Туманный горизонт (СИ)

Она с умилением потрепала его по щеке. Первый нахмурился, не сообразив, как реагировать.
— Но всё равно вырастешь в очередного спиногрыза. Так что слушай мудрую женщину, да мотай на ус. Ба! И усиков-то ещё не видать, — позабавилась дама, но тут же посерьёзнела. — Да и сам уже понял, что с мужика спрос как с козла недоенного. Вон, Умник. Умничал-умничал, а что по делу? Бесполезный чурбан.
— А… д-да с чего вы взяли? — неуверенно возмутился Первый.
— Дак сам же видел — тело-то тю-тю. То ли рассыпался, то ли уполз. Да ещё шустро-то как!
— Не говорите так! Откуда вам знать?
— Ба! Да вы гляньте, люди добрые! — дама резко встала, обращаясь к окнам напротив. — Сам, значит, втихушку все грехи на мужика повесил, а при других ерепенится, правдолюбчик!
Вагон пронёсся мимо яркого туннельного фонаря, и во всех окнах внезапно возникли грубые деревянные фигуры людей с трясущимися головами и широко улыбающимися рожами. Жутковатые куклы разразились громким визгливым хохотом.
Застигнутый врасплох Первый пугливо дёрнулся вперёд и свалился на пол, дико озираясь по сторонам.
— А точно ль Умник спасать тебя удумал, когда толкнул, удирая от Киллера? — громко поинтересовалась кондукторша, хитро заглядывая ему в глаза. — Да ведь подставить тебя решил, а сам удрал бы.
— Неправда! — с дрожью в голосе крикнул юноша.
— Ты ж сам так подумал!
— Нет, я даже не додумался бы…
— Слышали-слышали? — насмешливо обратилась тётка к зрителям. — Не додумался он. И правда! В жизни бы не подумал, наивняшка!
Фигуры людей расхохотались ещё громче, их гогот слился в общую пронзительную какофонию, въедающуюся в самый мозг.
— Нет… Неправда!.. — простонал Первый, зажав уши. — Неправда!.. Я не думал…
Он зажмурился изо всех сил, уткнувшись лицом в согнутые колени. Смех жестокой толпы давит, перекрывает всё, потрошит разум, доводит до безумия, убивает!
— Хватит!!! — пронзительно заорал юнец.
Вагон вздрогнул, до ушей донёсся пронзительный стальной звон. Поезд пронёсся мимо очередного фонаря, и пространство вокруг на мгновение озарилось яркой вспышкой света.
И сразу наступила тишина. Полная тишина. Лишь мерное постукивание колёс состава, да утихающее эхо жуткого смеха в ушах. Первый медленно поднял голову и раскрыл глаза. Перед его растерянным взором предстал пустой вагон.
Прерывисто вздохнув, юноша опасливо привстал и опустился на сиденье. Тишина угнетает, но лучше уж так, чем… как до этого. На душе паршиво и даже паршивее паршивого.
Что это было?
«Нет».
У него нет ни желания, ни сил гадать над этим.
Состав начал замедляться, и Первый припал к окну. Впереди мелькнул свет приближающейся станции.
Оглянувшись, юноша заметил, что едет в последнем вагоне. Странно — вроде бы Воин запихнул его в один из средних. Неужели остальные отцепились из-за взрыва?
Поезд плавно остановился, так полностью и не доехав до платформы. Двери начали разъезжаться в стороны, но застопорились, едва открывшись на ширину ладони. Свет в вагоне зарябил и отключился.
Первый озадаченно взглянул через щель между створками на край платформы. Дверцы в обоих концах вагона заклинило. Юноша недовольно скривился, понимая, что придётся положиться на грубую силу.
Он подошёл к раздвижным дверям, взялся за створки, напрягся всем телом и с усилием потянул в разные стороны.
— Давай! — с натугой потребовал Первый сквозь плотно сжатые зубы.
Через несколько секунд он выдохся и отступил на пару шагов, оценивая результаты своих усилий. Кажется, чуточку раздвинул. Кажется. Юноша уныло вздохнул. Мало ему было злоключений, теперь ещё и это!
За окном в конце вагона мелькнуло белое пятнышко. Первый всмотрелся, но не разглядел. Вернувшись к крайней дверце, он прислонился лбом к стеклу и внимательно уставился во тьму тоннеля.
Там, вдалеке, что-то возится над рельсами, тоскливо подвывая и кряхтя, словно старушка. Первый замер, почуяв недоброе.
В этот самый момент неизвестное существо повернулось к нему лицом. Юноша вздрогнул, встретившись взглядом с иссушенной физиономией, словно у мумии: обтянутый бледной кожей череп без глаз, носа, зубов и ушей.
 
