Глаза русалки (СИ)
Лора пододвинула ближе:
— Ты видела, что твой генерал учудил.
— Он не мой и моим не был…
— А как он тебя поцеловал, да и при миссис «Сладкая Вата-80» — это просто что-то…
— Лариса, не преувеличивай, все было в рамках.
— Это для непосвящённых — в рамках… А для меня целый порно-фильм.
— Лор, перестань и так тошно!
Больше мы на эту тему не говорили, только во время церемонии раз за разом ловила на себе взгляд Корецкого. Ну что ему еще надо, черту поганому?
После поехали в загородный комплекс для празднования, молодые отправились же на фотосессию.
— Оксаночка, поезжай в ресторан. Надо посмотреть, что там, все ли нормально. Тебя сейчас Катин папа повезет.
— Нет! — я прямо отпрыгнула, — лучше я на такси поеду.
— Да чего ты дёргаешься? Боишься его что ли? Ну там будет эта его Рая. Так что можешь не бояться.
— Хорошо, мамочка!
— Добились своего! — бросаю, проходя мимо Ярослава.
— Ты о чем? — он явно меня не понял.
Сажусь сзади, Раиса, признаться, приятнейшая женщина, садиться наперед к Корецкому. Она явно ему подходит больше, чем я! Пора смириться.
Одна рука генерала на руле, другая — на колене Раисы (благо коробка-автомат). Показательные выступления: в эту игру можно играть и вдвоём. Подожди, генерал! Не собирается он эту самую Раису при мне разложить прямо в машине — в назидание. Бедная женщина ни чуть не виновата, что ее любовник не знает краев.
— Приехали, девочки, на выход!
Мы с Раисой семеним под снегом ко входу в ресторан.
— Ну и погодка, Оксаночка, Вам не холодно?
Какая ты сволочь, Корецкий, такая ж хорошая женщина и ты ее обманывал?
— Раечка, нет, все ок, я не боюсь холода.
— Ну да, Оксана у нас Снежная королева…
— Идиотское замечание, Ярослав Александрович!
Рая начинает мне шептать на ухо:
— Смотрю Вы с Яриком не ладите, он сложный человек, не обращайте внимание на его едкие замечания.
Нет, Рая, мы той ночью отлично поладили. Но это в прошлом! Мне совершено не хочется делать больно этой доброй и приятной женщине. И такой простодушной.
Что ж ты Корецкий творишь? Ты вообще кого-то ценишь?
Раиса уходит вперед.
Генерал хватает меня под руку:
— Пошли потолкуем, Дуся!
— Куда Вы меня тянете? Я Вам не игрушка.
— Игрушка, Оксана, еще какая…
— Да пошел ты!
— Еще слово и тебя нагну прямо тут…
— И не стыдно, Ваша женщина с Вами…
— Ты — моя!
— Сходите с ума, Александрович!
— Сошел уже, когда увидел тебя сегодня!
— Держите себя в руках, а свой член — в штанах! Я — живой человек, ни хрена не Ваша игрушка… Мы тут просто, чтобы проверить работу ресторана, а не беседовать на личные темы. Вы запамятовали? Старость не радость?
— Еще одно слово, и я сорву с тебя это платье!
— Не горячитесь так, в Вашем возрасте опасно! Вы единственный родственник со стороны невесты, в здравом уме и при полной памяти, успокойтесь!
Удается его уговорить. За столом все произносят тосты. Корецкий пьян, жалкое зрелище.
— Мам, надо, Ярослава Александровича забирать от греха подальше…
Корецкий говорит тосты и сдуру в губы целует бедную Раю…
Я поворачиваюсь Саше:
— Хочешь меня поцеловать?
И Саша с разгона атакует мои губы. Генерал замирает на секунду.
1:1
— Мам, я его отвезу, почти не пила, да и устала порядком… Сонечка тоже.
Обращаюсь к своей блондинистой подруге:
— Раечка, Вы отдыхайте. Я Ярослава Александровича заберу и домой довезу, не берите дурного в голову и веселитесь, мне уже давно пора.
Корецкого уже насильно засовывают в его джип, я за рулем.
— Ты меня убить решила, Дуся! — хрипит он.
— Задрали Вы, Александрович, а давайте все и до конца выясним тут и сейчас!
Торможу на пустыре.
— Выходите!
Снег валит со страшной силой.
— Какого Вам хера до меня? Что Вы хотите? И почему? — чуть не плачу.
