Шаг в Бездну (СИ)

— Точно показать мы не можем, так как необходимо точное время, а оно нам не известно, — развел руками Мика.
— Сама Алисетия это может доказать, — хмуро сказал Моран и посмотрел на Лилиану, словно ожидая реакции. Поведение обвиняемой его сильно удивило, та сидела со скучающим видом и пальцем водила по какому-то странному предмету прямоугольной формы.
— Вызывайте Алисетию, — приказала Ингемара, — мы заслушаем и ее историю. Практически сразу после этих слов, в зал вошла блондинка, недавно показанная в хрустальном шаре. На сей раз, она выглядела более одетой. Сиреневое струящееся платье до пола, перетянутое на талии золотым пояском. Светлые волосы были уложены в замысловатую прическу. Алисетия сперва поклонилась Ингемаре, а затем старейшинам.
— Ха, на тебя похожа, — громко прошептал Ульрик, обращаясь к Малисатии.
— Тебя это удивляет? — приподняла бровь блондинка.
— Да нет, просто уточнил, — хмыкнул Ульрик и замолчал, ожидая рассказа Алисетии.
— Расскажите, похищала ли Вас Лилиана-Федерика? — обратился к девушке с вопросом Райз.
— Да, — кивнула Алисетия, — похищала.
— Расскажите, пожалуйста, как это произошло, — попросил Райз.
— К своему огромному сожалению, я не помню подробностей.
— А что же помните?
— Я помню только, что ложилась спать в своей уютной постели, а очнулась в темно подвале, прикованная железными цепями к каменной стене.
— То есть Вы совершенно не знаете, кто мог Вас похитить? — уточнил Райз.
— Не знаю, — кивнула девушка.
— А почему же Вы тогда утверждаете, что сделала это Лилиана-Федерика?
— Потому что она приходила несколько раз, чтобы мучить меня.
— Каким образом она мучила?
— Она рассказывала всякие жуткие вещи, которые меня ожидают, если брат не найдет меня. А однажды даже отрезала прядь моих волос.
— Что было потом?
— Ничего, меня просто бросили умирать, оставили и забыли.
— То есть, никто не посещал Вас?
— Никто, — подтвердила Алисетия.
— И даже не кормили, не поили?
— Нет, еду и воду приносили слуги, но я так ослабла в железных цепях, что могла лишь немного пить и все.
— Долго Вы пробыли в таком состоянии?
— До тех пор, пока не пришла она.
— Вы имеете в виду Лилиану-Федерику?
— Да, именно ее. Когда я увидела Лилиану, я попросила убить меня, потому что уже устала мучиться. Больше я ничего не помню. Очнулась только под лучами солнца и призвала брата, который забрал меня в Запретный Лес.
— И забрал вместе с Вами Лилиану? — уточнил Райз, а когда девушка кивнула, обратился к Морану:
— Сиятельный Моран, попрошу пояснить, зачем, когда сестра призвала Вас на помощь, Вы забрали с собой и Лилиану?
— Потому что я хотел доставить ее на суд к императрице, — высокомерно ответил Моран.
— Или может быть, хотели убить? — вкрадчиво спросил Райз.
— Нет, я не хотел ее убивать, — бросил в ответ Моран, глядя на Изумрудную.
— А что Вы тогда скажете на это? — Райз махнул рукой в сторону хрустального шара, и в нем появилась новая картинка. Из Запретного Леса выходит Моран, натягивает тетиву лука, и стрела летит в грудь черноволосой девушке на вздыбленном коне. Когда девушка падает на землю, Моран подходит к ней с мечом. На этом картинка обрывается.
— Что Вы на это скажете? — снова обратился Райз к Морану.
— Я не хотел ее убивать, — Моран отрицательно покачал головой и опустил глаза.
— Мы выдвигаем встречное обвинение Сиятельному Морану. Попытка убийства Лилианы-Федерики Сатойрини Ларгус. Доказательства только что были предоставлены. Так же сообщаем, что свидетелем попытки является Герцог Элигос Дагмар.
— Пригласите Герцога, — тусклым голосом приказала Ингемара и повелительно взмахнула рукой.
  