Существо резво подпрыгнуло и выскочило вперёд, явив сгорбленную фигуру, в чёрном рванье, из-под которого выглядывают длинные тонкие руки и ноги. Из костлявых пальцев торчат острые ногти-шипы, сантиметров по десять длиной.
Первый торопливо нагнулся, прячась за дверью.
«ВУЫ-Ы-Ы!» — гулко и скрипуче взвыло со стороны тоннеля, затем донёсся нарастающий шорох суетливой возни.
Юноша ощутил, как на затылке вздыбились волосы. Он рванул на четвереньках прочь от края вагона и шустро доскакал до середины. Вскочив на ноги, резко оглянулся.
Бах!
В дверь врезалась бледная сухая голова. Существо впилось острыми когтями в корпус вагона и упёрло леденящий душу взгляд пустых глазниц в Первого.
«ВУЫ! ВУЫ! ВУЫ!» — истерично затараторила тварь, надрывая глотку.
Оно начало неистово скрежетать когтями по двери и долбиться головой в окошко. Удар! Второй! Третий! На стекле вылезла сетка трещин. Ещё удар! Окно со звоном разлетелось вдребезги.
Существо просунуло голову, застряло в проёме и забилось, истошно завывая и постепенно втискиваясь вовнутрь. Оно уставилось на испугано пятящегося юношу мёртвым взором и широко раскрыло сморщенный беззубый рот.
— Отстань!!! — в ужасе крикнул Первый, вновь схватившись за створки раздвижных дверей.
Он надавил так, что заскрипела кожа на пальцах. Постепенно двери стали поддаваться. Визжащая тварь почти ввалилась в вагон, когда юноша таки смог сделать щель, в которую пролезла его голова.
Сердце забилось в бешеном ритме, до боли стучась в рёбра, сбивчивое дыхание вырывается с хрипом. А позади нечто скребёт, ворочается и неустанно испускает вопли, пронизывающие до самых потрохов!
Первый высунул плечо, затем втянул живот и с натугой протиснулся по пояс. Ещё рывок — почти вылез!
И тут что-то дёрнуло за ногу. Он рухнул наземь, сильно ушибив колено и едва не слетев с края платформы. Длинные когти вцепились в штанину и потащили обратно в вагон.
Едва юноша оглянулся, как стопу обожгло острой болью. Он болезненно вскрикнул, затравленно глядя, как из вагона медленно высунулась костлявая когтистая пятерня.
Во тьме показалась уродливая физиономия.
— Гха! — воинственно рявкнул Первый, согнув свободную ногу и со всех сил впечатав подошву ботинка в лапу твари.
Хруст!
Три длинных когтя отломились от бледных пальцев и упали на рельсы. Раздался болезненный визг, и ногу юноши снова обожгло болью. Существо выдернуло свои шипы, ещё сильнее разодрав стопу. Но Первый освободился!
Он подался вперёд, вскочил на ноги и бросился к выходу. Этот путь стал для него настоящим адом: тупая боль в левом колене и острая в правой ступне. На лбу выступили крупные капли пота, позади след из кровавых брызг.
Тихонько постанывая и всхлипывая, Первый побежал по неподвижному эскалатору, не отрывая взгляда от спасительного света впереди.
На середине пути он вновь услышал треклятый визг, но не стал оглядываться. Юноша из последних сил прибавил ходу и вскоре выскочил на улицу, наступив на целую штанину и рухнув на мостовую.
Всё, дальше ноги не понесут. Но вопли из тоннеля всё ближе и ближе. Из прохода выглянула иссушенная рожа.
В груди полыхнула вспышка ярости. Первый конвульсивно вздрогнул, злобно уставившись на чудовище.
— Отвали!!! — взревел он.
Каменная входная группа метро с грохотом искривилась и резко закрутилась воронкой, словно сделана из пластилина. Мгновение, и вместо квадратной арки возник причудливый монумент, напоминающий по форме гигантскую спиральную раковину улитки. Из кончика сооружения вывалился обломок когтя, а потом потекла тонкая багровая струйка.
 
Первый обессилено завалился на спину, но сознания не потерял. Он прикрыл глаза и замер.
«Вот и всё».
Юноша всхлипнул. Тело мелко задрожало, грудь сдавило так, что перехватило дыхание, руки сжались в кулаки, нижнюю челюсть предательски свело. Сквозь плотно сомкнутые веки потекли горячие слёзы.