Невеста для генерала (СИ)

— Отлично, отлично, — адмирал улыбался. Его дочь просто поразительна! Не все командиры в армии могут похвастаться владением пятым уровнем, а его Мэйрилин всего семнадцать лет. В то же время чувство вины, что не он был тем, кто обучал ее магии, возникло в душе Линтона. Что вообще он сделал как отец для своей дочери? Теперь желание Мэйрилин самой разобраться с навязанной помолвкой казалось ему проявлением недоверия к нему и его способностям. Ему нужно постараться, чтобы завоевать ее доверие!
— Мама, папа, завтра во дворце я буду под этой личиной. Принцесса Валери уже видела меня такой, я не хочу раскрывать сейчас все карты. Это лишь сделает меня удачным приобретением для императорской семьи, — Мэйрилин понимала, что если она пойдет во дворец в своем истинном облике, то тут же раскроет и свой уровень владения магией. Такой поворот событий совершенно не вписывается в ее планы!
— Ты права! — поддержала леди Дарин дочь, как никто другой понимающая, что красивая внешность не всегда приносит счастье. Еще больше опасностей может свалиться на голову Мэйрилин, лучше быть соринкой в глазах других, чем удивительной диковинкой, привлекающей взгляды, на которую тут же начнется охота.
— Хорошо, тем более своей внешностью ты пошла в маму. От девушек рода Амалер невозможно было оторвать глаз, — адмирал подмигнул паре похожих словно сестры матери и дочери.
— И ни к чему хорошему это не приводило, — печально вздохнула леди Дарин. При упоминании ее девичьего рода у нее всегда портилось настроение. Странные события того года до сих пор не дают ей покоя. Она не верила, что ее дядя мог быть предателем родины. И более странным был приказ прошлого императора казнить весь ее клан, не щадя даже маленьких детей, стариков и женщин. Но как бы они с Линтоном не пытались расследовать, что случилось на самом деле, у них ничего не получалось.
— Ну, почему же, тогда ты пленила мое сердце с первого взгляда, — адмирал томно посмотрел на жену. Он любил ее ничуть не меньше, чем когда они только стали парой, а даже больше, и не представлял жизни без нее.
— Это был первое и единственное исключение. Тогда мне крупно повезло, — улыбнулась мужу леди Дарин.
Остаток вечера прошел без эксцессов. Родители рассказали Мэйрилин как они встретились и полюбили друг друга, немного упомянув события того года, когда весь клан Амалер осудили за государственную измену и приговорили к казни, о том, как они хотели ребенка и как узнали, что Дарин была в положении. Поговорили о детстве Мэйрилин в поместье. Что она любила, что ей не нравилось, в какие игры они с братьями играли, с кем из других аристократических родов она общалась.
Мэйрилин тихо слушала, это были не ее воспоминания и не ее жизнь. Ей было жаль, и она чувствовала вину. Мэй давно уже попрощалась с душой настоящей Мэйрилин и верила, что та сейчас в лучшем месте. Она была благодарна за это тело и второй шанс начать новую жизнь, хотя за эти годы так и не поняла, что этим перерождением Боги имели в виду. В чем был смысл отправлять ее сюда, и не дать ей умереть в том холодном лесу вместе с ее нерожденным ребенком? На некоторые вопросы мы никогда не получим ответов.
__________________________________________________________
Герцогиня Вендая: * ругает своих внуков за отказ жениться*
Автор: «Этому миру нужен новый герой!»
  
7.1
 
«Банкет во дворце»
 
Сегодня Мэйрилин пришлось встать раньше, чем вчера. Пусть на приглашении и было указано, что время начала банкета — три часа дня, но как ей вчера объяснили мама и бабушка, гостям полагается прибыть хотя бы за час до указанного времени. Такие вот странные обычаи в высшем обществе. Учитывая время на подготовку, сборы, и путь до дворца, а также возможные непредвиденные обстоятельства, им лучше выдвинуться из поместья около одиннадцати утра.
Мэйрилин не была жаворонком, поэтому Оллин и Эйвис так тяжело было поднять ее с постели в начале восьмого. В это время еще солнце не встало за горизонтом, за окном было темно. Ванна уже была наполнена горячей водой и арома маслами, но даже купание не смогло полностью пробудить девушку. Двойняшки сами сушили ее волосы, наносили на тело крема и сухие духи, которые Мэйрилин делала для своего и сестер личного пользования.
 
