Принц в академии дракона (СИ)

— Ты будешь ее защищать? — ощерилась Тьяна. — Я из-за нее сюда попала.
— Именно, — подтвердило привидение. — Сложно было бы пробраться в древнее проклятое место, если бы тебя саму сюда не притащили.
— Я не понимаю, — некромантка встала со своего места и начала ходить из угла в угол. — Тебя послушать, так она не враг нам.
На ее заявление я грустно опустила голову. Хотелось прокричать, что не враг, но какой смысл, если мои поступки говорили об обратном. Всем плевать на мою маму, на то, что и императорская семья посмеялась надо мной, что между, пусть и любимым, но все же обманщиком-Ричардом, я выберу свою родительницу.
— Эванджелина — не враг, это во-вторых, — наставительно проговорил бесплотный дух. — Ее заставили, а тебе я напоминаю, что ты ради родного замка ослушалась всех запретов и чуть не попала в западню. И ведь тоже всех подвела к опасной черте.
— Я так поступила, чтобы никто не добрался до дома и не пересек завесу, — забурчала девушка.
— А она, потому что спасает дорогого человека. Если бы Бастиан был в плену, ты бы не пожертвовала собой? Посмотрела бы на предназначение? На то, что из-за тебя мир разрушится?
Тьяна на некоторое время задумалась. По выражению на лице было видно, что эмоции быстро сменяют одну на другую. Она и злилась, и расстраивалась, не желала соглашаться, но все-таки смирилась со словами своего наставника.
— Нет, — она потянулась и взглянула на меня. Уже по-другому, с потаенной горечью, с каким-то пониманием, что ли. — Прости, я не ставила себя в твое положение. Но, — она не удержалась, чтобы не фыркнуть, — какая теперь разница? К утру все погибнут.
Хоть где-то мы были согласны. Я все еще надеялась на побег, но почти не верила в него. Да и не собиралась бросать плененную девушку. Лишь бы успеть попрощаться с мамой.
— Эх, молодежь, — Ланселот горделиво выгнул спину. — Вечно вы о важном забываете. У вас же есть я и Дэймон, — призрак оглянулся на друга. — Мудрость всегда дает фору молодости.
— Хороши помощнички, — поморщилась де Россе. — Дух, не способный удержать салфетку и крикливая птица.
— От крикливой девчонки слышу, — фамильяр опустился с потолка и устроился на моем плече. — У нас хотя бы какой-никакой план есть, а не сплошное нытье и стенания. Полезнее, не находишь?
— План? — я перехватила питомца. — Какой?
— Эви, — он начал таким тоном, что мне показалось, как глаза бусинки закатились. Ему-то все очевидно, конечно. — Помнишь, мы говорили о том, чтобы разделиться? — Я молча кивнула, но радости не испытывала. Да, меня ободрило, что и далекий предок Тьяны на моей стороне, но Дэймон всегда был со мной рядом, никогда не подводил и всячески поддерживал. — Так вот, если твоя не в меру говорливая подруга перестанет бросаться оскорблениями, сосредоточиться на своей магии и совершит ритуал, то я вполне смогу долететь до лагеря, выставленного императором.
— Его Величество здесь? — Тьяна ахнула и устремилась к узкому окну.
А ворон, не обращая на нее внимания, продолжил:
— Стащим у Оркида портал, а я отнесу его, — его передернуло, — принцу. Ланселот отыскал святилище, пока летал здесь. Проведет наследничков до места. Пусть они с Ваохом разбираются, а ты маму спасешь.
Его предложение имело смысл. Точнее, это было единственное, что мы хоть как-то могли осуществить.
— А мы сможем? — зашептала, запереживав, что стражник мог нас подслушивать, но Ланселот махнул рукой.
— В этих стенах при всем желании магия с трудом накладывается. Мы одни, я проверял.
— Значит, — сердце учащенно забилось. — Еще есть шанс побороться?
Посмотрела на некромантку. Она никак не реагировала, задумавшись о чем-то.
— А? — вынырнула из своих мыслей. — Да, конечно, я со всем согласна, но понятия не имею, о каком ритуале вы говорите. Ведьмы, — она скривилась, — меня никогда не интересовали.
Ее замечание я проглотила. Ей легче обвинять меня во всех бедах, но она хотя бы не спорит и не сдается.
