Академия отпетых некромантов. Братство Падших (СИ)

Леди Годэнбэр — известная на весь мир своими изящными манерами и безупречной репутацией — в деле!
Мы с Сайви неоднозначно переглядываемся, а затем занимаем место где-то посередине. Между упырем и Фидж.
В этот же момент двери аудитории открываются и в неё влетает ещё один парень с высоко вздёрнутым подбородком. Как бы не грохнулся, споткнувшись о собственное «эго». Если оно у него конечно есть. Уж больно напускным кажется его идеальная самоуверенность.
Он явно не из нашей группы. Поскольку ни я, ни те, что на заднем ряду, с удивленными лицами, его не знают. Однако уже с первого взгляда я могу сказать, что это идеальная пара для нашей «зубрилы».
Безупречно отутюженная одежда. Смоляные волосы, зачёсанные назад. Очки в тёмной, деревянной оправе и галстук, заправленный под синий жилет.
Этакий педант.
Просто отличное начало. Сборище неудачников (ага, в какой-то степени я начинаю себя им чувствовать), зазнаек и идиотов, уверенно предполагающих, что они могут свернуть горы. И, думаю, уточнять о ком именно я говорю — нет необходимости. Ведь все итак очевидно.
— Что-то мне подсказывает, что это не привилегия, а наказание.
— Не каркай. А то ещё сбудется, — став неожиданно суеверной (поступив сюда, иного, кажется, и не избежать), отвечаю я, угрюмо сжимая губы.
Сайви хмыкает, сказав:
— Может ещё не поздно сбежать?
Я поворачиваюсь к ней.
— Думаешь?
Однако мы так и не успеваем сделать какие-либо умозаключения и привести наш совместный план в действие, поскольку в аудиторию входит ректор.
И вот мне кажется или даже как-то холодком повеяло?..
— Добрый день, мои дорогие адепты. Надеюсь сегодня на вашу плодотворную работу. — Почему это звучит, как издёвка?
Мужчина снимает плащ и, повесив его на стул, обходит массивный стол. После чего облокачивается на него и, сложив руки на груди, произносит:
— Начнём с небольшого вступления. Каждый из вас обладает особенным даром, чьи возможности несколько больше, нежели у остальных адептов. Однако, хочу сказать сразу, что не стоит сильно задирать носы, иначе вы имеете все шансы споткнуться на ровном месте. Ваше обучение — залог дальнейшего процветания нашей страны. Потому что от того, как вы себя поставите и будете усердно трудиться в дальнейшем, зависит уровень профессионализма, а также безопасность нашего народа. Поступив сюда, вы должно понять одну очень важную истину: «Благополучие жителей и сохранение баланса между гранями зависит целиком и полностью от вас». Поэтому, если вы не готовы стать лучшими из лучших, то можете прямо сейчас встать и покинуть эту аудиторию, продолжив посредственное обучение.
В помещение воцаряется молчание. В атмосфере витают раскалённые частички воздуха.
Речь мистера Деграна весьма…прямолинейна. Местами, возможно, даже несколько груба и нравоучительна. Однако нельзя отметать тот факт, что его слова заставляют серьезно задуматься. Даже Вэйсс сидит с серьезным выражением лица, которое пугает. В такие моменты он всегда кажется старше своих лет, словно прожил и повидал достаточно, чтобы судить о тех или иных вещах. И, по правде говоря, сколько бы я не злилась на него — глупо отрицать тот факт, что он действительно талантливый маг. Его сила пугает и в то же время завораживает.
Помню однажды, когда мы все вместе пошли в лес, чтобы собрать необходимых трав для лекарственных настоек моей матушки, Вэйсс неожиданно замер посреди поляны, словно его настигло заклятие времени. Но затем он резко сорвался с места и направился в противоположную сторону, улизнув от семейства.
Тогда нам было лет по двенадцать. И я не могла спокойно следовать за остальными, не узнав толком, что он задумал. Однако, когда каким-то образом мы оказались один на один с местной нежитью, в виде стаи чёрных ихрей, я впервые увидела его силу в действии, несмотря на то, что дар проснулся в нем в возрасте около пяти лет. Что происходит лишь тогда, когда сила мага весьма велика.
В общем, в тот день он спас нас от вполне неминуемой гибели. И, наверное, это один из тех случаев, когда я задумалась о том, что быть некромантом — тяжелое бремя.
