Поступь чемпиона (СИ)
— С-сашем?
А вот змеёнышь был на диво флегматичен, выражая собой истинное презрение к жалким мягкотелым шашлычкам на ножках. Впрочем, презрение источалось ровнёханько до следующей моей фразы:
— Я дитя человека и наги, недавно начал взрослеть… — и снимаю отрез ткани, повязанный на манер тюрбана.
Змей моментально переменился в лице, и нацепив приветливую улыбку увлёк меня в боковой коридор, подальше от станции магического телепорта. Несмотря на два метра тела, поднятые вертикально вверх, двигался проводник удивительно легко и стремительно, уверено скользя по шершавому покрытию.
— Редкос-сть. С-слошность. Понима-аю. — покивал наг. — Ахш-ша помошет.
В какой-то момент путь начал упрощаться, показывая переход к более "общим" местам. То есть до этого мы шли по, скажем так, техническим путям, предназначенным преимущественно нагам, а теперь вышли к дорожкам и для обычных гуманоидов. Срезали, получается? Однако спросить я не успел — за очередным поворотом показался проход в полузатопленный каменный зал, куда меня уверенно и проводил змеёныш.
— Ш-шди.
Рывок куда-то в глубь зала, мощный всплеск и чешуйчатое тело пропадает под толщей воды. То есть реально толщей — это не "полузатопленный зал", это какой-то грёбанный бассейн, стилизованный под внутреннюю часть храма! Но когда волнение утихло, и гладь воды вновь отразила лучи света, падающие откуда-то сверху… Вода тоже текла сверху! Тысячи капель скатывались по блокам потолка, принявшего вид обратной ступенчатой пирамиды. Катились, соединялись и срывались в стремительный полёт, звеня при столкновении с водной гладью. В переливах паутины падающих лучей этот водопад казался редкой огненной рекой, творением пылающих земных недр…
Или Глубин…
Купель участилась, вымывая мысли рокочущим грохотом звенящей воды. Думать. Тяжело. И эти голоса… Не могу отстраниться от тела, не могу убежать… Но и прогибаться не намерен! В конце-концов, я ведь тоже не простая нага, верно?!
***
Моя плоть стремительно менялась, открывая ошарашенным змеелюдям правду. Или даже Правду, судя по чуть выпученным глазам стража. И дело было отнюдь не в моей новой челюсти, аккуратных рожках, жёлтых глазках с вытянутыми зрачками, или полному чешуйчатому покрову с когтями. Не-ет, всё это богатство является вполне обыденным набором каждой наги. Но вот узоры выжженные на чешуе, а также сам её цвет — серовато-стальной, явно выдавал во мне нихрена не простую змейку. Как и корона из коротких красноватых рожек, на контрасте с резко посеревшей шевелюрой.
— Отречённое дитя высших… — совершенно внятно и чуть заворожённо выдала жрица, сложив две пары тонких рук в молитвенном жесте. Наверное молитвенном, ибо фрески с такой позой я уже замечал на стенах, и все они описывали обращение обычных наг к… Необычным нагам. Не богам, ибо оным конкретно эти змеелюди не поклоняются.
Мельком глянул на темнеющую водную гладь и с удивлением осознал, какой же образиной стал! Увижу такого в подворотне — пойду искать задание на убийство очередного мутанта Амбреллы, или ещё каких-нибудь господ с Синдромом бога. Новый видок оказался действительно специфичен — выкидыш союза анарексички и нага-альбиноса, с фетишем на пирсинг, а не брутальный полководец и маг. Всюду эти костяные пластины, да бордовые узоры на светло-сером фоне. А грудная клетка как-то подозрительно вытянулась и перестроилась, словно бы предлагая добавить ещё пару-тройку пар хватательных конечностей…
В раздражении саданул по плитке хвостом, когда понял всю нелицеприятную действительность моего внешнего облика. Любая тварь, имеющая хоть каплю мозгов, сможет подметить незавершённость этой формы. И воспользоваться эти знанием, хотя бы для дискредитации! Нужны как минимум две пары рук, дабы форма "зверя" выглядела органично, иначе быть мне обгадившимся рэпером при каждом обороте!
