Твой дым (СИ)

— Не хочешь прогулять колледж и поесть мороженого вместе с нами?
— Хочу, ― усмехнулась Мэнди, перекидывая через плечо сумку. ― Но заставлю себя поехать послушать лекции. Тем более, что сегодня я пишу лабораторную, от оценки которой будет зависеть, смогу ли я окончить этот год.
— Сможешь, дорогая. Мы верим в тебя.
— Да! ― громко вскликнула Адель. ― Нет никого лучше моей Мэнди!
— Идите и развлекайтесь, ― улыбнулась она, целуя маленькую Ади в носик, ― а я позвоню миссис Кроуфорд и скажу, что Адель заболела.
— Врать очень нехорошо, ― покачала головой я, и Адель повторила это движение точь―в―точь.
Мэнди усмехнулась и сложила руки на груди.
— Интересно, и у кого я этому научилась?
— Даже не представляю, ― театрально удивилась я, и смех в одно мгновение заполнил пространство.
  
2. Дарен
 
Один удар. Второй. Третий. Интенсивнее. Чаще. Быстрее. Сильнее.
Я бил грушу изо всех сил, как мог, чувствуя, как с каждым ударом тело наполняется той жизненно необходимой силой, без которой уже не представлял ни одного своего дня. Ни одной его минуты. Кто―то находил успокоение в живописи, музыке или чтении, кто―то в работе, бейсбольном матче или алкоголе. Эти варианты были не для меня.
Я терпеть не мог дурацкую музыку, не понимал людей, которые часами напролет читали бесполезные книжки, считая, что так познают мир. Не любил смотреть на намалеванные холсты и рассуждать на тему того, как «глубоко, должно быть, думал художник, вырисовывая эти невероятные линии…».
Я не смотрел бейсбол, футбол и прочую похожую ерунду, и из всего этого воспринимал лишь скачки. Лошади были моей страстью. Но ещё больше, чем самих лошадей, я любил то чувство триумфа, когда кобыла, на которую поставил, приходила к финишу первой.
Со сладким вкусом победы ничто не может сравниться.
А особенно, если эта победа приносит очередную денежную награду.
Ведь этим миром правят деньги. А тот, кто владеет деньгами, владеет и всем остальным.
И эту истину ничто и никогда не изменит.
Сосредоточился на снаряде, производя частые и мощные удары и ощущая, как кровь в жилах начинает бежать быстрее. Чувствовал, как секунду за секундой внутри разливается то, что было необходимо мне так же сильно, как и воздух. То, ради чего каждый день тренировался до полного изнеможения. То, что давало силы, и в то же время отнимало их все без остатка. То, что вызывало ни с чем несравнимое чувство эйфории. То, что я называл адреналином.
Ощущал, как пот стекает по спине, а с влажных волос капает вода. Бил кожаный мешок все сильнее и интенсивнее, и казалось, что этой силе не было предела. Спустя многие годы ожесточенных тренировок, руки будто бы онемели. Казалось, что они навсегда утратили былую чувствительность, и теперь ей не было места не только в моём теле, но и в моей душе.
С силой стиснул зубы, чувствуя, как ускоренное биение сердца звоном отзывается в ушах. Перепонки завибрировали, и я сделал резкий разворот, одним мощным ударом ноги отправляя снаряд в другой конец зала. Только когда кожаный предмет ударился о стену, позволил себе задышать.
— Ты всегда тренируешься так, словно готовишься к битве.
Знакомый голос заставил обернуться. Мой друг стоял у стены, облокотившись о неё плечом и сложив руки на груди.
— Наша жизнь ― это поле боя, ― ответил, переводя дыхание.
— И готовым к её ударам нужно быть всегда, ― закончил Пол.
— Давно ты тут стоишь?
Он взглянул на наручные часы.
— Минут пятнадцать, ― затем пожал плечами, ― хотел окликнуть тебя, но потом вспомнил, что это бесполезно. Когда ты входишь в свое Бэт―убежище, то пропадаешь для реального мира.
Слегка приподнял брови, начиная неторопливо разматывать бинты. И хотя в глазах плясали веселые искорки, выражение лица оставалось таким же сосредоточенным.
— Ты назвал мой тренировочный подвал Бэт―убежищем?
Пол усмехнулся.
— А что, разве я не прав? Ты чертовски богат, в твоем гараже стоит Линкольн 2, а из Генри получилась слишком удачная копия Альфреда. Тебе бы костюм, как у Брюса Уэйна, и точно будешь вылитым Бэтменом, ― довольно заключил он, отталкиваясь от стены.
 
