Твой дым (СИ)

— Виноватым? ― улыбнулась Элис. ― Милая, такое в нашей компании совсем не редкость, и о большинстве случаев мистеру Бейкеру отлично известно. Но за все года моей работы на него в качестве личного секретаря, впервые он позвонил мне для того, чтобы я кого―то накормила.
— Возможно, раньше в этом не было необходимости… ― тихо предположила я.
— Или дело тут совсем в другом, ― улыбнулась она. ― Представь себе лица всех в компании, когда они узнали, что босс проявляет к тебе такое повышенное внимание.
— Боже, Элис! ― воскликнула я. ― И почему ты такая болтливая?
— А разве я могла молчать, когда тут такое происходит?
— Никакое не происходит, пойми, это просто недоразумение. Или же ваш босс вовсе не такой тиран, каким его все считают, ― прошептала, повозив вилкой по тарелке, ― даже в самом жестоком человеке порой скрыто мягкое сердце.
— Да, ― согласилась Элис, ― только это уж точно не про нашего мистера Бейкера. Иногда мне кажется, что у него и вовсе нет сердца.
Я внимательно посмотрела на подругу, которая что―то судорожно печатала в своем смартфоне, но ничего не ответила. Сделала глоток кофе, после чего позволила мыслям унести меня в свой мир. Я понимала, почему Элис и остальные сотрудники боялись этого мужчину. Понимала, почему они считали его жестоким и бессердечным, но отчего―то мне казалось, что они попросту не видели другой его стороны.
Той, которую мне посчастливилось уловить, пускай только и мельком. Ту, которую он всячески прячет, скрывая её за большим слоем масок. Но почему?
— Слушай, а тебе не пора идти к нашему Гордецу? ― спросила Элис и, заметив, как я хмурюсь, улыбнулась. ― Прости. Просто это прозвище пришлось всем по вкусу.
— Да я употребила―то его лишь однажды, ― закатила глаза.
— И этого оказалось достаточно, ― улыбка Элис стала шире, а затем она вспомнила, ― кстати! Привезли то, что ты заказывала, ― потянулась к пакету за своей спиной, после чего передала его мне. ― Зачем это тебе?
— Не важно, ― теперь улыбнулась я, ― просто кое―кому задолжала.
— Интересно, что же ты сделала с тем мужчиной, которого оставила без одежды… ― мечтательно задумалась Элис, а затем рассмеялась, когда получила от меня легкий шлепок по руке. ― Да ладно тебе, я же шучу. Хотя нет, ― сдалась она, ― мне действительно интересно. Ну, расскажи―расскажи―расскажиии.
— Чтобы ты снова всему офису растрепала? Нет, ― весело завертела головой я, ― на этот раз я буду молчать.
— Прошу, Эбби, ты не можешь так со мной поступить, ― умоляюще пропела она, в тот же момент оказываясь рядом. ― Я обещаю, что и рта не раскрою! Вот, смотри, ― она застегнула молнию на своих губах, ― с этого момента Элис Уайт не сумеет сломить ни одна пытка. Даже самая страшная.
Я весело рассмеялась, а затем кивнула.
— Хорошо, я расскажу, но только позволь мне сначала отчитаться перед мистером Бейкером. Иначе не видать нам обеим этой работы.
— Весомый аргумент, ― выдохнула Элис. ― Но запомни, я буду ждать, и пока ты не вернешься, не сдвинусь с места! ― буквально через пару секунд пространство заполнил звонок телефона, заставивший Элис моментально подпрыгнуть. ― Ладно, не сдвинусь со своего места! ― крикнула она, подлетая к телефону и падая на стол. ― «Даймонд Констракшн», Элис Уайт у телефона, чем я могу вам помочь?
Я снова улыбнулась и покачала головой, а затем развернулась к своему новому столу. Элис помогла мне устроиться в приемной, можно сказать, в нескольких шагах от её собственного рабочего места. Теперь их разделяло не более 20 футов 9, что было довольно удобно, учитывая, что это милое рыжеволосое создание было единственным человеком во всем этом огромном офисе, с которым я могла поговорить.
Точнее, единственным, кто делать этого не боялся.
Остальные же напоминали мне зомбированных мертвецов, зацикленных на собственных обязанностях, из которых невозможно было вытянуть ни единого слова. Разве что вместо слова «мозгиии» в их головах крутилось: «работааа».