 
Что ж…
Теперь это бремя лежит и на моих плечах. Наверное, поэтому мама изначально не хотела мне рассказывать о том, что со мной происходит. И в одном мистер Дегран оказался прав — я приехала сюда не просто так. Да — умение контролировать свой дар — как один из аргументов. Однако я хочу знать наверняка — что такого увидел во мне этот мужчина, раз так легко согласился уладить вопросы с одним из самых серьёзных законов.
По-моему, одного этого факта хватает, чтобы понять — та часть меня, что отныне скрывается во тьме, таит в себе нечто большее. Что-то, что временами не даёт покоя и заставляет меня просыпаться по ночам от холода, поселившегося в сердце причудливым беспокойством.
В нашу первую встречу он сказал мне, что я одна из немногих, кто может не просто видеть, но и понимать души.
Так, что, если я начинаю их слышать и чувствовать?.. Потому что, чем больше я начинаю раскрывать свою магию, тем больше мне кажется, что она начинает раскрывать нечто внутри меня.
Хм. Звучит, как полнейший бред.
Мои размышления прерывает мистер Дегран…
— Что ж. Судя по всему, желающих покинуть аудиторию нет. Прекрасно! — Он неожиданно хлопает в ладоши, от чего мы все вздрагиваем, а затем отталкивается от стала и подходит ближе. Его взгляд медленно скользит по нам. После чего мужчина неожиданно спрашивает: — Что самое главное для некроманта?
— Выжить? — ляпнув первое, что пришло на ум, я умело делаю вид, что не замечаю обреченного взгляда мужчины, вопящего: «Боги, и это вы называете нашим будущим».
Хотя, если так подумать, то — что не так?
Мёртвый некромант — знаете ли — бесполезный некромант!
— Нет, — не скрывая усмешки в голосе и одновременно — злости, произносит мистер Дегран. — Это прежде всего хорошая интуиция и смекалка, которые помогают нам понять — когда стоит приступать, а — когда пора заканчивать, чтобы не застрять по ту сторону грани, став вечно блуждающей душой.
Я закусываю губу, усердно делая вид, что такую глупость однозначно ляпнула не я. Определенно — не я! Однако мужчина меня добивает, сказав:
— Вам понятно, мисс Роуз? Или стоит разъяснить?
Фыркнув себе под нос, я спешно киваю и, как всегда, отвечаю:
— Более чем понятно.
— Замечательно. Тогда, пожалуй, приступим к сегодняшнему занятию.
Лёгкий взмах руки, и в воздух поднимаются белоснежные листы. Секунда — и они появляются на столе каждого из присутствующих.
— Не понял. Это, что — тест? — удивлённо произносит Кидман. Да так, что его слышат все остальные.
Перевожу взгляд на Сайви. Она непонимающи сводит брови вместе. А затем мы одновременно берём в руки полученный лист бумаги.
— Поздравляю вас, мистер Оен, вы умеете читать.
И впрямь!
Заглавными буквами, прямо в центре, выведено: «Тестовые задания».
Только вот…
Разве мы не должны заниматься практикой или на худой конец узнавать тайны загробной жизни?
— То есть вы хотите, чтобы мы решали тесты? — Все переводят озадаченный взгляд на профессора. В том числе и Фидж.
Упырь дело говорит!
— Именно! — Лицо мужчины остаётся непроницаемым, но я словно вижу эту дьявольскую усмешку, притаившуюся в уголках его губ.
— Тогда позвольте узнать — каким образом они помогут нам спасать человеческие жизни? Может быть в дальнейшем нам отмахиваться от нежити листами?
— Лучше приобретёнными знаниями, мистер Вэйсс. Знаниями…
Я хмыкаю. Наш ректор явно его уделал. Хотя, да простит меня моя гордость, упырь дело говорит. Снова!
— Теория неотделима от практики. И наоборот. Поэтому как только вы научитесь вырабатывать смекалку, благодаря которой недалеко и до овладения интуиций — так скоро мы перейдём к освоению практики. Всем все ясно?
Мы недружно киваем.
— Тогда приступайте. У вас есть тридцать минут.
Он собирается вернуться за стол, чтобы следить за нашими недовольными лицами. Однако охранный артефакт на его шее неожиданно вспыхивает.