Наследник приходит, чтобы восстать (ЛП)

Она быстро отбросила любые мысли о подозрениях. Он не давал ей повода быть параноиком или не доверять ему. Она проглотила чувство осторожности и выдала их за нервы из-за того, что расцветало между ними. Ей еще предстояло полностью понять, что это было.
Джейкон удалился на ночь после долгой лекции о безопасности и осторожности, бросив несколько угроз Нику, если с ней что-нибудь случится. Фэйт все время закатывала глаза от его чрезмерной защитной чепухи.
Она позавидовала его тихому храпу, который доносился из кухни, где она стояла, закутанная в плащ и готовая уйти. Она была морально истощена от волн эмоций, которые она испытала после своего признания Джейкону и разговора с Феррисом, и то, и другое навалилось на обилие новой информации, которую она получила от Духа, которого она давно считала мифом. Фэйт была удивлена, что она все еще в здравом уме, и ей хотелось долгого, спокойного сна, чтобы сохранить его таким.
Но она поняла, что еще больше хочет увидеть Ника, и от волнения у нее закружилась голова. Она отогнала все остальное, с чем ей приходилось иметь дело, на задний план. Она должна была найти способ спросить его, согласится ли он встречаться с ней каждый вечер на этой неделе для практики. У нее оставалось всего пять ночей до того, как она столкнется в Пещере с противником-фейри, и ей нужна была каждая секунда обучения, чтобы настроиться на свои способности, если у нее вообще был шанс не быть уничтоженной. Она только надеялась, что ей не придется объяснять ему, почему ей так не терпится поупражняться в своих мыслях. Она боялась, что его реакция будет намного хуже, чем у Джейкона.
Когда стрелки ее часов пробили полночь, она тихо вышла из коттеджа, чтобы не потревожить друга, и пошла по улицам, крадучись под покровом теней. В лесу она разглядела фигуру Ника, стоявшего к ней спиной, когда поляна приблизилась, и ее сердце подпрыгнуло от волнения при виде его. Он повернулся к ней, когда она вышла из-за линии деревьев, и его приветственной улыбки было достаточно, чтобы у нее перехватило дыхание. Он сделал несколько шагов ей навстречу, и они остановились на расстоянии вытянутой руки.
— Как поживают твои друзья? — тихо спросил он, его изумрудные глаза сверкнули, когда он посмотрел на нее сверху вниз.
— Я не думаю, что хочу говорить о них прямо сейчас, — сказала она, делая последний шаг, чтобы сократить расстояние между их телами. Ее руки потянулись вверх, пальцы запутались в его волосах, когда она приподнялась на цыпочки, чтобы поцеловать его. Она никогда не могла насытиться тем, что это заставляло ее чувствовать; как близость к нему отправляла ее в совершенно новый мир блаженной свободы от любых ее страхов или забот. Он яростно поцеловал ее в ответ, и она тоже почувствовала в нем страстное желание.
Когда они оторвались друг от друга, ни один из них не отступил. Ник провел пальцами по ее лицу, и она наклонилась навстречу прикосновению.
— Я довольно долго ждал, чтобы сделать это, — тихо пробормотал он.
Ее глаза впились в его, говоря ему, что она тоже давно этого хотела. Она поцеловала его ладонь, а затем резко отступила назад, высвободившись из его объятий. Увидев его протестующий взгляд, она весело усмехнулась.
— Как бы мне ни хотелось заниматься этим всю ночь, но мне нужна твоя помощь.
Он не ответил, вместо этого сложил руки на груди и с любопытством наклонил голову.
Она нервно переступила с ноги на ногу.
— Мне нужно поработать над своими умственными способностями в бою. Ты вернешься к тому, чтобы быть моим испытуемым?
Он приподнял бровь.
— Я уверен, что мы могли бы посвятить пару ночей…
— Каждую ночь? — выпалила она, прежде чем смогла остановить себя. Его лицо нахмурилось, и она мысленно выругалась. — Я имею в виду, чем скорее я познакомлюсь с тем, что я уже знаю, что могу делать, тем лучше я смогу исследовать другие вещи, — быстро поправилась она.
Она все испортила, когда его глаза чуть сузились.
— Почему ты так стремишься к тому, чтобы практиковать это в бою? — укоризненно спросил он.
 
