Туманный горизонт (СИ)

Машина со скрежетом просела, прижав побледневшего парня к асфальту. Он услышал, как нечто сверху тонко постукивает по стальному кузову и тяжело волочится. Вновь толчок, и ещё один огромный паук спрыгнул с автомобиля, грузно рухнув на асфальт. Монстр оказался заметно крупнее предыдущего.
От страха Первый едва не вылетел из своего укрытия. В ноздри ударило тухлой вонью, словно ему в лицо пустили отрыжку. Новый паук сделал несколько быстрых рывков в сторону сородича помельче. В ответ на это последний поднял передние лапы и грозно зашипел, распахнув мерзкую розовую пасть.
Два чудовища кинулись друг к другу и столкнулись, размахивая лохматыми конечностями. Тот, что крупнее, яростно кидается на противника, мало заботясь о защите. Второй же, несмотря на злобный рычащий писк и шустрые махи лапами, только отбивается и пятится назад.
Неотрывно следя за этой стычкой, Первый начал медленно выползать из-под машины. Лучшего шанса удрать не будет.
Стоило ему об этом подумать, как более крупный паук цепко ухватил своего врага передними лапами и впился клыками ему в морду. Раненное чудовище пронзительно пискнуло и заметалось, но превосходящий силой противник лишь сильнее сжал хватку и с хрустом грызанул его ещё два раза. Поверженный паук конвульсивно забился, слабея с каждым рывком.
Первый моментально забыл о желании сбежать.
Растерзанный монстр завалился набок, его лапы скрючились вовнутрь, и он замер. По уродливому мохнатому туловищу обильно потекла пузырящаяся жижа. В ночной тьме она показалась чёрной.
Победивший паук взгромоздился на труп другого и вновь впился в него челюстями. Первый отчётливо услышал треск разрываемой плоти и смачное чавканье. В горле застрял тошнотный ком. В глазах поплыло, искажая вид того, как одно чудовище потрошит и пожирает разваливающееся тело другого. По мере заглатывания ошмётков плоти сородича, паук словно бы начал набухать, становясь ещё сильнее и отвратительнее.
Юноша взял себя в руки и решил вернуться к побегу.
И тут в уши врезался тяжёлый пронзительный гул. Низкий гортанный вой накрыл всю улицу подобно визгу сирены. Мелкие обломки на асфальте задрожали, а паук-убийца спрыгнул с останков жертвы и непонимающе дёрнул конечностями.
Зажав уши, Первый болезненно скривился. Он узнал этот звук — тот самый звон из сна, предвестник появления чёрного существа! Внутренности похолодели от воспоминаний о том, как вязкая слизь заползает через ноздри, рот и уши, заставляя захлёбываться в предсмертных корчах.
Не отдавая себе отчёта, Первый рывком выскочил из-под машины и с низкого старта рванул прочь. Он побежал в исступлении, не видя ничего, кроме пустоты впереди.
Ритмом его бешено работающих ног можно отбивать барабанную дробь. Но усталость и напряжение быстро взяли своё — пробежав метров сто, Первый замедлился и вскоре остановился. Тяжело дыша, он упёр руки в бока и оглянулся.
Позади всё тот же туман и тишина.
Но через секунду зазвучал треклятый шорох. Не успел Первый испугаться, как из мглы вырвался громадный паук-убийца. Писк, треск и широко раскрытая клыкастая пасть. Чудовище бросилось навстречу, шустро перебирая скрюченными лапами.
Побледневший юноша вскрикнул и кинулся бежать. Но уставшие ноги подогнулись, он вновь наступил пяткой на треклятую штанину и рухнул на живот. Первый отчаянно заработал руками и телом — не бежать, так хотя бы ползти, и плевать на ссадины и порезы!
Зловещий шорох усилился, к нему прибавилось едкое шипение. Юнец как наяву представил себе два острых клыка, впивающихся ему в спину.
И тут раздался новый грохот. Земля задвигалась.
Первый почти возликовал — лучше расшибиться насмерть, чем быть заживо сожранным. Поднявшись на колени, он оглянулся и увидел, что паук заметался, стараясь удержаться на лапах, но всё ещё рвется к добыче.
Первый встал и кинулся к ближайшей многоэтажке. Либо самоубийство, либо единственный шанс удрать. Он вбежал в пустой дверной проём. Близкое шипение и гортанный треск за спиной возвестили, что чудовище несётся следом.
 
