Женщина его мечты

Всякая критика ее материнских чувств была Элли обидна, а слушать ее из уст Бена просто невыносимо.
— Минуту назад ты говорил прямо противоположное. Что я, мол, беззаботно раскатываю по всему миру, не задумываясь о дочери. Нельзя, знаешь ли, одновременно придерживаться взаимоисключающих точек зрения.
Ее пыл был встречен легкой улыбкой и знакомым пожатием плеч.
— Ты прекрасно понимаешь, почему я так говорил. — Элли не без огорчения увидела, как Бен поднялся. — Разозлился на тебя, вот и все. — Он примирительно протянул руки, взял ее ладони в свои и потянул, поднимая с кресла. — И было от чего. — Голос его стал рокочущим, чувственным. — Гуляя со мной по самым романтическим бульварам в мире, ты не могла дождаться возвращения в отель.
Элли отчаянно старалась рассуждать здраво, но это было так трудно, когда Бен совсем рядом, когда его глаза столь решительны и властны, а ее голова идет кругом от терпкого запаха его парфюма.
— Я только хотела убедиться…
Но прежде чем она успела придумать мало-мальски вразумительное объяснение, мужские губы приблизились к ее рту, лишив остатков здравого смысла. Теперь ему известно, что она не в состоянии устоять перед его обаянием, точно так же как это было когда-то на Мысе Ветров. На мгновенье ей показалось, что они как бы вернулись в те волшебные времена. Каким наслаждением, каким блаженством было прижиматься к сильному мужскому телу…
О Господи! Она таяла от утонченной ласки его языка. Ни о каком самоконтроле уже не могло быть и речи. Страстные желания, которые столько лет были заперты в ее сердце, вырвались наружу.
— Элли… — Оторвавшись от ее рта, Бен уже покрывал поцелуями щеку, спускаясь к шее. В блаженной истоме она откинула голову. — Элли… С тех пор как мы впервые встретились, я мечтал…
В это мгновение слова мало интересовали ее. Все, чего она хотела, это чтобы ошеломляющие ощущения длились бесконечно… Предосторожность оставила ее, и она снова потянулась к его губам, сдаваясь, даря себя пылкому любовнику. Все переживания, все горькие уроки прошлого вылетели у нее из головы. Она услышала собственный голос, произносивший имя Бена с такой мольбой и страстью, что он не мог ошибиться в сути ее призыва…
— Мама!
Элли едва услышала этот отдаленный возглас, настолько была покорена бесконтрольными желаниями своего тела. Она уже почти опустилась на софу, не разжимая объятий, когда этот возглас, нежеланный сейчас и совсем неуместный, раздался снова, теперь уже ближе. Дверь в спальню отворилась, и на пороге появилась маленькая фигурка. Девочка зевала, прижимая к груди плюшевого мишку, купленного сегодня в парке. Если Чарли и заметила необычную сцену, то отнеслась к ней совершенно равнодушно.
— Мамочка, мне приснился плохой сон.
— Девочка моя! — Мгновенно освободившись из объятий Бена, Элли бросила на него обжигающий, ненавидящий взгляд. Он все-таки добился своего — сумел встать между матерью и ребенком! — Дорогая, плохой сон — всего лишь сон, забудь о нем. — Она обняла дочь и, не оборачиваясь, сказала. — Думаю, тебе лучше уйти, Бен. Чарли теперь не сразу заснет.
— Очень трогательная сцена.
Тут уж Элли пришлось повернуться к нему. В глазах Бена тлела насмешка, она сообразила, что переиграла, что Бен прекрасно понял ее уловку. А он как ни в чем не бывало продолжил:
— Я прекрасный специалист по убаюкиванию. У меня огромная практика в этом деле, хотя и нет детей. — Затем, видимо сжалившись над Элли, он присел перед Чарли на корточки и совершенно другим голосом продолжил. — Давай-ка, Чарли, я побыстрее отнесу тебя в постель. Будет ужасно, если ты не выспишься перед нашим походом в бассейн. Очень мне хочется посмотреть, как ты умеешь нырять.
Бормоча себе под нос о неуместности ночного разговора про ныряние, Элли проследовала за ними в спальню. Вскоре Бен уже что-то тихо рассказывал девочке о жизни на ранчо своей сестры. С привычной уже смесью боли и удовольствия Элли прислушалась.
— Оно куда больше, чем фермы в Англии. Зимой там много снега, и все катаются на лыжах. Ты когда-нибудь каталась на лыжах, Чарли?
 
