его, лицо было совсем чужим, но присмотревшись я понял, что это Тетсуо. Оказывается, люди сильно меняются после смерти, лицо его было иссиня-серым, похожим на восковую маску. Сердце моё сжалось, я любил своего отца, ради него я готов был отказаться от любимой женщины, а это чего-нибудь да стоит! Однако слёз у меня не было, совсем. Я смотрел и всё не мог осознать, что мой старик умер. Я был уверен, что когда увижу его мёртвое тело, то смогу, наконец, ощутить его смерть в полной мере, но сейчас передо мной было замороженное тело, не имевшее ничего общего с моим всегда таким живым и весёлым стариком. В моей голове крутилась одна дурацкая мысль: «Это не он!» Это мёртвое тело даже не было похоже на моего отца! Мари повисла на моей руке, она дрожала, слёзы крупные и прозрачные стекали по её щекам.
— Спасибо! — сказал я, обращаясь к сотруднику морга, тот пожал плечами и задвинул ящик на место вернув моего отца во тьму и небытие. Мы сели в машину, я ощущал себя так как будто всё мои чувства одеревенели, не знаю, как я выглядел, но Мари взглянув на меня прошептала с невыразимой жалостью:
— Такаши-кун! Мне так жаль! — она всхлипнула.
— Ты ни в чём не виновата. Это я его убил, — сказал я ей.
И без того большие глаза Мари стали огромными.
— Это неправда! — прошептала она испуганно.
— Поехали отсюда! — сказал я ей. Я отвернулся к окну, мне вдруг очень захотелось плакать, но я держался. Если бы я выплакался, то мне стало бы легче, но я этого не заслуживал!
Когда мы вернулись домой, Айя уже уснула. Я выслушал искрение соболезнования Асахины-сан, и от её исходящих из самого сердца слов, мне стало ещё тяжелее. На пустой кухне мы поужинали вдвоём с Мари. Сколько раз я мечтал, что мы будем вот так только вдвоём, но никогда не думал, что это произойдёт при таких ужасных обстоятельствах.