В унисон (СИ)

– Я не знаю, Рокэ-сан. У тебя есть много подруг, попросись к кому-нибудь на некоторое время, пока не найдешь себе квартиру.
– Здравая мысль, – сказала она.
Парень сделал шаг навстречу выходу, но девушка вновь окликнула его.
– Мацумура-кун! Ты забыл свой кофе!
Парень нехотя вернулся. Вытащил деньги, которые у него были и, положив их на стол перед Лили, проговорил:
– Можешь выпить, я всё равно уже ничего не хочу. А тебе нужнее, у тебя моральная травма.
От его слов пахло язвительной насмешкой, но Лили была до того напряжена, что совершенно не обратила на его тон внимания.
– Х-хорошо… Спасибо, Хидео.
Он вздрогнул, когда она назвала его по имени.
– Прощай, Лили.
Он наконец-то вышел. Уличный холод слегка раздражал его, но он же и придавал бодрости, которая подгоняла парня домой и заставляла думать активнее.
※※※
Домой он пришёл как раз вовремя. Мама уже не так сильно беспокоилась о его психическом состоянии, потому что с виду всё выглядело нормально. Никто и не думал копать глубже, конечно же.
Хидео сразу же умылся и лёг спать, потому что был выжат как лимон этим днём. Его хорошенько потрепало за день и за этот час особенно. Сон сейчас был лучшим лекарством.
В голове ещё роились какие-то остатки мыслей, но вскоре Мацумура забылся крепким сном, который сковал оковами тяжести всё его тело, не дав возможности пошевелиться.
Ему снились незабудки и Мичи. Она собирала синие цветы и вечно приговаривала:
– Не забудь о том, что будет на следующей неделе. Завтра важный день.
Хидео смотрел на нее с обычной своей манерой и был слегка заинтересован таким раскладом событий. Сначала цветы собирал он, теперь – Мичи. Это что-то значит?
Завтра важный день.
Потом сквозь поток несвязных мыслей донеслось странное:
– …день моей смерти.
Откуда-то вышел волк и зашагал по этим самым цветам, топча их лапами.
Хидео едва не вскрикнул, а потом повалился наземь.
Что-то померкло, и лишь протяжно слышался вой волка вперемешку со смехом Мичи.
  
День Ⅶ. Петля и множество узлов
 
 
 
 
Совершая свой жизненный путь среди неисчислимых опасностей, вид которых, если бы был доступен нам, поверг бы в трепет нашу душу и отнял бы у нас всякое мужество, мы остаемся спокойными потому, что окружающее сокрыто от наших глаз и мы не видим отовсюду надвигающихся на нас бед. 
 
Даниэль Дефо «Робинзон Крузо»
 
 
  
1
 
Хидео завтракал, растягивая этот момент надолго, потому что идти в школу не хотелось. Хотелось лечь параллельно полу и смотреть в потолок, высчитывая в пространстве каждый атом.
Ему хотелось сейчас же забыться сном и не просыпаться ещё с неделю, чтобы никаких «неприятных» открытий больше не появлялось в его жизни.
Вчерашний день был очень напряжённый, но, тем не менее, без каких-либо происшествий. На Лили теперь можно было поставить крест, а вот Мичи оставалась загадкой неразрешённой.
Она привлекала Хидео, но можно ли считать его чувства истинными? Что, если это просто глупое, ненужное самовнушение? Что, если она откажет?
Парень умылся, оделся и вышел.
Бардак в его комнате постепенно вновь стал появляться, а убирать его, увы, не было времени. Мацумура постоянно куда-то спешил, хотя, в общем-то, это было не так.
Помимо занятий в школе, ему нужно было встретиться с Мичи, чтобы признаться ей. С Лили не прокатило, но не очень-то и хотелось. Сейчас, под действием всех этих факторов, влияющих на его жизнь, он понял, что не так уж сильно ему нравилась эта Лили. Гораздо больше парня сейчас привлекала Хамада, но, – точно ли, – понять было сложно. И сегодняшнее признание всё покажет.
 