— Тогда ты будешь моим Робином, ― сказал, направляясь холодильнику.
— Зеленое трико я не надену.
— Можем подобрать синее, ― предложил, бросая Полу бутылку. ― Розовое. Голубое.
— Иди к черту, ― усмехнулся он. ― Лучше подумай о наших клиентах. Один из них, например, звонил несколько часов назад. Собирается построить сеть дорогих отелей, охватывая побережье и центр Манхэттена. Весьма прибыльная сделка, учитывая, что её заказчик уже просто не знает, куда бы потратить свои миллионы.
— Поэтому он решил ещё больше приумножить свое состояние? Не легче ли было открыть именной благотворительный фонд или перечислить деньги на уже существующий?
Взял ведро воды, а затем поднял его над головой и опрокинул, чувствуя, как ледяная жидкость начинает словно просачиваться под кожу. Я не чувствовал холода, потому что за долгие годы привык к нему, а Пол привык к тому, чему раз за разом становился свидетелем.
— Почитав его биографию, могу почти с уверенностью сказать, что Дэмиен Гровер не тот, кто будет так «бесполезно» разбрасываться деньгами, даже несмотря на то, что испытывает острую необходимость на что―нибудь их потратить. За все эти годы он не перечислил в фонд ни цента.
— Тогда я не думаю, что нам стоит иметь с ним дело, ― серьезно ответил, надевая на мокрое тело джинсы и закидывая на плечо полотенце.
— Тебя задело то, что Дэмиен не отчисляет средства на благотворительность? ― спросил Пол, направляясь за мной.
— Это его личное дело. И меня оно не касается, ― холодно ответил. ― Я никогда не стану отказывать клиенту лишь потому, что он безразличен к окружающему миру. Единственное, что заставило меня принять такое решение, это его беззащитность. Дэмиен Гровер слишком зависит от собственных денег, и это делает его слишком слабым. Ты знаешь, что я не уважаю это качество. А значит и человека, который им обладает. Я не могу работать с тем, кого не уважаю.
— Но ты ведь даже ни разу не говорил с ним.
— Иногда для того, чтобы узнать человека, не нужно встречаться с ним. Тем более, что его биография говорит намного громче любых слов. ― остановился и развернулся, внимательно смотря на друга. ― Перезвони ему и сообщи, что «Даймонд Констракшн» 3 отказывается заключать с ним контракт.
— Уверен?
Ответ не заставил себя ждать.
— Я всегда уверен.
— Сэр, ― появившийся в дверях Генри протянул мне чистую одежду, ― чай уже готов.
Я кивнул дворецкому, забирая у него из рук рубашку, а затем повернулся к другу.
— Останешься?
— Нет, побегу решать рабочие дела. Нужно просмотреть некоторые бумаги и решить вопрос с задержкой строительства. Передавай привет Элейн и скажи, что я зайду к ней, как только со всем разберусь.
— Передам, ― кивнул, застегивая пуговицы.
Пол похлопал меня по плечу, а затем с улыбкой кивнул дворецкому.
— Был рад повидаться Альфред.
— Взаимно, мистер Грейсон 4.
— Я обожаю этого парня, ― довольно рассмеялся Пол, когда Генри сделал прощальный поклон и закрыл за ним дверь.
Я сложил на груди руки и пристально посмотрел на «Альфреда».
— Мистер Грейсон?
— Иногда я смотрю фильмы по комиксам, сэр. Это моя слабость.
— Ты смотришь фильмы? ― искренне удивился, направляясь за Генри в гостиную. ― Почему же за столько лет я ни разу не видел, как ты это делаешь?
— Потому что обычно в это время вы заняты другими делами, сэр.
— Какими же? ― спросил, поправляя рукава.
— Вы спите, ― ответил Генри, заставляя уголки моих губ дернуться.