Твой дым (СИ)

«Обещаю», ― пришел ответ, и я расслабилась.
Простое слово. Но оно так согревало душу, как никогда бы не согрело никакое другое.
Когда мы остановились, Грег обошел машину и, открыв переднюю дверцу, протянул свою руку.
— Ты точно в порядке?
— Да, ― тихо ответила, ― точно.
Нужно собраться. Не хватало, чтобы он догадался о причине моего состояния.
— Ты… я могу попросить твой номер? Телефона, ― уточнил он, замечая мою растерянность, ― мне бы очень не хотелось терять такого человека… но ведь я уже знаю, где ты живешь, тогда зачем мне номер, верно? А он нужен потому, что я не могу просто заявиться к тебе, когда мне вздумается и… ― Грег усмехнулся и как―то неловко запустил пальцы в волосы. ― Прости, я несу какую―то ерунду.
— Вовсе нет, ― невольно улыбнулась, а затем достала ручку и блокнот и, написав свой номер, протянула листок. ― Мне бы тоже не хотелось терять такого человека.
— Я рад это слышать, ― он тоже улыбнулся.
Между ними повисло молчание. Неловкое? Возможно. Да. Немного. Боже…
— Ну… я пойду, ― указала рукой в сторону двери, ― у меня ещё много дел: нужно убраться к приезду девочек и приготовить что―нибудь поесть.
— Я могу помочь. Из меня получился бы неплохой повар, ― он усмехнулся, ― когда мне было девять, я выиграл кулинарный конкурс в школе и получил приз: своё наполовину съеденное блюдо и сто нарисованных долларов. Правда вот в роли уборщика я себя ещё не пробовал. Но думаю, что буду забавно смотреться в фартучке, как думаешь?
— Не сомневаюсь, ― рассмеялась и кивнула. ― Спасибо, Грег. За всё. Правда. Но я хотела бы немного побыть одна.
— О, миледи, ― он улыбнулся, ― ваше слово для меня закон, ― а затем взял меня за руку и осторожно коснулся губами тыльной стороны ладони. Слегка вздрогнула, но руки не убрала. ― Я могу позвонить тебе?
— Думаю, что для этого я и дала тебе свой номер, ― смущенно прошептала.
— Я позвоню, ― уверенно сказал Грег, а затем, еще ненадолго задержав на мне свой взгляд, направился к машине.
Вошла в квартиру и прислонилась спиной к двери, позволяя мыслям полностью меня поглотить. Я вспомнила игру, разговор с Ним, Его разъяренные взгляды, ссору… опять же с Ним… почему именно Он всегда был в голове? Почему я постоянно думала о Дарене?
Настойчивый стук в дверь прервал мои размышления.
Неужели Грег?
Бросила сумочку на диван и распахнула дверь.
Глаза расширились, и я инстинктивно вцепилась пальцами в дерево.
— Ты…
— Ждала своего доктора? ― выпалил Дарен, залетая в мою квартиру словно торнадо. ― Извини, если разочаровал!
Не без беспокойства, которое я теперь всячески пыталась скрыть, осторожно закрыла дверь и снова прислонилась к ней спиной.
Так было проще, ― когда я чувствовала опору.
— Что ты здесь делаешь? ― старалась говорить холодно, предпочтя никак не реагировать на очередной ядовитый сарказм с его стороны.
— Пришел узнать, какого черта ты флиртовала с Грегом Мартином?! И какого черта позволяла это делать ему?! Ах да! И еще, какого черта он целовал твою руку?!
От его злости и крика даже мой дом, кажется, содрогнулся.
— Не думаю, что это твоё дело, ― резко отрезала, преодолевая дрожь, ― моя жизнь тебя не касается.
— Нет, касается, ― взревел Дарен, подходя ближе, ― и ты ответишь на все мои вопросы!
— Я не дам ответа ни на один из них, ― старалась говорить как можно тверже, ― и ты не сможешь меня заставить.
— Уверена? ― он подошел почти вплотную и упер руки по обе стороны от моей головы. ― Потому что я думаю иначе.
Дьявольская ярость, которая еще секунду назад горела в его глазах, движениях и словах исчезла так же, как и появилась ― в одно мгновение. Я ощущала, как от его близости кружится голова, а от горячего дыхания кожа покрывается мурашками.
