Райская комната (СИ)

— Слишком медленно… Хочу быстрее…
Поспешно прикусила кончик языка, подаваясь невзначай вперед от настигнувшего удара прохладного наконечника, который каждый раз бил слаще и сильнее прежнего. Его пальцы, двигающиеся во мне, наконечник прохладного предмета, распространяющего одновременно сладкую боль и наслаждение — безумие. Уголком губ улыбнулась, собираясь повернуться к нему, чтобы потонуть в океане вожделения его кровавых очей, но громко ахнула от неожиданности, получив наказание в виде очень легкого удара по изнывающей и мокрой промежности.
Не успела отойти от его обезоруживающей чувственности и остроты, как следом пришел обжигающий удар там, но уже его ладони, которая прилетала намного чувствительнее. Не зная, куда себя деть, только покрутила от нетерпения бедрами и уже полностью скрыла лицо, вжимаясь в ткань и надеясь, что за этой преградой не будет слышно моих вырывающихся по случайности выдохов.
Его пальцы уже вышли, но я все равно была на невыносимом пределе чувствительности. Ресницы каждый раз подрагивали от теплой ладони, сначала медленно и ласкательно поглаживающей кожу, но потом оставляющей обжигающий след, а следом на другую ягодицу прилетал громкий шлепок широкого наконечника рукояти, от которого я вздрагивала и изгибалась сильнее. Уже плоским животом касалась прохладной ткани, настолько сильно он делал это, что прогибалась с каждым ударом сильнее прежнего.
Даже от смачного звука шлепка крылья неподвластно дрожали, вкушая за этими действиями мое нарастающее желание. Еле сдерживала иногда случайно вырывающихся всхлипов, но за это сразу получала неизбежное наказание, раззадоривающее сильнее прежнего.
— Блять, малышка Уокер, ты настолько возбудилась, что уже промокла вся ткань под тобой, — от его слов хотела повернуться, но не могла. Ладонь оказалась на макушке головы, охватила и, вцепившись в волосы, грубо вжала в матрас кровати, попросту запрещая даже взглянуть. Почувствовала его какие-то судорожные движения сзади и, прикрыв удовлетворенно глаза, ждала приближающегося начала. Видимо та картина, представшая перед его глазами, сняла оковы изнуряющего запрета. Не успела даже сглотнуть вязкую слюну во рту, как громко вскрикнула, сопровождая этим его грубое проникновение в меня. Рваный толчок, и я прогнулась, наконец-то ощущая каждый сантиметр его плоти в себе. — Теперь буду жестко трахать тебя, но полностью запрещаю кончать без моего позволения.
— Я не смогу, Люцифер…
— Мне абсолютно плевать. Я сказал — ты выполнишь, — сопроводил слова толчком до полного упора и, громко рыкнув, демонстрируя свою вырвавшуюся полностью похоть, начал наращивать темп грубых движений бедер, ударяющихся громко об ягодицы. Непроизвольно сжимал мои волосы и сильнее лицо вдавливал в кровать, что уже было тяжело сделать глотка воздуха, но мне это нравилось. Настолько грубо входил, надрывисто и властно, что мое тело постоянно качалось вперед, но неожиданно мое бедро охватила его свободная ладонь, стискивающая кожу до приятной боли. — Что такая тихая? Только недавно была готова кричать во все горло, а сейчас будто находишься на каких-то поминках, — слишком грубый толчок, и я застонала, пытаясь приподняться, но он этого не позволил.
— Прибываю на поминках своего тела без твоих следов, — тихо прошептала и зажмурилась от очередного удара руки по ягодицам.
— Не те словечки, куколка…
Каждый быстрый и ненормальный толчок все быстрее доводил до точки глобального невозврата, но я сжимала больно челюсть, сильно жмурила веки, прикусывала щеки и губы, послушно терпя и не позволяя себе кончить. Назло блуждали утапливающие мысли, насколько я сейчас беззащитно выглядела на фоне его фигуры, входящей и старающейся довести до нетерпеливости, от чего уже теряла тонюсенькую ниточку его запрета. Но он, явно испытывая, будто назло ускорялся, что мои пальцы, сжавшие случайно ткань, впивались через нее в ладони. Резко выкрикнула и немного качнулась бедрами назад его движению, почти насаживаясь на его пульсирующую плоть, входящую с небывалым остервенением.
 
— Я больше не могу терпеть, — громко выкрикнула, но сильнее сжала ткань в руках, ощущая на коже его очередной издевательский удар. — Люцифер, разреши кончить…
— Нет.
— Пожалуйста…
— Нет, блять. Терпи, сучка ты такая, — грубо рявкнул, уже вдалбливаясь так, что даже его рука, сжимающая кожу, не помогала удерживать меня на месте.
От каждого удара, громко звучавшего, уже не могла сдерживать себя и просто шептала его божественное имя с нотками жалобности и милосердия, моля остановить несносную пытку и дать сделать то, что уже физически не могла удерживать внутри. Продолжала несвязно и быстро шептать, жмурить сильно глаза, чувствуя мышцы таза, напряженные до всевозможного предела, которые от любого его движения способны были надломиться и с внушительным неповиновением вырваться наружу.
Уже слезы непредсказуемо стекали по щекам, а я заблудилась в своих ощущениях, пока не услышала на далеких задворках своего измученного подсознание его властное и требовательное рычание:
— Кончай, Уокер.
Рука исчезла с макушки, а я смогла приподнять наконец-то голову. Поддалась бедрами до упора назад, ударяясь об его тело и доводя наконец-то до того самого необузданного оргазма, который сдерживала все это дурацкое время. Из приоткрывшихся губ слетел громкий крик с именем Дьявола, а все тело неконтролируемо дрожало, от бессилия медленно скользя по ткани. Услышала вырвавшийся стон Дьявола, кончающего в меня, и прикрыла дрожащие веки, окончательно падая на прохладные простыни.
Блаженно лежала, совершенно не двигаясь и наслаждаясь чувством каждый раз неописуемой, и разной эйфории. Почувствовала, как матрас прогнулся от тяжести рядом и, повернувшись, сразу прижалась к боку Люцифера, расположившемуся очень рядом. Закинула ногу на его живот, а голову уложила на мускулистой груди, слыша бешенный и почти выпрыгивающий ритм сердца. Крыло Люцифера заботливо укрыло нас, немного щекоча кожу, а я резко открыла глаза и посмотрела на палец, медленно стирающий и убирающий скатывающуюся каплю слезы. До сих пор чувствовала горящие ягодицы от множественных ударов, но признала, что мне это невероятно понравилось.
— Я не сделал тебе больно? — уже говорил без порочного рычания. В его нотках голоса была только незнакомая бархатность, приятно накрывающая и обволакивающая уши.
— Ты этого никогда мне не сделаешь, — улыбнулась, ощутив его легкий поцелуй в голову, и, чуть не мурлыкнув от этого, окончательно прикрыла веки, наслаждаясь тихой и умиротворенной идиллией.
Ну ничего, скоро я буду доводить его до безумия…
Комментарий к Познание неизведанного
Не забываем ставить ♥️
Вот такая маленькая глава вышла с маленьким намеком на продолжение:)
Ну вот не могу закончить все так быстро, хочется растянуть