Стоп, чем-чем я там ударил? Хвостом?.. Вашу мать… Нет, конечно мне приходилось бывать в телах образин самых странных и нереалистичных форм с размерами, причём змеелюди также присутствовали в этом списке, однако это… Даже красиво, если честно. Узор на чешуе гуманоидной части оказался не уродливым нагромождением случайных отрезков, а лишь рваным и неполным орнаментом, что явно видно по плавным алым линиям на змеиной половине. Удивительно гармоничным, симметричным и математически выверенным линиям, к слову. Выглядит подозрительно, особенно если учесть, что все виденные мной наги — змейки одноцветные, или как максимум хаотично двухцветные. Никаких повторяющихся узоров.
От самолюбования меня вновь отвлекла жрица, с радостной миной подползшая поближе. Впрочем, своё внимание я не выдал — змеедевушка никоим образом не показывала, что желает начинать диалог. Она вообще ничего не показывала, кроме какой-то уверенности и несколько нездорового воодушевление. Про такое ещё говорят: "в глазах маршируют легионы чертей".
Не знаю, чертей не видел. А вот угрозу моим планам — вполне.
Вместо объяснений, или хотя бы разговоров она чуть постояла (полежала? посидела?) на месте, подняла украшенный золотыми кольцами кончик хвоста и с дебильно-радостной миной поползла прямо ко мне. Ме-едлено, но, блин, совершенно неотвратимо! Нага плавно изгибалась, тесня меня куда-то в сторону от входа, не уводя при этом взгляда вытянутых зрачков.
Аккуратный кончик хвостика жрицы начал дрожать и изгибаться, заставляя сталкиваться друг с другом металлические украшения. Раздавшийся скрежет, не слишком-то приятный для человеческого уха, вибрационный слух моих рогов расшифровывал как… как…
Мне сообщали, что у одного неудачливого нагалима сейчас будет страстный змеиный секс, хочет он того или нет.
Однако в этом простом посыле, передаваемом через металлический гул сталкивающихся украшений, я видел нечто куда более занимательное. А змейки-то оказались не так просты, молодцы! Поистине удивительный способ коммуникации, основанный на специфических органах восприятия! А кончик хвоста, чувствительный и тонкий, позволяет манипулировать надетыми объектами как самая настоящая третья рабочая конечность. Гениальное и довольно необычное решение для существ, способных обзавестись двумя-тремя парами рук…
Что же до спаривания — прости, подруга, но я подобную глупость не совершу. Чёрт знает где, незнамо с кем, в каком-то там храме, да ещё и сразу после обретения второй формы! Да и организм мой всё ещё совершенно нестабилен, а возможно даже и не доведён до финала созревания, ибо никакого запаха самки я не ощущаю вовсе. Вообще никаких запахов не ощущаю, а должен! Ибо самка — вот она, агрессивно крадётся, аки знаменитая "мыш", но словно ещё более знаменитый суслик, для молодого организма свежеиспеченного нага сия красна девица почему-то не существует. Возможно причина в том, что в природе змеи опираются именно на обоняние…
Да отцепись ты, течное животное! А то не посмотрю на социальный статус и скручу, ради собственной безопасности.
Чёрт, ей, кажется, понравилось… Я всё больше ненавижу змей!
Глава 27 — Сложные ответы
— В первый раз?
Оглядываю собеседника, отмечая выражение лёгкой скуки с толикой сочувствия на человеческом лице. Этот здоровенный четырёхрукий наг с зеленоватой чешуёй, появившийся в самый разгар попыток моего изнасилования, оказался храмовым стражником и помог утихомирить одну поехавшую жрицу.
— Мхм!
Ну, если не утихомирить, то хотя бы обезвредить. Надеюсь, кляп и верёвки являются частью стандартной амуниции храмового стража, иначе у меня могут возникнуть вопросы. Много вопросов.
— Он игрокх! — с выражением замечает мой проводник, собственно, и сбегавший кабанчиком за помощью в трудную минуту, за что я был искренне благодарен. Правда, благодарность была бы куда значительнее, помоги он сам непосредственно, однако… Мне ли судить? Спасибо и на этом.
— О, тогда это меняет дело… — зеленоватый змей как-то сконфужено почесал бровь, переводя взгляд на связанную. — Слышишь, Ахша, он — игрок!