Академия отпетых некромантов. Братство Падших (СИ)

Кое-как ухватившись за предложенное перо, я чиркаю пару закорючек на пергамента, где прописаны все пункты доставки и другие нюансы, а затем отдаю его обратно.
— Благодарю. Всего доброго.
Жмых удаляется.
Хмыкнув себе под нос, я закрываю дверь и иду к столу. Коробка тут же оказывается на нем, как и подаренные цветы, для которых я позже отыщу вазу. Нежно-розовая шелковистая ленточка так и манит. Поэтому, перестав разглядывать послание, я тут же срываю её и открываю крышку.
Внутри оказывается удивительной красоты платье, которое я тут же достаю, чтобы разглядеть.
Небесно-голубое. Утеплённое. С воротником стойка, едва расходящимся лёгкими перьями. С длинными рукавами и такой же юбкой с прикреплённым, летящим шлейфом, похожим на переливы сапфирового океана.
— Мама… — мотнув головой, усмехаюсь я.
Сколько себя помню — эта женщина всегда дарила мне необычные, изысканные платья, говоря, что девушка, сколько бы ей ни было лет, всегда должна выглядеть как принцесса. И не потому, что тогда у неё будет больше шансов найти достойную пару. А потому, что тогда она будет чувствовать себя куда увереннее и поверит в собственные силы, которые могут сотворить настоящую сказку.
Аккуратно отложив платье в сторону, я вынимаю открытку и брошь в форме черепа.
Смешок срывается с моих губ.
Чувство юмора у моего отца не знает границ. Издевается над собственной дочерью! Словно, если я стала некромантом, то непременно должна фанатеть по тому, что все так или иначе связано с моей профессией.
Вот же!..
Усмехнувшись, откладываю красивую, переливающуюся фиолетовыми камнями брошь в сторону. Беру открытку, где мама с папой шлют воздушный поцелуй, а затем открываю, вглядываясь в строчки, написанные ровным почерком.
«С Днём Рождения, милая!
Прими от нас эти скромные подарки: платье — от меня и артефакт в виде броши — от твоего отца. Мы надеемся увидеть тебя на выходных и отметить в семейном кругу. Поэтому с нетерпением ждём.
Будь счастлива и любима!
P.S.: твои любящие мама и папа»
А ниже небольшая приписка от папы по использованию его гениального артефакта.
Быстро пробегаюсь по строчкам его угловатого почерка, чтобы узнать, что этот подарок — весьма дорогая, ценная вещь.
Оказывается эта милая черепушка хранит в себе магию, что способна помочь в самой трудной ситуации.
Не знаю — как именно. Но отец дал чёткие указания: как её активировать. А также, что использовать подобный дар можно только один раз.
Что ж.
Этот один раз должен быть очень критичным, чтобы я воспользовалась ей.
Повесив платье в шкаф и, положив брошь в один из сундучков, я чувствую, как мое сердце радостно трепещет в груди.
Вот он — тот самый день, когда никто не посмеет мне сказать, что я ребёнок! А магия? Теперь я могу свободно пользоваться ей вне стен академии, не боясь ареста!
Взгляд цепляется за часы, выполненные в форме совы, и я понимаю, что вновь опаздываю.
Время собираться!
***
Я весьма погорячилась, когда допустила мысль, что этот день ничто не испортит. Более того — мне казалось, что он идеальный! Однако его прекрасная встреча ещё не означает, что и в дальнейшем — все будет именно так.
Проще говоря, меня сглазили. Уж не знаю кто. Врагов у меня всегда было предостаточно, ведь мой язык тот ещё…хм…клинок. Не говоря о моем характере. Возможно, это даже упырь. Ведь он частенько говорил мне о том, что моя карма вредины и задиры ещё настигнет меня. Но я не верила. Зато сегодня, кажется, начинаю.
Боги, увидев мое небывалое счастье, решили разбавить сладость горькими корешками.
В общем…
Мелкие неудачи и неурядица сыпались одна за другой.
Я все-таки опоздала на первую лекцию, которую вёл — угадайте кто? Наш обожаемый ректор! Поэтому в наказание мне поручили очередной поход в библиотеку, где меня вновь используют, как бесплатную рабскую силу. Правда в честь праздника мистер Дегран похоже решил сжалиться. Поэтому наказание вступает в силу с завтрашнего дня.