В полудреме она просто сидела, позволяя двойняшкам самим заняться ее прической и макияжем, только раз проснувшись, чтобы сменить внешность на личину.
Открыв глаза, когда с косметическими процедурами было покончено, Мэйрилин уставилась на свое отражение в зеркале. Оттуда на нее глядела юная девушка, со светлой сияющей кожей, красивыми теплыми карими глазами, легким румянцем и едва тронутыми алым словно полу раскрывшиеся бутоны цветов губами. Она была очень милой и создавала свежее, присущее юному возрасту впечатление.
Эта был наивный и чистый, невинный образ, который завершало пудрово-розовое платье, в которое Мэйрилин втиснулась с помощью Эйвис, с несколькими слоями тюля юбкой и очень скромным вырезом в зоне декольте — были видны лишь ее ключицы и ямочка между ними, куда так удачно легла маленькая сиреневая подвеска-бабочка на тонкой платиновой цепочке. Бабочка была так искусно сделана, что казалось, она просто присела отдохнуть и может взлететь в любую секунду. Это было украшение собственного дизайна Мэйрилин из набора «Переливница» ее магазина драгоценностей «Сияющий рассвет». Ее полусобранные-полураспущенные локоны украшала заколка в виде нескольких таких же бабочек, а в ушах были серьги, на концах тонких цепочек которых порхали по одной такой же бабочке-переливнице.
Оллин и Эйвис сегодня будут сопровождать ее во дворце, как и полагается личным приближенным слугам юных мисс. Но в отличии от нее, им не нужно столько времени и сил, чтобы собраться. Девушки лишь едва тронули свои лица помадой и сменили свои обычные платья более нарядными. Но даже так они были красавицами, симпатичнее своей мисс под личиной.
Их одинакового цвета карамельные локоны были собраны в простые низкие хвосты, украшенные у Оллин серебряной, а у Эйвис золотой лентами. Платья их тоже были одинакового фасона, отличаясь только цветом. Такой же скромный, как у их мисс ворот, длинный широкий у кисти рукав, приталенное, но не в облипку, с струящейся шелковой юбкой. На Оллин было бледно голубое, подчеркивающее ее серо-голубые глаза, а на Эйвис — солнечно желтое, так хорошо передающее ее легкий жизнерадостный нрав и заставляющее ее медовые очи словно светиться изнутри.
— Эйли, ну как мы тебе? — спросила Эйвис, кружась на месте. Ей очень нравилось это платье. Впервые у нее был повод его одеть.
— Замечательно, вы обе — настоящие красавицы!
— Спасибо, мисс, — поблагодарила Оллин, которая в отличии от сестры была не столь рада. Непривычное одеяние смущало девушку. Если им придется драться, эта юбка замедлит скорость ее движений.
На часах была половина одиннадцатого, поэтому девушки поспешили вниз: Мэйрилин впереди, а двойняшки за ее спиной, как и положено личной прислуге.
Семейство Тилер уже было готово к отъезду, не хватало лишь их драгоценной мисс. Когда Мэйрилин показалась у подножия лестницы, все взгляды ожидающих у выхода родных были устремлены на нее. Герцогская чета, а также Аркелл, которые узнали о личине девушки и о том, что она уже овладела пятым уровнем магии только этим утром от отца Мэйрилин, пораженно осматривали лицо прибывшей, пытаясь отыскать знакомые черты.
— Мэйрилин? — удивленно спросил старый герцог. Девушка улыбнулась. Даже родители и Савьер, уже видевшие ее лицо под личиной, не могли скрыть своего восхищения.
— Поразительно! Сестренка, да ты настоящий гений! — Аркелл показал большой палец за спиной деда. Этому жесту его вчера научила Мэйрилин, когда он в первый раз обыграл Савьера в быстрые шахматы. Тогда сестра показала два больших пальца, заявив, что такой жест означает «здорово, ты молодец!».
— Я давно это знал, это ты у нас все последний узнаешь, — самодовольно заявил Савьер, подтрунивая над старшим братом.