Шаг в Бездну (СИ)
— Ты кто? — изумленно спросил он. От ужаса из-за произошедшего мои губы дернулись, обнажая отросшие клыки.
— Твою ж дивизию, — выругался Евгений и какой-то непостижимой скоростью сбросил меня на кровать, попутно замотав в простынь так, что я даже шевельнуться не могла. Оставалось только одно.
— Смотри мне в глаза, — прошептала я. Евгений посмотрел, потом моргнул, тряхнул головой и, сдернув наволочку с подушки, нацепил мне ее на голову.
— Отпусти, — взмолила я.
— Кто ты, черт тебя подери? — практически прорычав, спросил он.
— Отпусти, — взвизгнула я.
— Ну уж нет, — ответил Евгений, поднялся с кровати, походил по комнате, что-то достал из шкафа и бросил это на кровать. Потом безо всяких усилий поднял меня, посадил на стул и начал наматывать веревку поверх простыни, окутывая меня ей вместе со стулом.
— Теперь ты не дернешься, тварь.
— Я не тварь, отпусти, — прошептала я сквозь слезы отчаянья. Он словно не услышал меня. Судя по звукам, достал телефон и принялся кому-то звонить.
— Горыныч, срочно домой. Да мне по … У тебя вместо дочери какая-то тварь. Это лучше показать, чем объяснять. Жду, — потом он подошел ко мне и грозно произнес:
— Сейчас Горыныч приедет, и ты все расскажешь, кто ты такая и куда дела Лильку.
— Я и есть Лиля, — прохныкала я, понимая всю тщетность ситуации.
— Конечно, — фыркнул Евгений, — только за пару минут сделала сама себе пластику, чтобы измениться до неузнаваемости.
— Сними наволочку и увидишь сам, — пыталась я использовать свой последний шанс.
— Можно подумать, я обдолбанный и не могу отличить Лильку от странной девицы с клыками, — пробурчал Женя, но все же сдернул с меня покрывало.
— Ну, — строго спросил он, когда его глаза, наконец, встретились с моими.
— Я Лиля, — прошептала я, создавая новую реальность, где не было незнакомки с клыками, а была родная Лилия. Евгений всмотрелся в мои глаза еще внимательней, его зрачки расширились почти на всю радужную оболочку.
— Я Лиля, — еще раз прошептала я, надеясь на свои силы. Но Женя моргнул и мотнул головой.
— Да какая же ты Лиля? Ты даже на нее не похожа, — пробормотал он и потер глаза.
— Как? — возмутилась я. Неужели на него не действует? Не может быть, этого просто не может быть!
— А вот так, — фыркнул мужчина, — тебе зеркало принести.
— Принеси, — замирая от страха, кивнула я. Он отошел, покопался на тумбочке и нашел зеркало, размером с небольшую тарелку.
— Вот, смотри, самозванка чертова, — и поднес зеркало к моему лицу. Я так и замерла с открытым ртом. На меня смотрела черноволосая и бледнокожая девушка. На этом сходство с Лилей заканчивалось. Всю мою жизнь у меня были синие глаза, слегка вздернутый нос и небольшие, розовые губы. Но не теперь. На меня смотрела совершенно другая девушка. Миндалевидные черные глаза, абсолютно прямой нос и полные чувственные губы.
— Это кто? — не поняла я.
— Это ты, — усмехнулся Евгений и, услышав, как хлопнула входная дверь в дом, присвистнул:
— Вот это Горыныч быстро примчался, как метеор. Теперь ты будешь ему рассказывать, кто ты такая.
— Твою ж дивизию, — выдохнула я ругательство, которое недавно произнес Женя.
— Женька, ты где? — крикнул снизу Борис. Женя вышел из комнаты и громко крикнул в ответ: — Иди наверх, к Лильке. — Послышались шаги, через некоторое время в комнату вошел Борис и, посмотрев на Евгения, чуть скривился.
— Ты хоть бы трусы нацепил.
— Черт, — выдохнул Евгений и, найдя трусы возле кровати, быстро одел их.
— Ну, и что тут происходит такого, что надо было дергать меня с работы? — спросил Борис, внимательно оглядывая связанную меня. — Что за идиотские игрища вы тут устроили? Лилька связана, ты в чем мать родила.
— Это не Лилька, — отозвался Евгений, разыскивающий на полу джинсы.
— Я что, дочь свою не узнаю? И вообще, я не понял, вы что тут, сексом занимались? — строго уточнил Борис и посмотрел на Евгения.
— Ну, — замялся тот и почесал затылок.
