Развод. (не) Говори прощай (СИ)

— А работа у тебя есть? — интересуется хозяйка.
Работа…
Снова комок в горле.
Я ведь была на собеседовании. Я помню, как мне обещали большие перспективы. Но в чём именно должна состоять моя работа?..
Ничего не могу вспомнить… Совсем ничего.
— Да, есть, — бормочу. — Будет. Скоро.
— Ну, ладно, — отстаёт Мария Абрамовна и теперь смотрит на мою сумку. Я с ней и не расстаюсь с тех пор, как чуть не потеряла. — Это все твои вещи?
— Да. Все.
— Негусто. Значит, барахлом заваливать не будешь дом. И то хорошо.
Хозяйка одобряет мою кандидатуру. У меня как будто гора с плеч сваливается. Валентина тоже очень рада, как будто бы искренне, но она явно торопится и просит меня скорее расплатиться. За её услуги ей положена месячная оплата моего жилья.
Лезу в сумку, чтобы со всеми рассчитаться: с риэлтером и с Марией Абрамовной. Последней я должна заплатить за три месяца. Валентина объяснила, что это стандартный взнос — месяц вперёд, последний месяц проживания и возвратный депозит.
Только раскрыв молнию, понимаю, что мои финансовые запасы сильно истощились.
Осознание обрушивается на меня лавиной. Что я наделала?!..
Я лишь сейчас поняла, что на собеседовании меня обманули. Я заплатила двести тысяч за воздух! Взамен мне дали какие-то бумажки, но теперь я отчётливо понимаю, что бумажки эти ничего не стоят. Хотя…
Вроде по ним мне на складе компании должны выдать какой-то товар. Но я даже не поинтересовалась, какой и что мне с ним делать.
— Вы в порядке? — спрашивает Валентина, видя моё потерянное лицо.
— Всё хорошо, — успокаиваю её.
По крайней мере, за комнату мне есть, чем заплатить. Что ж, хотя бы жильё у меня будет настоящее.
— Вот и славненько, — Мария Абрамовна с довольным видом забирает деньги и ещё раз поглядывает на мою сумку. — Вещички можешь себе в комнату отнести.
Валентина желает мне всего доброго и тут же убегает. А я, оставшись одна, бреду в положенную мне комнату на ватных ногах.
Закрываю за собой дверь и внезапно обнаруживаю, что замка на ней нет.
— Мария Абрамовна! — зову хозяйку. — А как здесь запираться?
Она появляется в коридоре, воткнув руки в боки.
— Зачем тебе запираться? Мы здесь вдвоём. И больше в квартире никого не будет.
— Я понимаю. Просто…
— Ты что же, прятать там что-то решила? — грозно спрашивает Мария Абрамовна.
— Мне нечего прятать.
— Ну, и всё. Нечего там запираться. Не в отеле жить собралась.
Уходит.
Да, она права. Я больше не живу в отеле. Надо сообщить об этом Ильдару, поблагодарить. Да и ему деньги тоже передать как-то надо. После чего финансы мои ещё немного просядут.
Хочется плакать. Но почему-то не хочу демонстрировать тут свои чувства. Стены тонкие. Мария Абрамовна в соседней комнате смотрит телевизор, а мне тут слышно так, будто и стен никаких нет.
Ложусь на койку, сворачиваюсь калачиком, закрываю глаза.
По ушам долбят звуки телевизионной рекламы. На окнах решётки, как в тюрьме. Комната тёмная, крохотная. Кровать, шкаф, стул у окна, выцветшие занавески.
Мне страшно. Вроде бы я в безопасности, но мне очень страшно.
Накрываюсь с головой одеялом и всё-таки начинаю тихо плакать.
  
Глава 19. Диляра
 
Сижу с Мадиной в ресторане. Классное местечко, но почему-то даже тут мне грустно и тошно. Очень хочется рассказать подруге всё, что гнетёт душу, но понимаю, что некоторые вещи лучше не говорить даже ей.
— Значит, Алишер разводится? — уточняет уже в третий раз Мадина.
Понимаю её недоверие. Кто б мог подумать, что мой брат всё-таки решится? Но его проблемы мне кажутся сущим пустяком по сравнению с тем, что чувствую я. Он избавился от неверной жены — так и должно быть. Ещё не хватало терпеть такую женщину в доме. Только не в доме Хакимовых.
Но меня Ильдар не предавал. Он ведь ничего мне не обещал. Да, радостного мало, что он крутит интрижку со Светланой, но у него на то есть право, в отличие от неё.
Ильдар замечательный. Настоящий мужчина. Не понимаю, ну, как он мог выбрать такую недостойную женщину?..
 