— Нет, мы с мамой только один раз катались на санках.
— Думаю, ты быстро научишься, когда приедешь туда погостить. Вы с Джессикой сможете…
Нет, этого нельзя допустить! Элли была вне себя от ярости. Она обязана пресечь в корне эти бредовые идеи, иначе ей будет стоить неимоверного труда вернуть дочь с небес на землю.
— Пора спать, Чарли, попрощайся с Беном.
— Спокойной ночи, Бен. — Глазки девочки уже закрывались. — Не забудь до утра про наш уговор. Пусть я не могу кататься на лыжах, но плавать-то я умею.
— Не забуду. — Чарли глубже зарылась в подушки, и Бен провел рукой по ее рассыпавшимся волосам. — Доброй ночи, малышка. Спи спокойно.
В его голосе было столько тепла, что Элли почувствовала себя уязвленной. Этот мужчина должен немедленно исчезнуть из ее номера. И из ее жизни. Она поднялась от кровати, где уже посапывала во сне Чарли, и демонстративно прошла через гостиную в холл.
Приподнятые брови Бена ясно говорили, что ее маневр не остался без внимания.
— Я зайду за Чарли около восьми. Ты не передумала? Может, все-таки пойдешь с нами?
— Нет, спасибо. — Элли демонстративно разглядывала какую-то точку на стене. — Я буду собирать вещи, но если быстро управлюсь, то приду посмотреть на вас.
— Отлично. — Бен взялся за ручку двери. — Тогда спокойной ночи, Элли. Но не думай, что тебе так же легко удастся совсем от меня избавиться. Нам надо кое-что закончить. — Встревоженная Элли вскинула на него глаза. — То, что мы начали… — его пауза была мучительной и дразнящей, — когда твоя дочь так некстати потревожила нас. И не пытайся снова убеждать меня, что ты неподвластна чувствам, которые управляют всем человечеством. Тот маленький эпизод убедил меня в обратном, не оставив и тени сомнения.
Бен наклонил голову, и Элли, ожидая поцелуя, уже приготовилась к новой бешеной атаке, но он едва скользнул по ее рту губами, еще недавно обещавшими такое наслаждение…
— Я долго разыгрывал ангельское терпение, но теперь, — голос его стал резче, — намерен показать тебе, как ты просчиталась. И не собираюсь надолго это откладывать. — И он быстро вышел.
Последние грозные слова Бена все еще витали в воздухе. Почувствовав, что едва стоит на ногах, Элли прислонилась к двери. Прижав руку к чуть припухшим губам, она призналась себе: если Бен и отважился на решительную атаку, то только потому, что она поощряла его, лишь поначалу оказав столь же малое сопротивление, как при их первой встрече. Или еще меньшее.
  
9
 
Когда на следующее утро Бен забрал Чарли в бассейн, Элли не сразу принялась за сборы в дорогу. Она бесцельно бродила по спальне, стараясь не думать о том, что произошло. Всю ночь она проворочалась с боку на бок, мучимая решением, которое должна принять. И, лишь приняв его, испытала облегчение. Все просто: она вернется домой, жизнь войдет в привычную колею, которая вполне устраивала ее в последние годы. И эпизод с Беном всего-навсего пополнит багаж ее воспоминаний…
— Мама, мамочка! — Чарли не могла сдержать восторга. — Я так хотела, чтобы ты пришла и посмотрела, как я ныряю. Бен научил меня, и знаешь, — она рассмеялась и кокетливо повела глазами, — я так ныряла, так ныряла, что… чуть не потеряла трусики!
— Ну вот! — Элли смущенно взглянула на Бена, стоявшего в дверях. Лицо его было в тени. — Я же говорила, что этот купальник тебе еще велик.
— А другие мне не понравились! — Чарли состроила уморительную рожицу. — Ладно, пойду-ка я сушить волосы. — И она деловито направилась в ванную.
— Подожди меня, Чарли. — Элли повернулась к Бену и вдруг заметила каким отчужденным было его лицо. Ее улыбка сразу померкла. — Чарли просто вне себя. Все было в порядке?
— Да-да…
Он продолжал хмуриться, и невозможно было понять, что так расстроило его. Когда утром Бен зашел за Чарли, то пребывал в своем обычном оптимистическом настроении.