 
Взяла со стола необходимые папки и, захватив пакет, направилась к кабинету, ведущему прямо в Ад.
Дверь, от которой я не отрывала своего взгляда, была настолько близко, что расстояние можно было запросто измерить обыкновенными шагами.
Сколько их там было… десять? Восемь? Еще меньше?
Сильнее прижав папки к груди, на мгновение прикрыла глаза, собираясь с силами, а затем негромко постучала.
— Да, ― сильный мужской голос заставил сердце подскочить и снова упасть.
Я непроизвольно приложила к нему руку, мысленно приказывая успокоиться.
Да почему я так на него реагирую?
Сделала несколько ритмичных выдохов, а затем медленно толкнула дверь и вошла в кабинет. В его самом дальнем углу, за большим дубовым столом, сидел Он ― тот, кто в последние дни совершенно не хотел покидать моих мыслей. И которому едва ли было дело до такой, как я.
— Ты опоздала, ― произнес Дарен, не поднимая своих глаз и перелистывая страницу газеты. ― На целую минуту.
Он что, серьезно?!
— Переезд занял больше времени, чем я предполагала, и…
— Отчет, ― только и сказал он, по всей видимости, не желая выслушивать её оправдания.
Вот напыщенный индюк! Ведет себя так, словно я опоздала ни на минуту, а на все двадцать!
Сделала несколько шагов к столу, а затем положила на него файлы.
— Я хотела бы рассказать о своей идее. Она состоит в том, чтобы пос…
— Не стоит, ― перебил её Дарен, невозмутимо открывая первую папку, ― я умею читать.
— Как неожиданно, ― себе под нос проворчала я.
— Ты что―то сказала?
Он, наконец, поднял на меня глаза.
— Я? ― испуганно замерла, указав на себя, а затем замотала головой. ― Нет.
Он смотрел на меня немного дольше, чем я ожидала, словно пытался разглядеть на моём лице более правдивый ответ. Когда Дарен все же отвел свой взгляд, снова сосредотачиваясь на файле, я еле заметно выдохнула, облегченно прикрывая глаза.
Думай прежде, чем говорить, Эбби. Иначе тебе не сносить своей головы.
Отругала себя, а затем вновь посмотреть на Дьявола.
Казалось бы, он действительно внимательно изучает материал, ― хотя, чему я, собственно, удивлялась? Ведь это будет его личный прием. Прием, который, по всей видимости, много для него значит и который должен пройти именно так, как он планировал.
Выражение его лица совершенно не менялось ― за все то время, что он вчитывался в документ, на нем не дрогнул ни один мускул. Я не заметила ни тени улыбки, но не уловила и недовольства.
Он даже бровью ни разу не повел!
И как понять, что на уме у человека, который совершенно никак не выражает свои эмоции? Боже, он что, каменный?!
Дарен взял со стола второй файл и так же невозмутимо открыл его, начиная просматривать первые страницы. Понимая, что больше не в силах держать себя в руках, я прикусила нижнюю губу и начала мять края майки.
Я всегда так делала, когда переживала и совершенно ничего не могла с собой поделать. Наши самые вредные привычки имеют свойство оставаться с нами навсегда.
— Ты сама это сделала? ― его неожиданный вопрос привел меня в замешательство. Я просто стояла и молчала, не зная, что сказать. ― Эбигейл, ― повторил он, поднимая на меня глаза, ― это твоя идея?
— Моя, ― выдохнула, чувствуя, как мгновенно стало легче.
— И тебе совсем никто не помогал?
— Никто, ― уже увереннее сказала я, а затем, когда, наконец, разглядела в его глазах нечто похожее на изумление, не сумела держать легкую улыбку. ― Если честно, такое задание я выполняла впервые. Поэтому мне было очень важно, что вы скажете. Но я очень рада, что вы считаете мою работу достойной, пот…
— Я этого не говорил.
— Но ведь вы… ― он так резко поднял на меня взгляд, что я запнулась, больше не решаясь произнести ни слова.
Теперь я понимала, что имела в виду Элис, когда говорила, что настроение этого человека меняется с молниеносной скоростью ― по шкале от просто «злого» до «очень разъяренного». И понять, на какой отметке оно находится в данную секунду, было почти так же трудно, как найти иголку в стоге сена, ― а точнее, практически невозможно.