Доктор-хулиган (ЛП)

— В этом плане у нас все в порядке.
Но за компанию я все равно примеряю черное шелковое платье, и оно облегает меня как перчатка. Увидев, что я положила на него глаз, продавщица шепчет, что завтра оно будет продаваться с двадцатипроцентной скидкой, но она может предоставить мне эту скидку сегодня вечером, и я сдаюсь.
И теперь моя кредитная карта официально издает мучительный стон.
— Видимо, на сегодня это все, — говорю я, счастливо вздыхая и поднимая пакеты с покупками.
Элли издает такой же звук, а Саша качает головой.
— Любители. Я продолжу, но напишите мне, где вы остановитесь поужинать, и я, возможно, присоединюсь к вам.
— Спасибо за совет с подарками, — тепло говорю я. — И мы определенно должны это повторить. У меня слабость к хорошей одежде для работы, и сегодня мы даже не зашли ни в один из моих любимых магазинов.
— О да! — Она улыбается и перебрасывает светлые волосы через плечо. — Соберемся после праздников. Скупим все.
— Потрясающе.
Мы наблюдаем, как ее поглощает праздничная толпа покупателей, затем Элли указывает на ближайший выход.
— Может, немного удалимся от центра города? — Она кивает в сторону теперь невидимой для меня службы безопасности. — Я только должна их уведомить о месте назначения.
— Моя машина возле офиса, хочешь прокатиться? — Странно предлагать такое невесте премьер-министра.
Она качает головой.
— Я за рулем. Обычно они разделяются, один едет со мной, а другой в машине сзади, но если ты поедешь со мной, я, вероятно, смогу убедить их обоих остаться в автомобиле сопровождения.
За своей машиной я всегда могу доехать до офиса на такси, или Элли меня подбросит.
— Конечно, давай отправимся туда, где потише. — Выждав, пока мы не спускаемся на парковку и не находим ее машину — маленький внедорожник рядом с огромным черным седаном, — спрашиваю: — Странно, находиться под охраной?
— Поначалу. Но лишь попадаешь в круговорот рабочих будней, где они становятся совершенно невидимыми, все в порядке. На самом деле, по прошествии всего пары месяцев это кажется обычным делом.
— Забавно, как жизнь может так быстро измениться, — бормочу я.
— И не говори. — Она выруливает в темную зимнюю ночь и быстро, но уверенно, едет по улицам с односторонним движением, пока не въезжает на парковку рядом с Бэнк-стрит. Она заглушает мотор, но не выходит. — Так… могу я спросить о вас с Максом? Как дела?
— Нормально.
— Эй, я понимаю. У меня сейчас тоже не так много тех, кому я могу довериться.
— Я бы никогда…
— Знаю. И именно поэтому я спрашиваю, потому что хочу, чтобы ты знала, я никогда не раскрою ни одного из твоих секретов. — Лицо Элли смягчается, между бровями пролегает легкая морщинка. — Как бы я хотела, чтобы не было так важно, с кем у меня отношения, но это так. Желание, чтобы все сложилось по-другому, этого не меняет. Так что… не знаю точно, как у вас обстоят дела, но предполагаю, не так-то просто встречаться со знаменитым парнем, да?
У меня перехватывает дыхание, потому что я никогда не думала о Максе как о знаменитости. Раньше он был звездой, но теперь на сто процентов доктор.
Ну, может, на девяносто процентов доктор, а на десять порочный Доминант.
— Да, не просто. Но дело не в известности. Понимаешь… когда мы встретились, я не знала, кто он. Только когда он появился в офисе… — Я замолкаю. Может, она не знает. Когда Гэвин спросил, где мы познакомились, я ответила уклончиво, и Макс позволил мне говорить неопределенно. — Ты в курсе, что я его адвокат?
Ее брови взлетели вверх.
— Ой. Это осложняет дело.
— Ага.
— Для этой истории нам нужно выпить?
Я смеюсь.
— Может, бокал вина.
— Пошли, поужинаем. — Она дует на ладони. Я даже и не заметила, как в машине похолодало. — И сядем за отдельный столик. Хочу услышать все. Или… — Она машет руками. — Столько, сколько бы ты захотела мне рассказать.
— Конечно. — Я так рада, что поделилась этим с кем-то и меня не пристыдили. Детские шажки. Но, мне кажется, я готова рассказать Элли гораздо больше, чем думала.