Она снова проклинала себя и ломала голову в поисках оправдания, но не пришло ничего, что могло бы помешать неизбежному раскрытию ее глупой миссии.
Он нахмурился еще сильнее от ее неловкого молчания.
— Что ты мне не договариваешь? — В его глазах промелькнула обида — что она попытается что-то скрыть от него.
Она вздохнула, признавая свое поражение.
— Обещай мне, что ты не разозлишься?
Он бросил на нее взгляд, который говорил, что он не может дать такой гарантии.
— Обещай мне, — повторила она с мольбой в голосе.
Его единственным ответом был легкий кивок, и она нахмурилась, посмотрев на него. Глубоко вздохнув, она рассказала о сделке с Феррисом и о том, почему она не может отказаться от нее. Закончив, она осмелилась взглянуть на него одним глазом. Его лицо было маской спокойной, темной ярости, и это потрясло ее гораздо больше, чем вспышка Джейкона.
— Ты не пойдешь на этот бой, — сказал он с убийственной тишиной, которая заставила бы большинство мужчин бежать.
— Разве ты не слышал? У меня нет выбора…
В одно мгновение он оказался в футе от нее, его зеленые глаза были намного темнее, чем несколько мгновений назад. Они прожигали дыры прямо в ней.
— Я не думаю, что ты вполне понимаете, на что ты наивно подписались. Это будет твой смертный приговор, Фэйт. Выиграешь или проиграешь.
— Я могу это сделать, — возразила она, ее собственный гнев закипал. Ее тошнило от того, что все верили, будто знают, что для нее лучше и на что она способна. Надоело, что обращаются как с какой-то хрупкой девушкой, которую нужно защищать.
Его глаза вспыхнули.
— Фейри не сдаются легко. Они не сдаются — особенно человеку. Они без колебаний убьют тебя, если представится такая возможность, а ты предлагаешь себя на чертовом серебряном блюде. — Он кипел, уходя прочь.
— Если ты мне не поможешь, я, черт возьми, научусь сама. Но ты не можешь остановить меня.
Он резко обернулся, и в его лице не было ничего доброго от ее неповиновения. Какое-то мгновение они смотрели в сторону, не отступая, пока Ник не сделал глубокий вдох и не провел рукой по лицу.
— Твой героизм не достоин восхищения, он безрассуден, — сказал он, но она не ответила на это замечание. Он вздохнул. — Если ты не сможешь одолеть меня к тому времени, когда начнется этот бой, мне все равно, даже если мне придется привязать тебя к проклятому богами дереву — ты не пойдешь.
Компромисс, предположила она, и вызов.
Она выпрямилась, улыбка тронула ее губы.
— Договорились.
Его лицо вытянулось, и она знала, что он внутренне борется, чтобы не провалить сделку и быть уверенным, что она никогда не вернется в Пещеру, несмотря ни на что. Она знала, что он может это сделать только грубой силой, поэтому испытала небольшое облегчение, когда он согласился, по крайней мере, дать ей шанс проявить себя.
— Этот твой друг ничего для меня не значит, но ты… — Он замолчал, словно не в силах закончить предложение. Ему не нужно было больше ничего говорить; на его лице был написан страх, что с ней там что-то может случиться. По сравнению с ним она была хрупкой, как насекомое.
Она сократила расстояние между ними и поднесла руку к его лицу.
— Я знаю, — было все, что она сказала, и он расслабился под ее прикосновением. Фэйт поцеловала его один раз — в знак обещания, что выйдет из этой пещеры живой. Хотя она знала, что это было не совсем в ее силах дать обещание, это было все, что она могла сделать, чтобы обуздать его беспокойство.
Она отступила назад и отошла на несколько шагов. Вытащив меч, она повернулась к нему с вызывающей улыбкой.
 
— Ну что, начнем?
Его ответный взгляд был слабым, но Ник подчинился, обнажая клинок на боку и подходя, чтобы встать против нее.
Ее глаза встретились с его глазами.
— Как всегда, не сдерживайся.
 ***
Перевод принадлежит группе  A   Court   of   books   and   love  ( vk . com )