— И как это все называется? Значит, вы тут развлекались у меня под носом, а свадьбы не надо было? Кобель, — констатировал в окончании Борис.
— Что? Я не кобель, — возмутился Евгений, уже нацепив штаны.
— Кобель, кобель, — ехидно подтвердил Борис, — соблазнил мою девочку и не хочешь исправить ситуацию.
— Что? — возмущенный вопль Евгения прокатился по комнате. — Да не соблазнял я ее!
— Конечно, конечно, я так и поверил, что ты не соблазнял мою невинную девочку. И еще, небось, заморочил ей голову, что замуж пока не надо. Надо притереться характерами, подождать. А если бы она забеременела? Что тогда? Ищи свищи тебя, как ветер в поле? Да уж, не ожидал я от тебя такого. А ведь ты мне был, как сын. Твой отец был мне самым близким другом и перед его смертью я обещал присматривать за тобой, как за родным.
— Да Лилька мне как сестра, — возмутился Евгений.
— А что, с сестрами в интимные отношения вступают? — ехидно спросил Борис. — Вот Екатерина узнает, бедный ты будешь, бедный. Свадьбы вам точно теперь не избежать, — закончил он.
— Да какая свадьба? — возмутился Евгений.
— А что ты думал, соблазнил и не жениться? — еще более ехидно уточнил Борис.
— Да не соблазнял я ее! — почти выкрикнул Евгений.
— Так, а это уже интересно, — Борис серьезно посмотрел на почти сына. — Рассказывай все.
— Эх, придется, — махнул рукой Евгений и продолжил: — Можно сказать, что Лиля меня сама соблазнила. Горыныч, не перебивай, — прервал себя Евгений, останавливая Бориса от попытки что-то сказать, — иначе ничего рассказывать не буду. Лиля попросила удовлетворять ее сексуальные потребности, чтобы она из-за неудовлетворенности больше не смогла влюбиться в подлеца, который мог бы снова разбить ее сердце.
— Что? — возмущенно воскликнул Борис.
— Я понимаю, что звучит это несколько странно. Но она очень боялась снова ошибиться и влюбиться в того, кого не нужно.
— Снова? — переспросил Борис. — А с этого места поподробнее.
— Снова, снова, — подтвердил Евгений. — У нее произошла очень неприятная история в институте.
— И что за история? — нахмурился Борис.
— Да был там один, козел. Который соблазнил ее, рассказывая о любви, а когда получил свое, тут же бросил, да еще и раструбил обо всем по всему курсу.
— Кто он? — сурово спросил Борис.
— Неважно, — махнул рукой Евгений.
— Как это неважно? Я ему ноги переломаю!
— Уже, — хмыкнул Евгений.
— Что уже? — не понял Борис.
— Уже переломал и не только ноги, но и руки, а также выбил зубы, чтобы болтал меньше.
— Молодец, а почему же он не сдал тебя ментам?
— Да потому что, я рассказал, что ему будет, если он сдаст меня полиции. Он проникся и рассказал про гопников в темном переулке.
— Ну, Бес, ну Бес! Ты как всегда, тихо, скрытно и незаметно, — Борис восхищенно похлопал по плечу Евгения. — Но почему же мы с матерью об этом ничего не знали? — решил уточнить он.
— Да потому что! — фыркнул Евгений. — Вот представь, если бы Лилька все тебе рассказала, ты бы что сделал?
— Ну почти тоже, что и ты, — хмыкнул Борис.
— Не, не то же, а похуже и погромче, и тут уж не удалось бы избежать полиции. А Екатерина бы опять попала в больничку с сердечным приступом.
— Это точно, — погрустнел Борис, — сердечко у нее почему-то слабое.
— Ты еще удивляешься, почему? Мало ей волнений было за тебя в горячих точках, а потом и за меня, когда она приняла меня, как сына? Вот поэтому Лиля, чтобы вас не волновать, обратилась ко мне, как к старшему брату. Я ведь для нее и есть старший брат.
— Кстати, а почему вы всегда на службе меня Горынычем называли? — решил вдруг уточнить Борис.
— Да потому что ты в гневе сжигаешь все вокруг, как Змей Горыныч, — рассмеялся Евгений.
— Ладно, этот вопрос мы решили. Ты вот мне скажи, нафига ты меня звал в самый разгар ваших странных сексуальных игрищ, — наконец вспомнил Борис.
— Да никакие это не игрища, — враз став серьезным, ответил Евгений. — Просто после самых обычных сексуальных игрищ, как ты выражаешься, Лилька вдруг превратилась в нечто странное.