Финал Секатора (СИ)
— Да, в вашем заведении — первый. Это что, все тридцать этажей — вниз?
— Нет, конечно, — усмехнулся провожающий. — Минус пятый, на нижних — база дисколётов РосКОН, а мы занимаем любезно-предоставленные пустые этажи. Если бы было глубже — мы бы наши гости слишком уставали и приходили в полную небоеготовность.
— Вы офицер? — предположил я.
— Отставной, — он неприятно цыкнул зубом. — Правила, получается, не знаете?
— Не знаю.
На самом деле, это мне было не особо интересно. Как и не особо интересна история этого парня и этого места — в каких они взаимоотношений с местной властью и с имперской армией, кто держит заведение, откуда берут девушек — и так далее. Хотя, судя по серьёзности, в подобные заведения бывает приличный конкурс, и несчастных пленниц тут не бывает — только вольные профессионалки, пришедшие в профессию более-менее сознательно.
Я не был любителем подобных мест, но знал, что серьёзные учреждения такой направленности часто появляются под покровительством кого-то из силовиков и военных. Для России во всех ей вариантах подобная практика была редкостью, но по примеру колониальных держав из других миров я знал, что такое вполне может работать. Такие бордели вырастают на окраинах зон влияния, в разных удалённых местах — и из-за удобства занятия таким бизнесом, и с вполне практической целью. Но часто дорогие заведения бывают и в столицах, и служат для сбора досье о различных девиациях наиболее-знатных посетителей. Тайная полиция может в борделях копать на министерство обороны, губернская гвардия — следить за чиновниками внутренних дел. Демидовы на Строгановых и так далее. А затем всплывшие факты ложаться козырями на стол и всплывают в сми в качестве улик при различных клановых разборках.
В любом случае, распутывать этот клубок, заниматься освобождением женщин, наведением справедливости и борьбой с армейской коррупцией я не стал. Пусть другие герои занимаются, я же пришёл сюда с вполне конкретной целью: получить ответ на вопрос «кто написал анонимку».
«Или?» — спросил себя я.
Нет, никаких «или». Даже оказавшись вдвоём в комнате я не стану делать ничего, что бросит тень на мои чувства к Нинели Кирилловне.
— Минимум два часа. Предоплата двести рублей, остальное на выходе. Наличные. Если у вас нет, то можем вернуться для обналички в ресторане.
— Дорого, — признался я. — Это почти моя месячная зарплата на материке. Неужто ваши… дамы столь дорогие?
— Двести местных рублей. Или девятнадцать имперских.
Всё никак не привыкну у масштабам цен. Это уже было куда ни шло. Всё равно дорого, конечно, но уже вполне ожидаемо. Я пока не был уверен, что дело в принципе дойдёт до заказа.
— Девушек младше семнадцати у нас нет. Равно как и юношей любых возрастов. Если вы за этим…
— Меня это не интересует, — прервал я ненужные пояснения.
— Табак, алкоголь и средства контрацепции входят в цену. Из наркотических средств разрешены только…
— Не интересует.
— Большинство девушек состоят в профсоюзе, поэтому проявляйте уважение к профессии, элементы физического насилия рекомендую использовать только с согласия дамы. Цена за час указана за классику, либо за эротический массаж. Прейскурант по дополнительным услугам есть на месте, там…
— Тоже не стоит, — оборвал его я.
Он развернулся, остановился на миг и всё-таки решился уточнить.
— Понимаю, что задаю некорректный вопрос, но зачем вы здесь? Такое чувство, что вы идёте с какой-то целью.
— Дело в том, что мне пришла анонимка. О том, что меня будут ждать в двадцать втором номере. Возможно, дело ограничится разговором.
Охранник ухмыльнулся.
— Наше учреждение не рассылает анонимной рекламы, у нас с этим строго. Скорее всего — частная инициатива кого-то из дам, хотя это мы тоже не поощряем. Что ж, остаётся надеяться, что кто-то даст вам знак. Мы пришли.
Мы остановились у двери в лестничном пролёте. В небольшой прихожей с парой бархатных диванов стоял секьюрити — я сразу почувствовал наличие сенса, процентов на пару ниже моего. В руках у него было два прибора — металлодетектор, тут же отловивший мой опечатанный пистолет, отправившийся в камеру хранения, и короткий артефакторный жезл, которым он точно также провёл вдоль меня.