Он волновался, сильно волновался, и не мог никак остановить своё волнение, потому что оно было сильнее него. Потому что оно, вопреки всем моральным принципам, умело парализовывать.
Проходя мимо дома Генджи, парень особенно медленно провёл глазами по фасаду дома, чтобы точно убедиться, что хозяин ещё там.
Звать его с собой не хотелось. В последнее время Генджи вёл себя весьма странно и этим поведением скорее отпугивал Хидео, чем привлекал.
Ему не нравилось, что его друг, его собственный друг, подозревает его в убийстве. Разве это правильно? Разве так поступают друзья?
Ему было больно. Почти физически больно от того, как сильно его подвёл Генджи.
В последнее время Хидео не раз вспоминал настоящее имя друга, потому что, по его мнению, оно шло парню больше, нежели эта кличка из манги.
Да и кому вообще пришло в голову носить эти глупые клички? Все близкие могут называть Генджи милым именем Иори, а все знакомые и одноклассники по красивой фамилии – Куро.
Если бы у Хидео было такое имя, он бы им, несомненно, гордился.
Но нет, для всего мира нужно было создать идентичную кличку чувака из манги, который был даже не главным персонажем.
Многие находят свою прелесть в вымышленных именах, но разве это должно вторгаться в личную жизнь тебя и твоих друзей?
Хидео не понимал. Он ничего уже не понимал, всё запуталось, спуталось, всё неправильно, всё так волнительно и страшно.
Вместо фонаря остался столб с выбитым стеклом сверху. Света нет уже очень давно. Хидео задумчиво окинул взглядом этот столб и представил себя на этом месте. Вот он, стоял бы на этом самом месте с пробитым черепом.
Череп. Надо бы рассказать Мичи о том самом сне, который приснился ему впервые за этот месяц.
Сны ему не снились уже очень давно. Он как-то не особенно желал, чтобы его ночи проходили в тишине. Но сейчас, когда практически каждая ночь оканчивалась каким-нибудь психоделическим фантастическим видением, он не мог больше желать этого. Он хотел тишины и покоя.
Если верить снам, то можно подумать, что Мичи действительно умрёт сегодня.
Эта мысль вывела его из строя и он, предаваясь панике особенно сильно, резко приказал себе успокоиться. Из-за того, что случилось за эту неделю, можно было поверить даже в параллельный мир, а не то, что во сны.
Рокэ прошла мимо него, сверкнув копной рыжих волос. Хидео поёжился. Лили, как и раньше, мало обращала на него внимание. Всё из-за вчерашнего разговора или есть другая причина? А если из-за вчерашнего, то какого именно?
※※※
– Какие прекрасные розы, – пробормотала Мичи, подбираясь к Хидео ближе.
В последнее время она все явственнее намекала на то, что общество Хидео ей совсем не противно. Это его несколько пугало. И, хоть он уже готовился сказать ей три заветных слова, но всё же, что-то медлил. Время было неподходящим, да и настроя не было.
А ещё было жутко волнительно, уже с самого утра. Как будто что-то непременно произойдёт сегодня.
Он вспомнил, как Мичи тревожно расспрашивала у него, какой сегодня день.
Что, если она откажет? Что же тогда будет с Хидео, если она даже друзьями с ним не захочет быть?
Поэтому медлил. Поэтому с языка не могли выйти фразы и нежные слова. Кажется, что мир сейчас сломается на четыре части.
Первая – несбывшиеся надежды.
Вторая – потерянное впустую время.
Третья – боль от любви и желание сгореть.
Четвертая – обморок на почве переживаний и… смерть?
– Сегодня среда, – зачем-то сказал он.
Мичи подняла на него заискивающий взгляд.
– Сегодня точно?
– Точно.
Она отвела взгляд, продолжая улыбаться.
– Сегодня важный день, верно, Хидео?
Но парень не разделял её энтузиазма. Ему было плохо, почти как вчера, если не хуже. Всё потому, что он не мог найти в её тоне или взглядеправильныйсмысл, который она вложила в них. Ему казалось, будто она всё уже знает. Догадывается о том, что произойдёт и что он хочет ей сказать.