 
Она привела меня в тихое, уединенно бистро. Встретивший нас у входа парень, очевидно, ее знал.
— Добрый вечер, мисс Монтегю. — Он одаривает ее теплой улыбкой. — На двоих?
Она тихо смеется.
— Два на двоих, пожалуйста. На улице холодно. — Она достает телефон и быстро отправляет сообщение.
— Пригласила их войти?
Она кивает.
— Если бы я этого не сделала, они бы остались снаружи. Безумные люди. Все это безумно, но такова моя жизнь.
Мы располагаемся в самой дальней кабинке в задней части кафе, и через минуту входит ее охрана и садится по соседству, создавая довольно значительный барьер между нами и любыми другими посетителями.
Не то чтобы кто-то на нас пялился.
Пока нам оглашают фирменные блюда, Элли протягивает мне карту вин.
Официант смотрит на меня, а я на нее.
— «Гаме Нуар»? Из района Ниагары?
Она кивает.
— Вкуснятина.
— Сейчас будет. — Официант протягивает меню. — Оставлю вас на несколько минут, чтобы выбрать блюда…
Как только он исчезает, Элли закрывает меню.
— Я возьму фирменное блюдо.
Я просматриваю лежащий передо мной список.
— Э-э… а я теплый салат с картофелем и шпинатом.
— Ладно. А теперь выкладывай. Пожалуйста.
Я получаю короткую передышку, когда официант возвращается с нашим вином — оно восхитительно — и, приняв заказ, уходит.
Ну, вот и все. Делаю глубокий вдох.
— Я младший партнер. Правила, вероятно, схожи с тем, что и у вас, аспирантов. Я не могу выбирать клиентов, их назначает фирма, и моя готовность делать все от меня зависящее, выставляя при этом солидные счета, — ключевой фактор продвижения по службе.
— А Макс — клиент?
Я киваю.
— Его мне назначили, подчеркнув, что мы ни в коем случае не должны рисковать потерей такого выгодного клиента.
— Но он никогда бы не стал…
— Нет, я знаю, но находиться с ним в отношениях — это серьезный конфликт интересов. Тут ничего не поделать, и неважно, сколько раз я говорила себе об этом… я не могу перестать с ним видеться. Я нахожусь между молотом и наковальней. И в ужасе от того, что в один прекрасный день все раскроется и меня уволят.
— Ну и что, если тебя уволят?
Во мне вспыхивает раздражение.
— Я серьезно отношусь к своей карьере.
— Конечно, я понимаю. — Элли понижает голос, смягчая тон. — Он тебе нравится.
Больше, чем я могла ожидать.
— Это… становится настоящим. Вообще-то, план был не таков. Мы полагали, что сможем удерживать наши отношения на уровне «согласованных встреч по выходным», но я понимаю, что хочу от него большего. Желаю его, а не только…
Она вкрадчиво улыбается.
— Тебе нужен мужчина, а не только Дом?
Жар пронзает меня насквозь.
— Да.
— В этом нет ничего плохого.
— Пока я не потеряю работу.
— Понимаю твой страх. Правда. Но по моему опыту, страхи намного хуже, когда они не высказаны. Если хочешь об этом поговорить, я хороший слушатель.
Страх. Да, я пронизана страхом.
Элли больше ничего не спрашивает. Я могла бы оставить эту тему. Перевести разговор на проблемы с продовольствием и права женщин. Или посещение спа-салона и дурацкие телешоу. Элли позволяет мне самой направить беседу в нужное русло.
Но больше всего я хочу знать, почему ее глаза сверкают так ярко, а не затуманены беспокойством.
— Ты думала, как влияют отношения на твою карьеру?
Она кивает.
— Конечно.
— И что? Ты кажешься такой умиротворенной по этому поводу.
— Умиротворенной… да, пожалуй, подходящее слово для описания. Одна из целей моих исследований, — то, что женщинам, гораздо больше, мужчин, приходиться маневрировать на своем пути по карьерной лестнице. На самом деле, в этом заключается их настоящая сила. Сколько ты знаешь мужчин, у которых игра заканчивается, когда лет в сорок-пятьдесят они теряют работу? Десятилетиями вся их суть заключалась в этой конкретной роли, и вне ее они не могут думать о себе, как о личности.