На браслетах и амулете на шее прибор издал тихий звук.
— Так… автощиты тоже в хранение. У нас не стреляют. Амулет от гипноза, как вижу — можете оставить, если вам это не нравится. Готово, теперь, прошу, предоплату.
После уплаченных купюр открылся вход в холл. Надо сказать, с дизайном всё было в порядке — дорого, слегка вульгарно, но именно того градуса, какого полагается. Золото, шёлк, бархат, картины художников эпохи возрождения. Играл бликами диско-шар, в баре звучала тихая электронная музыка. Там меня встретила администратор — в коротком латексном платье на голое тело, и отвела в комнату для выбора дамы. Усадила на диванчик, вручила в руки прейскурант. Мой взгляд пробежал по строчкам, заметив строку: «Удушение гостя — +50 ₽»
— Что предпочитаете, сударь? Вам сенситивную, или простую? Одну, или несколько? Классика, массаж, или что-то более изысканное? — она говорила с таким волнующим контральто, что я изрядно разволновался.
— Эм… мне бы двадцать вторую комнату, — сказал зачем-то я. — Полагаю, одну девушку. Мне сказали, что будут ждать там. Кто у вас в двадцать второй?
— У наших коллег нет привязки к комнатам, — девушка помотала головой. — Но двадцать вторая комната — это люкс для любителей садо-мазо… Это плюс шестьдесят рублей.
— Так… — я задумался на миг. — Признаться, я не знал.
— Почему именно двадцать вторую комнату? У вас договорённость с кем-то из дам?
— Нет, вовсе нет, — ей я решил не признаваться — мало ли, вдруг это как-либо дискредитирует незнакомку, отправившую послание. — Знаете, а сколько дам сейчас свободно? Можете показать всех?
— Всех? У нас сто комнат, и сейчас свободно около сорока работниц… Полагаю, вам не сильно интересны девушки старше… скажем, тридцати?
В этом я не мог быть абсолютно уверен — дама, отправившая сообщение, могла оказаться и старше.
— Давайте до тридцати… пяти.
— Хорошо, тогда мы приведём сначала десять, а если вам не понравится — ещё десяток, — сообщила распорядитель, тихо поднялась и отправилась куда-то в коридоры.
Оставшись наедине, я вдруг вздрогнул. Садо-мазо. «Знаю всё о тебе».
Чёрт возьми, это же Ольга Лекарь. Я не знал, что за чертовщина творится с лифтами, и была ли моя палачиха сейчас в мире, но это был определённо её почерк.
Нет, встреча с ней мне сейчас не нужна. Я не готов — только не сейчас. Я дёрнулся, собравшийся уже уйти, даже сбежать, но не успел — девушки ровной отточенной походкой уже зашли в комнату и встали напротив. В лёгких полупрозрачных туниках, прикрывавших ажурное бельё. Худые, стройные, белые, чёрные, даже одна бронзово-зелёная.
Ольги среди них не было. Но вот третья девушка…
Она была блондинкой, славянкой лет двадцати пяти, чуть пониже меня, самую малость пофигуристей модельного стандарта красоты, в розовом лифчике.
Но что самое чудовищное — на ней были очки. А черты лица чудовищно, прости невыносимо напомнили мне Нинель Кирилловну. Мы встретились взглядами, и она подмигнула мне.
— Её, — не раздумывая сказал я распорядительнице.
— Это Аделаида, прекрасный выбор! Рассказать подробнее про опции? Вы выбрали двадцать вторую комнату, это означает, что…
Она взглянула на девушку, и та кивнула, поэтому фразу распорядитель не закончила. Мои догадки подтверждались. Девушка, напоминающая внешностью Нинель Кирилловну, ни в коем случае не стала бы соглашаться на садо-мазо, а значит — это именно та, что назначила встречу.
— Все свободны. Изволите выбрать алкоголь и напитки?
Аделаида протянула мне руку, я взял её ладошку в руку, и она повела меня по ковровой дорожке вдоль кабинетов. Ряд дверей с табличками вдоль бетонных, пусть и украшенных стен, неприятно напомнили мне лифтовые шахты Бункера, но я быстро сбросил наваждение.