(не) идеальная пара (СИ)

Тщетную снова, конечно же…
— Договорились, сердце мое, — вновь улыбнулся с непонятной теплотой и нежностью. — Кинжал, кстати, тоже можешь себе оставить, — перехватил мою ладонь удобнее и поднёс ее к своим губам, поцеловав каждый пальчик.
Вот тут я окончательно прифигела…
— Точно псих, — выдохнула беззвучно, борясь с очередной порцией мурашек по коже, и, чтоб об этом же поскорее позабыть, переключилась на иное: — Имя то у тебя есть? Моё ты знаешь.
А то псих или Демон — так себе для обращения к… психу и демону.
Особенно если этот демон-искуситель так и не отпускает мои пальцы, а я отвлечься собиралась!
— Есть, — сверкнул на меня веселым взором, прикусив за подушечку указательного пальца. — Тоже очень красивое. Я вообще весь хорош собой, с какой стороны ни посмотри, — подмигнул, потянув мою руку на себя.
Стало себя совсем жаль…
— А может ты уже просто скажешь, как тебя зовут, заодно перестанешь меня дразнить? — покосилась на свою руку, мурашки по которой давно донеслись до самых пяток. — Познакомимся, найдём какой-нибудь компромисс в сложившейся ситуации, — добавила миролюбиво, пока в голове навязчиво вспыхивало лишь одно истинное желание.
Желание просто заткнуть его, естественно поцелуем, и обязательно, сверху на него взобравшись.
Убейте меня, кто-нибудь…
Тем более ничего такого прекращать оборотень не намеревался. Наоборот, сделал то, чего мне так хотелось — заткнул поцелуем нас обоих. И не одним. Мягко, медленно, смакуя каждое прикосновение, наслаждаясь ими, словно пил и никак не мог напиться, фактически убивая жалкие остатки моей выдержки.
— Сладкая, — шептал в перерыве между поцелуями, лишая всех разумных мыслей. — Такая сладкая, — повторял то и дело, целуя не только губы, но и все лицо. — Как шоколадка с карамелью. Так бы и съел тебя всю много-много раз, — впился на мгновение зубами в кожу на шее, как доказательство своих слов.
И мне бы остановить это опасное безумие, но в янтарных глазах отражалась такая неподдельная нежность и восхищение, что я только и могла, что жалобно стонать и подставляться под его губы опять и опять. Или это я на волне происходящего принимала желаемое за действительное? Не важно.
Мужчина уже не целовал, вылизывал мою шею, а горячие ладони скользили по ногам все выше и выше.
И Лунная меня забери, но я совсем не думала о том, чтобы это заканчивалось, или же, насколько неправильно происходящее, внутри лишь росла и росла жадная потребность продолжать, заполучить как можно больше.
И даже когда…
— Останови меня. Сейчас же, — то ли попросил, то ли приказал в какой-то момент.
— Зачем? — обронила, уже мало что соображая, ведомая жгучей потребностью пробужденного инстинкта, и без всяких афродизиаков вложенного в оборотней преобладанием, наравне с яростью. — Не останавливайся… — сама же потянулась к его поясу, потянув тот ниже.
Тихий обреченный то ли стон, то ли рык и едва слышное всемирно известное русское ругательство стали ответом на мои действия, вместе с очередным поцелуем, но уже куда более жадным, глубоким и ненасытным. Я окончательно забылась в нём. Отвечая не менее жадно и голодно, требовательно, с блаженным стоном ощущая твёрдую плоть, что обхватила пальцами у самого основания, чуть сжав. Рычание оборотня стало отчетливей. Как и дрожь его тела.
— Ты в шаге от того, чтобы принадлежать мне одному до конца своих дней, волчица, — пророкотал не своим голосом.
Как подбросило, насквозь прошило этим тембром.
Принадлежать мне одному…
Так случается, если оборотень признает в тебе пару. Потом хоть беги, хоть скрывайся, хоть что делай, не избавишься. И да, очень часто случается, что именно так и происходит — на волне страсти, бездумно, ведомо элементарными инстинктами. Вот как сейчас. Когда нестерпимо хочется отдать что угодно, с готовностью пожертвовать даже гордостью и свободой, да и вообще всем, что только возможно, лишь бы заполучить желаемое.
Отрезвило в одно мгновение!
Разумеется, безумно хотеть Альфу по щелчку пальцев я не перестала. Мышцы свело болезненной судорогой, а каждый дюйм возводимого расстояния между нами, словно до Луны и обратно, так сложно и долго для нас обоих. Внутренности будто раскалённым железом приложило, так пекло в лёгких и жгло в районе солнечного сплетения. Но я смогла, да. Отпустила. И в самом деле, не хватает мне в жизни бед, так ещё и воздействие афродизиаков за парное притяжение начать принимать.
 