— А почему вы раньше ни о чем не рассказали? — спросила последний вопрос. — Было бы куда проще, если бы я была в курсе вашей задумки.
 
Дэймон, чувствуя, что я напряглась, предпочел отлететь подальше.
— А ты бы согласилась? — сощурилось привидение. — А они? — ткнул угловатым белесым подбородком в сторону Тьяны. — Нет, в вас бы играла гордость. Вы бы в жизни добровольно не сдались, а ты бы нарушила клятву, ради дракона. А так… Мы немного вас переиграли.
— И ты? — я неверящим взглядом уставилась на верного до этого дня друга. — Ты обо всем знал с самого начала?
— Да, — прокаркал фамильяр и понуро опустил голову. — Но я согласен с Ланселотом. Ты бы побежала признаваться, подставила бы себя, этих детей и ничего бы не добилась. А у меня опять была бы мертвая колдунья, решившая пожертвовать собой. Подобной ошибки я больше не совершу.
Вот как? Как бы разумно ни звучали их доводы, гнев внутри меня медленно закипал. Пожертвовала, значит, не сдалась бы, значит, подставила бы всех, значит. А сейчас меня кем считает вся Аридия? Не предателем ли? Заговорщики, друзья закадычные, скрыли столько всего, а из меня сделали козла отпущения.
— Умело вы облегчили себе жизнь, — не смогла скрыть грусть в голосе. — Знали обо всем, действовали, как считали нужным, не интересовались моим мнением, а в конце, сломили.
— Зато у тебя появился шанс остаться в живых, девочка, — подметил призрак и вихрем подлетел ко мне. — Потом будешь жаловаться и проклинать нас, но сейчас на это нет времени.
Тьяна, прислушивающаяся к беседе, внезапно подошла и подсела поближе. Видно было, что она боролась с собой, мялась, крутилась, извелась, но произнесла:
— Он прав, Эви, — теперь ее интонация сквозила участием, девушка положила на мою ладонь свою руку, будто принося извинения за резкий тон и гадкие замечания. — Ты что-то знаешь о ритуале?
Я отдернула пальцы. Де Россе сделала свои выводы, изменив отношение ко мне,  но и я сделала свои. Жаль, что не очень вдохновляющие.
— Знаю, — вспомнила все, что вычитала в академической библиотеке. — Нужна кровь, — отыскала на полу осколок разбитого бокала и без труда порезала себе палец, — перо, — мстительно выдернула из хвоста Дэймона несколько, злорадно отметив, что он не ожидал, и ему больно. — А тебе прочитать заклинание.
— Тогда у нас новая проблема, — некромантка нахмурилась. — Колдовать я здесь не могу.
Но этого и не требовалось. Для разрыва отношений между фамильяром и хозяйкой хватило бы одной ее ауры. Магия смерти — удивительное по своей силе волшебство. Оно одновременно и созидает, дает рождаться чему-то новому, дарует покой и смирение, и разрушает, обрывая линию жизни. А носители магии, даже скованные артефактами, несут с собой ее ореол.
Я пояснила все, что успела выяснить, а также в памяти всплыл текст заклинания. Мы, не сговариваясь, переместились на пол. Усевшись поудобнее,  приступили к самому важному. Я выдавила несколько капелек крови на пыльную поверхность, положила поверх оперение ворона, а самого Дэймона усадила на колени и крепко обняла. В ближайшие часы мы сильно ослабнем, но несмотря на сгущающиеся тучи, он и Ланселот убедили меня, что это единственный способ помешать врагам. Сбежать я не могу, а птица без привязки будет в состоянии улететь на много миль.
Тьяна прикоснулась ко мне, распахнула глаза и…
Нас будто притянуло к друг другу. В комнате стало зябко. Ее покровительница явно нас услышала. Зрачки некромантки исчезли, вместо них все пространство залил черный цвет. Поднялся легкий ветер, и по кругу закружились нетяжелые предметы. Испугавшись, хотела отстраниться, но девушка посильнее вцепилась в мои предплечья ногтями, оставляя на коже красные отметины.
Она нараспев читала строчки из древнего учебника.
— Ты отказываешься от ведьмы? — ее голос стал неузнаваемым, холодным, замогильным.
Я поняла, что она обращается к Дэймону и погладила его по темной голове.
— Да, — каркнул фамильяр, обернувшись в мою сторону напоследок.