Мальвина Его Темнейшества (СИ)

  
Глава 1
 
Шум машин за окном и размеренное тиканье часов – первое, что слышу, открыв глаза. Ненавижу эти звуки. Они словно красной тряпкой перед быком, машут передо мной реальностью. Серой, скучной, поломанной. Как и я.
А ведь всего секунду назад в ушах свистел ветер, отбивал ритм топот коня вперемешку с бешеными ударами моего сердца. Длинногривый черный красавец нес меня прочь от мрачного замка. Я периодически оборачивалась, проверить, нет ли погони, и каждый раз по коже пробегала дрожь от одного лишь вида остроконечных шпилей его башен, теряющихся в облаках.
Красивый, величественный, навевающий благоговейный ужас. Такой же, как и хозяин этих земель. Только полной дуре с атрофированным чувством самосохранения придет в голову добровольно участвовать в Отборе невест для такого человека. Даже если в его руках несметные богатства и огромное королевство. Не просто участвовать: опередить всех претенденток, а после объявления победительницы – сбежать, сперев у несостоявшегося мужа лошадь.
Но Отборы – лучшее развлечение, в которых мне приходилось участвовать. Скорее всего благодаря опыту я и победила. Удивительно, но все эти соревнования принцесс за руку и сердце богатого и могучего мужика неплохо помогают справиться с хандрой.
– Маришка, ты проснулась!
Я вздрогнула, окончательно высвобождаясь из ласковых объятий волшебного сна. В самом прямом смысле – волшебного. Вот уже год я путешествую во времени и пространстве, проживая самые невероятные приключения, о каких только могла мечтать. К сожалению, они всегда заканчивались, возвращая меня сюда, в эти четыре стены. Оставались лишь впечатления и быстро стирающиеся из памяти эпизоды, которыми я ни с кем не могла поделиться.
Мимо пронесся слабый ветерок, пахнущий ванильными оладушками с малиной. Лиза готовила их по выходным. Чуть повернув голову, я наблюдала, как сестра распахивает плотные зеленые шторы, впуская в комнату приглушенный декабрём солнечный свет. Ее рыжеватые волосы завязаны в какой-то немыслимый пучок на затылке, худое белокожее лицо обрамляют выбившиеся прядки. Голубые глаза кажутся невероятно яркими, когда она вот так замирает у окна, вглядываясь во что-то интересное на улице.
– Сегодня на удивление хорошая погода. После метели, что выла всю ночь, я думала нас заметет по самую крышу.
Она наконец отвернулась и подошла ко мне. Откинула одеяло, помогла приподняться и обхватила подмышками. Потянула вверх и чуть в сторону, с трудом усаживая в инвалидное кресло, стоявшее у кровати.
– Вот так! – шумно выдохнула, поправляя мою пижаму, – Теперь умываться и завтракать! А потом на прогулку. Можем сходить в кафешку или в кино. Сонечку на все выходные заберет мама Люба, так что я в полном твоем распоряжении.
В такие минуты хочется завыть в голос, оттолкнуть ее заботливые руки и прогнать прочь из этой комнаты и моей жизни. Но потом я вспоминаю, что кроме нее у меня никого нет. Жених погиб в аварии, отобравшей у меня возможность ходить и желание с кем-либо говорить. Отца мы с Лизой не знали, а мама умерла несколько лет назад.
У сестры семья. Муж, работающий с утра до вечера и егоза-дочка, которую безумно люблю. А еще я – поломанная немая кукла со скверным характером. Но Лиза – умница, она терпит и старается не замечать моих увечий. Забрала к себе, помогает справляться с частой депрессией и постоянной болью, истязающей все мое тело. Сначала я была против. Не хотела обременять ее. Зачем? Ведь у меня есть квартира и деньги от моей доли наследства, чтобы нанять обученных людей, способных профессионально ухаживать за такими больными, как я. Но Лиза оказалась упрямее, а у меня не было сил долго сопротивляться.
Врачи говорили, есть все шансы снова пойти, и мы убедили друг друга, что рядом с близкими и родными это наступит гораздо быстрее. Вот уже десять месяцев сестра испытывает терпение своего мужа, ухаживая за мной. А я, засыпая каждую ночь, молюсь вновь очутиться где-то еще. Чтобы почувствовать свои ноги, стать на них и отправиться совершать что-то невероятно сумасшедшее.
 