Оборотень после того, как я отстранилась, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Не глядя нащупал кнопку открытия окон и шумно втянул в себя горячий воздух пустыни. Ещё так немного посидел, прежде чем снова выругаться.
— Блядство! — выдал на чистом русском, приложившись затылком пару раз.
И пока я переваривала его познания в иностранных языках, выбрался наружу, громко хлопнув дверцей.
Прошла минута…
Вспомнила, о том, что в районе заднего сиденья есть бутылки с водой. Достала и первую же почти до дна осушила, даже не понимая, какая она на вкус.
Стало чуточку полегче…
Решила ещё одну приговорить. Правда, едва сделала первые парочку глоточков, как оборотень вернулся.
— Пристегнись, — бросил мрачно, не глядя на меня.
Чуть не подавилась от неожиданности. Вода поперёк горла встала.
— Зачем? — удивилась встречно.
Ответом стал резкий старт и крутой разворот, направивший автомобиль в сторону виднеющихся сбоку от нас гор.
  
Глава 4
 
Алексия
Альфа сосредоточенно вёл машину, изредка поглядывая в боковые зеркала. Не сразу я осознала причину подобной реакции оборотня, только когда заметила показавшиеся позади автомобили. Внедорожников было в количестве аж шести штук. И ехали они точно не мимо — в нашем направлении, дружной колонной, поднимая столпы песка, разлетающиеся в разные стороны. На всей скорости неслись.
— Кто они? — поинтересовалась напряжённо.
— Понятия не имею, но вряд ли они настроены дружелюбно, — отозвался мужчина, продолжая следить за происходящим за нашими спинами.
У меня не было никаких причин верить ему, как и наоборот, конкретно по этому факту. Но внутри забилась малодушная мысль о том, что может это и не угроза. Наоборот. Моё спасение.
Что, если Эйдан нашёл Агату и пришёл за мной?
— Это ты как определил? На слух? — с учётом, что услышал он их приближение гораздо раньше, чем я сумела увидеть воочию. — Или мысли читать умеешь? — съязвила, всё-таки поймав ремень, пытаясь пристегнуться, как и велел прежде.
Как бы то ни было, совсем не хотелось долбануться головой, при любом возможном резком манёвре.
— Интуиция.
— А вот мне так не кажется, — сказала, как есть.
И снова за ремень схватилась. В готовности отстегнуть его в любой подходящий момент. Тем более, горы приближались очень быстро, так что времени оставалось всё меньше на выбор.
— А если окажешься не права? Готова рискнуть и снова оказаться в плену у какого-нибудь маразматика?
Не готова. И он прекрасно знал это.
По больному ударил, гад.
С другой стороны, всё явнее казалось, что мои шансы на побег выше, где угодно, с кем угодно, в любых других обстоятельствах, но только не рядом с ним.
— Можно подумать, ты лучше, — съязвила в очередной раз.
Машины тем временем всё приближались…
Как назло, сколько ни смотрела, не находила в них ни единого опознавательного знака, который дал бы надежду на то, что я могу оказаться права, и это не те, кто желает с нами расправиться из-за случившегося после аукциона.
— Конечно, я лучше! Как ты только могла подумать иначе? — деланно оскорбился мой то ли похититель, то ли теперь уже спаситель, увеличивая скорость, отчего пейзаж за окном мелькал чаще, а может так казалось из-за однообразия песчаных дюн. — Да я вообще идеал, чтоб ты знала. Ты просто этого ещё не поняла, но не переживай, у тебя будет время изменить своё мнение, — подмигнул, широко ухмыляясь.