42. Лиля
 
На самом деле, решение все же сдаться на милость Изумрудной, было для меня сложным. Но другого выхода я не видела в сложившейся ситуации. Да, можно было согласиться на предложение двуликих спрятать меня, но я не могла пойти на этот шаг. И дело даже не в том, что двуликие подставлялись, пряча меня, а в том, что меня совершенно не привлекала участь вечного беглеца. Никто не мог знать, сколько могли продолжиться мои поиски, да и потом, у меня уже были обязательства хотя бы перед своими домочадцами. Они не были для меня слугами, они за короткое время стали моей большой и шумной семьей. Поэтому без всякой тени сомнений, не зная, что меня ожидает, отправилась вместе с Инваром и Дарием к Изумрудной. Как ни странно, но меня, после появления в замке Императрицы, не бросили в жуткую темницу для особо опасных преступников, а выделили отдельные апартаменты в одной из башен. Как я узнала от Инвара, в противоположной башне томились мои родители. И я слезно упросила двуликих отвести меня к ним, повидаться хоть самое малое время. Инвар с Дарием немного посовещались, пришли к мнению, что запрета на посещения не было и тайными переходами, чтобы никто из замка меня не видел, отвели к родителям. Изумление и восторг Арделии и Сатори описать было сложно. Отец застыл от неожиданности, когда дверь внезапно открылась, чего не было с того самого момента, как их поместили сюда. Не знаю, кого он ожидал увидеть, но увидел меня, слегка потрепанную. Мать среагировала первой:
 
— Девочка моя драгоценная! — воскликнула она и за какие-то доли секунд оказалась рядом и обняла.
— Вот уж новости, — пробормотал ошеломленный Сатори, — Никак не ожидали тебя здесь увидеть. Мы думали, что ты тихо и мирно живешь у себя и не знали, как доказать Ингемаре то, что брак с Герцогом тебе не нужен.
— Ну и как, доказали? — усмехнулась я.
— Не доказали, потому что эта гадина отказалась с нами встречаться, — прошипела все еще прижимая меня к себе, Арделия.
— Как же ты здесь оказалась? Ведь мы же просили не вмешиваться, — строго спросил Сатори.
— Да, в принципе, так же, как и вы, — ответила я, опустив глаза и боясь рассказать правду, понимая, что родители не знают ничего, кроме того, что Сатори предвидя нечто подобное, просил двуликих припрятать меня на случай непредвиденных обстоятельств.
— Лилиана-Федерика находится здесь под арестом, — ответил Дарий.
— Под каким арестом? — грозно уточнила Арделия и тут же отодвинула меня от Инвара и Дария, спрятав за своей спиной.
— По нескольким обвинениям, — пробубнил Инвар и опустил глаза.
— Кто обвинитель? — спокойно уточнил Сатори.
— Светлейший Моран, — быстро произнес Дарий и сделал на всякий случай шаг назад.
— Что? — взвизгнула Арделия. — Как этот мальчишка посмел хоть в чем-то обвинять мою девочку? Да я, да я ему все волосы повыдергиваю по одному маленькому пучочку.
— Дорогая, успокойся, — Сатори быстро шагнул к Арделии и обнял ее за плечи, тем самым отодвигая меня еще дальше от двуликих.
— Да спокойна я, спокойна, как никогда, — Арделия поджала губы, немного подумала и спросила: — А кто будет защитой Лилиане?
— Скорее всего, Райз Оринос. Я слышал, что он уже в замке и ожидает встречи с задержанной, — ответил Дарий.
— Только не он, — обреченно выдохнула Арделия.
— Почему? — удивился Инвар.
— Да потому что он, наверняка ненавидит нашу дочь, — ответил Сатори.
— А вот и нет, — быстро произнесла я из-за спин родителей, не желая, чтобы уточнялись подробности причин ненависти Райза к моей предшественнице. Пусть пока это будет секретом.
— Дочь, почему ты так уверена в этом? — Арделия вслед за Сатори быстро повернулась ко мне.
— Вот почему, — улыбнулась я и провела рукой по шее. На мгновенье проявилась массивная золотая цепь с ярким рубином и тут же исчезла. Но этого мгновенья хватило, чтобы Инвар прошептал:
— Родовой знак Оринос.
— Но как? — удивилась Арделия.
— Райз теперь мой кровный брат.
— Да уж, я теперь точно уверен, эта наша дочь. Вся в мать, та тоже ловко могла обернуть ненависть в любовь, — гордо произнес Сатори и рассмеялся.
К сожалению, время нашей встречи быстро подошло к концу и пришлось возвращаться к себе в новое пристанище. Как потом тайком сообщил Дарий, теперь с родителями я смогу увидеться только уже на судилище. Приведя в апартаменты, двуликие быстро распрощавшись со мной, сообщили, чтобы я ждала Райза на следующий день и вышли, не забыв запереть за собой двери. Конечно, после того, как нацепили на меня браслет, запертая дверь стала для меня преградой. Пройдясь по апартаментам, я обнаружила ванную и небольшой гардероб с несколькими скромными платьями. Быстро обмывшись и надев первое попавшееся под руку платье серого цвета, я прилегла на небольшую кровать и закрыла глаза.