Увидев слабый свет с дальней стороны, Первый побежал вперёд. На плечо упало что-то твёрдое, но юноша не остановился. Спотыкаясь и врезаясь в стену, он рвётся дальше.
Сзади громыхнуло. Первый ощутил толчок в спину и рухнул на пол. Закашлявшись, он обернулся и увидел груду обломков, завалившую проход. Гул постепенно стих, и землетрясение прекратилось. Кровожадная тварь осталась с той стороны или даже погребена под завалом.
Внезапно сзади затрещало.
— Ну чего?.. — замучено простонал Первый.
Глянув через плечо, он зажмурился от яркой вспышки. На покорёженном столбе зарябил робким светом фонарь. Юноша уставился, как завороженный, а потом улыбнулся, пряча хмурый взгляд за ладонью. Вместе с болью от ушибов и порезов он ощутил какое-то внутреннее тепло. Словно этот жалкий полуживой фонарь греет его.
Со стороны обломков донеслось шуршание.
Несколько камней осыпалось, из образовавшегося провала резко высунулась лохматая лапа и суетливо завертелась. Ещё одна груда обломков упала на пол, и вместе со второй лапой показалась уродливая паучья морда. Отродье зашипело, распахнув розовую пасть.
— Не-ет! — сквозь слёзы взвыл Первый.
Он начал отползать в сторону выхода, не отрывая взгляда от прорывающегося к нему чудовища. Потяжелевшее тело болит, но надо двигаться, иначе этот дом обвалится и похоронит их обоих. Впрочем, юноше уже почти наплевать. Только бы раздавило эту кровожадную образину!
Плечо пронзило острой болью, и что-то шершавое прижалось к виску. Тошнотная вонь резко усилилась. Повернув голову, Первый встретился взглядом с четырьмя парами красных глаз. Новый паук пискнул и сильнее сомкнул челюсти на его плече. Юнец завопил от боли и ужаса. Он ощутил, как два острых клыка пронзают его всё глубже и глубже.
Кровожадно фырча, монстр поволок беднягу прочь от своего бешено рвущегося из-под камней сородича. Первый несколько раз стукнул паука кулаком в морду, но сделал больнее лишь себе. Хищник дёрнул головой, и юноша услышал треск своей рвущейся плоти.
Он почувствовал как по плечу и свежей ране стекает едкая паучья слюна. Больно, жутко, мерзко! Одно прикосновение щекой к лохматой гадости ужасает, а сейчас оно буквально на ходу жрёт его!
И вновь острая боль! Теперь в ноге. Сквозь кровавую пелену он увидел, как вырвавшийся из-под завала паук схватил пастью его ступню, вцепившись клыками в щиколотку.
В глазах потемнело, разум забился в мутном безумии. Первый ощутил, как его тянут в разные стороны, как затрещали от натуги сухожилия. Глаза закатились, у рта выступила пена, тело забилось в агонии.
До слуха долетел далекий треск, какая-то дробная трель, грохот, затем истошные взвизгивания и шипение. Тело стало лёгким, ушло тянущее чувство, затылок и спина ощутили твёрдую опору.
Перед глазами мелькнул силуэт. Вяло проморгавшись, он увидел нависшее лицо мужчины с тёмными волосами. Он что-то говорит, но в ушах Первого лишь протяжный гул.
— Ум… ник, — прохрипел юноша, улыбаясь окровавленным ртом. — Это ты…
***
— Значит, пауки, — беспристрастно уточнила Афина, поправив очки.
Аксель кивнул.
— Размером с человека и больше.
Снова кивок.
Девушка посмотрела в глаза собеседника. В них, как обычно, ни капли лукавства, сомнений или, например, безумия. Лишь холодная честность и уверенность.
Афина опустила взгляд на ручку в своей ладони, покрутила её пальцами. У этой ручки тонкая, незамысловатая и совершенно нефантастическая форма. Есть в этом что-то необъяснимо привлекательное. Или объяснимо.
 
— Понимаю, — кивнула Афина и улыбнулась. — Спасибо за уточнение. Прошу, продолжайте.
Она обещала быть благодарным слушателем. И постарается быть им до конца. Чего бы это ни стоило.
  
Глава 4. Повторение
 
— Умник… — прошептал Первый.
Взор вновь застелила бледная пелена. Он прикрыл глаза и на пару секунд ушёл в забытьё. Собравшись с силами, юноша упёрся ладонями в пол и с натугой поднялся в сидячее положение. Как же всё болит! Проклятые пауки…