Князь Сибирский. Том 2 (СИ)
— Я не собираюсь становиться марионеткой в руках кого бы то ни было.
— Вот так и понял. Вижу это в тебе. Но этим людям нужно знать, на что ты способен и как вписать тебя в свои планы. Поэтому в делегации есть два их представителя. С остальными все проще. И с ними я тебя познакомлю отдельно. Думаю, вы найдете общий язык.
— А ты? С кем ты? — внимательно посмотрев Константину в глаза, спросил я.
— Я с теми, кто хочет что-то поменять. Идти с теми из военных, кто хочет поменять одних властных мудаков на других я не собираюсь. Но и они могут тебе пригодиться. У них есть ресурсы и резервы.
— Спасибо, что ты со мной, — искренне поблагодарил я Костю. — С остальным я буду решать сам. Уж не обессудь.
— Да все в порядке. Даже не сомневался, что ты так скажешь, — усмехнулся военный.
— Константин Васильевич, все проверки завершены. В помещении чисто.
Доложил молодой человек в тяжелом сером костюме с поднятым щитком на голове.
— Отлично! Можете быть свободны, — скомандовал Костя.
Не думал, что он имеет такие возможности. Когда я разговаривал с ним две недели назад, думал, что говорю с обычным конвойным, который нанимается сопровождать зеков в колонии.
Видимо, за это время что-то изменилось. А может быть, все давно менялось, а сейчас получило увесистый пинок под зад. Вот и завертелось. Это я решил выяснить позже.
Сейчас мне было важно понять, кто выжил и что вообще произошло. А стратегические вопросы решим чуть погодя.
К моей радости, наши люди практически не пострадали. В безвозвратные потери можно было записать двух человек. Что очень прискорбно, но по сравнению с тем, что я ожидал не так ужасно.
Из нападавших выжило всего трое. Все те трупы, что я видел в бинокль, принадлежали людям Смирновой. И это был еще один удар по зарвавшейся княгини.
С ней, кстати, я решил решать вопрос кардинально. Нафига мне иметь за спиной такого человека? Всегда занесённый для удара нож следует исключать из уравнения сразу. Тем более, что эта формула становилась все сложнее и сложнее. Кто-то еще вступил в игру, и я пока не понимал кто.
Вернулись мои люди во главе с Олегом и примкнули к тем, кто разбирал завалы после нападения.
Олеся смотрела на меня волком, но я это переживу. Уже пора приучать девчонку прислушиваться к моим приказам. Она для меня, конечно, не солдат. Она моя женщина, но иногда ее нужно ставить на место. Иначе, рано или поздно, может случиться непоправимое. Но ничего, с Олесей я решу вопрос. Это моё. Это личное.
Я отозвал Олега в сторону и изложил ему все, что узнал от Константина.
— Нужно срочно приступать к плану переселения, — сказал я своему товарищу. — Времени не осталось. Собирай сейчас все, что можем увезти. Задействуй всю технику и еще три вездехода, на которых приехали люди Смирновых. Они им больше без надобности. Координаты баз ты знаешь. Я за ту, что стоит самой ближней. Будем обживать их по очереди.
— Понял, — коротко ответил Олег. — Пошел заниматься.
Вот и отлично! Оставалось решить два вопроса: обсудить мои дела с военными и поговорить с Олесей.
Дела с военными — песня долгая, значит сначала девушка. Пусть даже в нарушение собственных правил про самолеты. Разговор с Олесей займет не так много времени, но если сейчас её не остановить, то может наворотить дел.
Что касается военных, вопросов у меня к ним много. К тому же, от них требуется не просто поговорить. Не люблю я точить лясы понапрасну. Если уж приехали, значит нужно сразу же «проектик замутить», как любил говорить один мой знакомый. Так сказать: «Есть тема, есть схема». Тема у меня была, теперь требовалась схема от военных. А на это нужно время.
Олесю я нашел в нашей комнате, собирающей вещи.
На мой приход девушка никак не отреагировала. Все еще дулась и сердилась. Что поделать, характер у нее не сахар.