Сначала думала это обычные сны. Но потом начала отмечать их невероятную реалистичность. Я не просто наблюдала со стороны или сама играла в локациях сновидения, а чувствовала, дышала, ощущала абсолютно все, словно и не спала вовсе, а шагнула в другую реальность всего лишь закрыв глаза.
Первое путешествие затянуло меня в тот же миг, как случилась авария. Просто секундная боль и я стою посреди просторного зеленого луга, волосы треплет теплый ветер, пахнущий ромашками, а вдалеке виднеются каменные стены старого города. На мне странное платье, подол которого теряется в траве, на ногах плетеные мягкие башмаки. Чтобы понять где я и кем являюсь понадобилось больше часа. Самое первое приключение мне выпало в роли знахарки в удивительном, пропитанном волшебством мире. Что интересно, приняла я этот факт очень быстро, словно и не ехала совсем недавно в машине по освещенной фонарями трассе.
«Сон» продлился несколько месяцев. Потом я просто уснула в знахарском домике, а проснулась на жесткой койке больничной палаты. И узнала, что в «реальности» прошло всего три дня. Трое суток, во время которых врачи боролись за мою жизнь.
Хотя в тот момент границы реальности для меня были сильно размыты. Осознание произошедшего повергло в шок, и я не сразу поняла, что выразить свои мысли и эмоции вслух у меня больше не получается.
С тех пор прошел почти год, ночные путешествия становились реже и скоротечнее, а образы случившейся аварии затухать и стираться никак не хотели. Я помнила каждую деталь, каждую мелочь. И словно проживала все заново каждый день.
Мы ехали с шумной вечеринки одной из моих однокурсниц. Середина зимы, мне двадцать три, а Стёпе двадцать пять. Всего пара недель, как он сделал мне предложение. Я вовсю планировала пышную свадьбу, а он – не менее яркое путешествие.
Планы, иллюзии, мечты – все дребезги. Скользкая дорога и дальний свет встречной машины. Стёпа не справился с управлением, нас занесло и выбросило за ограду горной дороги. Целая вечность вниз по скале, а затем удар о какое-то дерево.
Мой жених погиб на месте, а я… Что я? Шесть операций, еженедельные консультации психиатра и тонны таблеток, входивших теперь в мой рацион три раза в день. Не знаю, помогает ли хоть что-то из этого. Говорить за границами своих снов я так и не начала, хотя порой очень хотелось сказать Лизе и Сонечке, как я их люблю. Вслух, а не с помощью записок, которыми мы общались.
Вдруг размеренную тишину нарушил топот ножек по коридору.
– Ох, егоза проснулась!
Лиза поторопилась к выходу, но дверь уже распахнулась, впуская в мою скучную комнату рыжий ураган с большими синими глазами.
– Тетя Мальвина! – Сонечка бросилась прямо ко мне, забираясь на колени и обхватывая шею тонкими ручками, – А ты знаешь? Ты знаешь, что мне сегодня приснилось?!
Губы растянулись в непроизвольную улыбку. Она называла меня Мальвиной из-за цвета волос, а мне каждый раз становилось тепло на душе от этого по-детски наивного сравнения со сказочной героиней.
– Софушка, не сейчас. Иди умываться и одевай платье, что я тебе приготовила. У нас всего час, чтобы привести тебя в порядок и позавтракать. Скоро приедет бабушка.
Я прижала племянницу к себе, отказываясь отпускать, а она словно и не слышала слов мамы.
– Мне приснилось, будто я большая, невероятно красивая бабочка! Я живу в сказочном саду, летаю с цветка на цветок и дружу с настоящим принцем!
Принц тоже бабочка? Я попыталась нащупать в боковом кармане кресла блокнот, чтобы написать этот вопрос, но Лиза бесцеремонно подхватила дочь с моих колен и подтолкнула к выходу.
– Иди, говорю, умываться! Расскажешь остальное уже за столом.
– Хорошо! Тетя Мальвина, ты тоже скорее умывайся. Оладушки уже не такие горячие.
– Ты опять кусочничала? Софка, ну ведь даже зубы не почистила!
Сонечка рассмеялась и выскочила прочь. Лиза вздохнула.