— Да, разводится, — вздыхаю.
— Что с тобой? — удивляется Мадина. — Тебе же не нравилась его жена. Что ты переживаешь?
— Да не то, что не нравилась… Я и не общалась с ней раньше особо. Она немного… странная. Но теперь-то понятно, что за странности у неё в голове были.
— А ты не знаешь случайно, с кем она изменила Алишеру?
Проглатываю комок в горле. Не хочу называть Мадине имя Яруллина. Она знает, как сильно я на него запала. Сейчас ещё издеваться начнёт, если скажу. Мадина классная, но язык у неё без костей. Дерзкая вся такая, хваткая.
Но, с другой стороны, когда они с братом сойдутся, он же наверняка ей расскажет, кто у него жену увёл?..
— С Ильдаром… — произношу тихим шёпотом.
— Да ты что?! — подскакивает Мадина. — С каким Ильдаром?! С твоим Ильдаром?!
— Он не мой… — снова вздыхаю. — Хотела бы я, чтобы моим был. Только теперь он с другой… Раньше хоть свободен был. И был шанс, что Ильдар на меня внимание обратит, а сейчас…
— Спокойно, сестричка! — обрубает меня подруга. — Ты совсем в мужиках не понимаешь. Не ты ли мне говорила, что Ильдар ещё с юности к этой Светлане подкатывал?
— Говорила. И что?
— А то, что это у него просто бзик такой с юности был! Вот теперь он своего добился, и — всё! Она ему уже неинтересная станет. Понимаешь?
— Нет…
Мадина цыкает и закатывает большие карие глаза.
— Ой, всему тебя учить надо… — строит недовольное лицо. — Это — психология! Какому мужчине использованная баба нужна? Второй сорт! После другого объедки подбирать — в чём смысл? Бегал за ней Ильдар, чтобы один раз поиграться. Ну, обидно ему было, ясно? Что Светлана Алишера выбрала. Ильдар должен был утвердиться. А больше ему ничего не нужно!
— А вдруг он её любит? — роняю неуверенно, но уже начинаю снова понемногу надеяться.
— Ты совсем ку-ку? — Мадина крутит пальцем у виска. — Кто такую полюбит? Разведёнка! Дырявая! Да ещё и бесплодная! Ей теперь только кошек заводить и слёзы в три ручья лить, что такой дурой оказалась. Это ж надо додуматься — Алишеру изменить! Как нормальной женщине такое в голову прийти может? Светлана не странная, а наглухо долбанутая! За такого мужика держаться зубами надо. А ты давай, не унывай. Сейчас всё немного уляжется. Там глядишь, Ильдар сам о тебе вспомнит. А не вспомнит — напомни аккуратно. Только ненавязчиво. Чтобы он не подумал, что ты такая же падшая, как эта Светлана. Ему хорошая девушка нужна. Как ты.
— Да, — соглашаюсь, чувствуя, как душа наполняется новыми силами. — Да, Ильдар просто мало меня знает…
— Именно! — горячо поддерживает подруга. — А когда узнает, любить тебя будет без памяти!
— Но как же… — вдруг поддаюсь сомнением. — Он ведь со Светланой, получается, был…
— И что? — Мадина легонько бьёт мне в плечо. — Он — мужчина. Где-то же ему надо опыта набираться. Вот пусть с такими второсортными и развлекается. Просто развлекаются с одними, а женятся — на других. Так всегда было. Такова мужская природа.
— Не думаю, что Али с кем-то развлекался.
— И не думай. Это не твоя забота. И не моя. Всё равно мужчины такие гулянки не воспринимают всерьёз. А вот семья — это святое. И в семье мужчина должен чувствовать себя надёжно.
В который раз поражаюсь мудрости своей подруги. Мы с ней одногодки, но она прям всегда всё знает и во всём разбирается. Именно такая жена и нужна Алишеру.
— Я очень надеюсь, что у тебя с моим братом всё получится, — говорю искренне. — И скоро мы породнимся как настоящие сёстры.
— А я в этом даже не сомневаюсь, сестричка. Значит, в пятницу, говоришь, он приедет к вам?
— Обещал, — киваю. — Сказал, приедет, но ненадолго. Потом у него дела какие-то.
— Супер, — довольно улыбается Мадина. — Предчувствую замечательный обед в семейном кругу. Главное — начать общение. А остальное приложится.