Затем была пара по духоводству, где я случайным образом натравила духа на профессора Ординли. И в итоге получила выговор с пометкой в книге оценок, а также очередные шуточки от своих одногруппников.
 
Третья пара, к моему удивлению, прошла спокойно. Древняя история длилась быстро и увлекательно. А вот в обеденный перерыв я умудрилась столкнуться с Вэйссом и вылить на себя вишнёвый компот, пятно от которого ещё несколько минут пыталась оттереть в женском туалете, где меня пару раз чуть не прихлопнули дверью. Видите ли не видели! Случайно! Не специально!
Ага! Как же!
Так я вам и поверила!
И вот, когда остаётся последняя на сегодня пара по антрологии, где у нас должна быть лабораторная работа — я пытаюсь вспоминать все изученные мной молитвы и поклонения божествам.
Учудить что-либо на антрологии — значит попрощаться с жизнью!
— Эй, Кэсс, не переживай ты так. Со всеми бывает…
Сайви все это время пытается меня подбодрить и заставить улыбнуться. Но вся моя утреняя эйфория слетает после стольких «случайно».
— Но не в день рождения! — уныло отвечаю я, чувствуя себя подавленной.
Этот праздник — не просто очередная цифра, сделавшая меня старше. Это всегда было чем-то бóльшим. Ведь в этот день я родилась. В этот день началась моя история. И уже столько лет я пишу её, каждый раз узнавая и постигая что-то новое.
Это просто МОЙ день!
Фыркаю себе под нос, думая о том, что родилась не под той звездой и похоже, что вообще — в полнолуние, а затем мы спускаемся в подвальное помещение, в поисках необходимой лаборатории. Находим мы её сразу. Поскольку все имеющиеся двери внизу закрыты, за исключением одной, откуда доносится едва приглушённый хор голосов.
— Похоже профессора ещё нет…
Пожимаю плечами на предположение подруги, и мы заходим внутрь.
Здесь ничего не изменилось. Те же каменные стены, выкрашенные в белый. Много света, чтобы было лучше видно материал, над которым работаешь. И рабочие места, рассчитанные на одного человека: высокий, круглый стул без спинки и длинный, прямоугольный столик из сплава белия, покрытый водонепроницаемым лаком, который ещё и защищает от грязи. А также небольшой уголок для профессора. Ничего лишнего. Полный минимализм. Что в принципе объяснимо: во избежании лишних потерь.
Другие адепты поговаривали, что раньше здесь ещё были красивые стеллажи, заставленные различными вещичками по типу засушенных корешков или же чьих-то глаз.
Хм. Может быть это из-за того стола, что мы случайным образом сожгли? Так сказать, решили подстраховаться и убрать лишнее с глаз долой?..
Мы занимаем каждая своё место. Я успею лишь достать из сумки увесистый учебник и положить его на стол, прежде чем в лабораторию своей излюбленной походкой — самца тигра — входит профессор Юнигон.
— Добрый день, адепты, — высокомерно и вместе с этим навеселе произносит мужчина, даже толком не взглянув на нас. Затем кладёт свой маленький, увесистый чемоданчик чёрного цвета, с которым никогда не расстаётся, на стол и церемониально откинув полы своей мантии, наконец устремляет взгляд на нас.
Профессор Юнигон весьма странный и неоднозначный человек. Иногда я даже его побаиваюсь, но лишь потому, что он совершенно непредсказуем.
— Итак, — Он складывает руки на груди, — сегодня у нас с вами зачётная работа, которая значительно повлияет на итоговую за семестр. Поэтому я прошу всех собраться с мыслями и хорошенько поработать.
Профессор указывает на стену позади себя, где весит свод правил, говорящих о том, чего не следует делать во время занятий и с какими материалами лучше не играть. А затем произносит:
— Надеюсь, напоминать вам об этом ещё раз не надо?..
Следует слаженное молчание. И мужчина с довольным видом кивает, мол: «Поняли. Отлично. Не придётся распинается ещё двадцать минут».
— Тогда, Квин, будь добр — раздай пожалуйста всем эти задания.
Он достаёт откуда-то из стола увесистую стопку листов и кладёт её на край.