Сильнее вжалась в стенку. Грудь часто вздымалась, а пальцы царапали краску на двери. Я не знала, как справиться с тем, что чувствовала, но понимала, что теряла контроль.
— Тебе лучше уйти, ― выдохнула, отчаянно пытаясь дышать.
 
— Нет, ― тихо ответил он, медленно приподнимая её подбородок вверх, ― больше я не совершу подобной ошибки.
Я мгновенно растворилась в его глазах. Безвозвратно пропала в его запахе и словах. С каждой секундой он забирал меня всё глубже и глубже, в свой личный Ад. А я безвольно, как послушная раба, следовала за ним.
Он сжал свою руку в слабый кулачок и указательным пальцем мягко коснулся моей щеки. Резко выдохнула и прикрыла глаза, чувствуя, как на его прикосновения отзывается каждый участочек тела. Он вел нежную дорожку из прикосновений по моей щеке и подбородку, заставляя ощущать, как кровь быстрее бежит по венам.
Из горла вырвался едва различимый стон, когда он провел большим пальцем по нижней губе. Чувственность этого момента заставила задохнуться.
— Дарен…
— Я не могу контролировать это, ― прошептал у моего уха, ― останови меня, или будет уже слишком поздно.
Открыла глаза, осознавая, что он прав. Если я не прекращу это, то, возможно, мы оба об этом пожалеем. Но кто бы сейчас знал, как плевать мне было на свой здравый смысл.
Я помедлила всего секунду, после чего, послав далеко и надолго все предрассудки, притянула его к себе и поцеловала. Страстно. Сильно. Со всем чертовым желанием, которое уже который день заставляло тело сгорать в дьявольском огне.
Обняв руками спину, одним движением он приподнял меня, позволяя обхватить ногами его бедра, а затем прижал к стене. Я обвила руками его шею, прижимаясь к нему сильнее и чувствуя, как с каждым мгновением желание внутри разрастается всё сильнее.
Ощущала вкус темного шоколада на языке, но даже его горькость никогда не казалась мне слаще, чем сейчас. Я жадно вбирала этого мужчину и пыталась отдать ровно столько же в ответ.
— Ты уверена? ― на пределе прохрипел он, сумев прервать поцелуй.
Я видела, как тяжело ему было сдерживаться, и то, что он делал это ради меня, заставило что―то внутри предательски ёкнуть.
— Нет, ― тихо ответила, снова обхватив руками его лицо, ― но это лучшее, в чем я когда―либо сомневалась.
И больших слов ему не требовалось. Его губы моментально нашли мой рот, и он ворвался в него с новой, удвоенной силой. Я тихо застонала, прижимаясь к нему всем своим телом и ощущая, что ещё чуть―чуть, и просто рухну… провалится в забытье.
Я не знала, что именно испытывала: обыкновенное желание или что―то большее, но даже если за этим и не крылось ничего особенного и на утро я пойму, что совершила самую большую в своей жизни ошибку… черт, эта ошибка будет того стоить.
Я не помнила, как он отнес меня в спальню, потому что всё, о чем могла в тот момент думать ― его мягкие и пьянящие губы. Но когда ощутила под собой мягкость знакомых простыней, неосознанно пришла в себя.
Господи, я ведь ещё ни разу в жизни не делала этого.
Ни разу в жизни не была с мужчиной…
— Дарен… я…
— Не надо, ― прошептал он, указательным пальцем касаясь моих губ, ― я всё знаю.
— Откуда? ― тихо спросила, чувствуя, как пульс начинает стучать как бешеный.
Он немного помолчал, нежно разглядывая её лицо.
— «Навсегда отдать человеку своё сердце»… ― прошептал, повторяя мои недавние слова. ― Оно ещё никому не отдано. И до сих пор бьется внутри тебя. ― Дарен осторожно убрал светлую прядь с моего лица, касаясь пальцами дрожащей кожи и пропуская через всё тело мощнейший электрический заряд. ― Я не знаю, имею ли право просить тебя…
Я не позволила ему договорить. Приложила ладонь к его губам, а затем, встретившись с его глазами, отрицательно покачала головой. Не спеша убрав руку, позволила ей скользнуть вниз к его шее, а затем притянула к себе.
На этот раз поцелуй был нежным и бархатистым ― легкое, едва ощутимое касание губ губами. Я даже не подозревала, что мужчина, так яро доказывающий свою жестокость и бессердечность, способен проявлять такую мягкость, заботу и чувственность.