Я подошел сзади и собирался обнять девушку, когда она попыталась садануть меня локтем в живот. Перехватив руку, я развернул Олесю к себе и поцеловал. Она конечно же попыталась вырываться, но я крепко держал ее и продолжил делать то, что начал.
Честно говоря, ожидал, что сопротивление прекратится быстрее. Девчонка оказалась очень упорной в своих попытках. При этом, временами, порывалась заехать мне то локтем, то коленкой. Я все это пресекал и продолжал целовать ее в губы, пока она не сдалась.
Возможно, Олеся думала, что я таким образом от нее отстану, но не тут-то было. Я понимал, что, если прекращу прямо сейчас, у нас начнется разговор. Разговоры разговаривать было некогда, так что я продолжал настаивать на продолжении предварительных ласк, и моя настойчивость в конце концов увенчалась успехом — Олеся сдалась.
Я понял, что вопрос снят, но была небольшая проблемка, через несколько часов мне предстояло вновь оставить ее одну. Точнее на попечение Олега. Поехать вместе со мной в столицу она не может. Я сам пока не слишком хорошо представлял, как буду действовать там.
К моему удивлению, девушка выслушала мою исповедь о необходимости отъезда в столицу довольно спокойно. Кивнула, соглашаясь, что делать ей там нечего, только под ногами мешаться будет. Правда не преминула подколоть, попросив передать Дане привет.
Не знаю, может и впрямь на полном серьезе передавала, а может и намекала, что понимает, чем я там помимо прочего буду заниматься.
В общем, на встречу с военными я пошел со смешанными чувствами.
В комнате для переговоров было относительно прибрано. В этот край ангара боевые действия не дошли. Так что с восемью серьезными людьми в военной форме я мог пообщаться в весьма комфортной обстановке.
Константин познакомил нас, представив всех по очереди. Затем дал высказаться каждому для чего он здесь и почему приехал.
Получалось, что все собравшиеся здесь были представителями небольших групп военных из разных частей и родов войск. Но все они были объединены идеей изменить текущий порядок дел. Не просто сменить фамилии в строчках десятка самых властных семей страны, а именно добиться прогресса.
Дело в том, что я пока не слишком хорошо представлял, как нужно действовать. Я не обладал властью и не разбирался в тонкостях подковерных игр. Единственное, что я мог сделать это обеспечить прямой выход на Ковалевых и заверить присутствующих, что Роза Ковалева желает перемен, как никто другой.
Оказалось, что многие из тех, кто сейчас сидел передо мной были знакомы с тезисами, выдвигаемыми Ковалевой для модернизации общества. И более того, они их разделяли. Для этих людей оказалось сюрпризом, что я вхож в столь высокие круги, но это только подняло мой авторитет в их глазах.
Мне же от них нужна была поддержка в легализации моего статуса и обеспечение возможности свободно вести дела в столице. Этот вопрос мы подробно обсудили и приняли ряд решений, которые я больше всего и ожидал.
Все складывалось для меня отлично, кроме того, что никто не смог ответить на вопрос кто и как сумел слить мое местонахождение. Все предположения, которые были высказаны, сводились к некой загадочной группе имеющих власть и деньги людей, кому было нужно либо устранить меня, либо перетащить на свою сторону. На счет второго я слегка сомневался. Не такая я пока важная птица, чтобы так со мной церемониться, но военные считали иначе. Мол видят во мне потенциал, вот и начали давить.
С одной стороны мне было лестно такое мнение окружающих, с другой — это потенциальная опасность для моего окружения. Так что я был рад, что переезд мы ускорили. На окруженной дозорными вышками с пушками территории меня не так просто будет взять.
Проговорили мы около трех часов. После чего военные уехали. Я, быстро проверив, что у Олега все на мази и заскочив для прощального поцелую к Олесе, отбыл в столицу забрав один из снегоходов.
На этот раз я не стал надевать незаметную в городских джунглях куртку, а остался в своем любимом плаще. Пусть привыкают к такому моему виду.