Говорить бесполезно. Он набрасывается на меня с поцелуями. Ночь. Снег. Мне плохо.
— Я люблю тебя, дуру! Так люблю!
— Завтра Вы пожалеете о сказанном!
— Не пожалею, Дуся. Не бросай меня, я умру!
— Вы пьяны!
— Так воспользуйся мной…
— Я так не могу!
— Поехали домой?
— В Вашу постель?
— Да!
В доме Корецких, на себе втаскиваю генерала в спальню. Укладываю на постель, и он увлекает меня за собой:
— Останься, Дуся!
— Хорошо, — сдаюсь я. Корецкий подминает меня под себя и засыпает в секунду.
Я нахожу в себе силы выбраться, укрываю его. Спи, мой генерал, я ушла…
9
Утро после свадьбы было хмурым во всех отношениях: и моё внутреннее состояние, и погода за окном только подчёркивали это. У меня не было сил даже оторвать голову от подушки заставить себя встать. Так и лежала до 10 и тупо плевала в потолок. Надо бы узнать, как дела у моих. Набираю маму:
— Привет, ну и как вы сегодня?
— Еще лежим, отходим от вчерашнего. Тебе кстати генерал Корецкий еще не звонил? Сегодня вечером собирает всю семью у себя. Стас и Катя уехали, поэтому будет тихий семейный вечер.
— Пытается реабилитироваться за вчерашнее?
— Ну с кем не бывает! Человек переволновался, не каждый же день дочь замуж выдает. Да и Раиса его потом весь вечер места себе не могла найти.
И правильно не могла… Я бы на ее месте тоже волновалась.
— Мам, не хочу я к генералу, у меня планы!
— Какие еще планы? Это считай свадьба, день второй.
— Уже давно никто не празднует свадьбу по два дня.
— Надо, чтобы ты была…
— Мам, я подумаю, всем привет!
И только кладу трубку. телефон снова звонит:
— Дуся!
— Тут таких нет, — отвечаю холодно.
— Оксана Николаевна, хочу тебе спасибо сказать за терпение и доставку.
— Почаще напивайтесь, Вам очень идет! Вы хоть помните, что вчера мололи?
— Ни черта не помню, помню только, как ты меня уложила и рядом легла, проснулся, а тебя и нет…
— Вам есть с кем засыпать и просыпаться, Ярослав Александрович.
— Я помню… Жду тебя сегодня в 6 на ужин.
Усмехаюсь горько:
— Если бы не знала, что Вы всех зовете, подумала бы грешным делом, что это свидание.
— А это, Дуся, и есть свидание, групповое.
— А если я не приду?
— Придешь…
— Вы уверенны?
— Дуся, ты тратишь моё время попусту.
Я его время трачу? Ну держись. Не просто приду, а приду не одна. Потом я буду жалеть об этом импульсивном поступке, а сейчас сама иду прямо в лапы зверя и набираю Гену:
— Ты вечером свободен?
— Я думал, ты уже не позвонишь…
— Ну, как слышишь, звоню.
— Все-таки соскучилась?
— Безумно… Так сможешь вырваться сегодня, мне очень нужно твоё присутствие на одном камерном мероприятии…
— Только если потом будет продолжение…
— Я согласна! В пол 6 я тебя жду под домом, и оденься поприличнее.
Что я творю? По-моему, из-за генерала я мало того, что постепенно лишаюсь разума, да еще и инстинкт самосохранения дает сбои. Не Гена ли пытался меня изнасиловать? И сейчас я сознательно его зову.
Ужин у генерала обещал быть томным. В указанное время Геннадий стоял перед моей машиной.
Я прошла мимо него, вроде не заметила.
— Ну я так не играю, ни поцелуя, ни даже здрасти!
— Привет! Так лучше?
— Ты меня специально позвала, чтобы игнорить? Виноват, тогда не сдержался…
— Да ты вел себя как последний конченый мудак!
— Прости меня!
— Хорошо, на этот раз я тебя прощу и то исключительно потому, что мне отчаянно нужна твоя компания на сегодня.
Попытку поцеловать меня в машине, я пресекла на корню, тогда Геннадий положил свою руку мне на колено и принялся его гладить:
— Я тебя очень прошу, — мой тон стал грубым, — не смей меня отвлекать, когда я за рулем.
— Так давай сделаем остановку, вон в той посадке. Ты такая красивая сегодня!
— Ген, я же сказала, все потом: ты поможешь мне, а сделаю то, что хочешь ты.