Снова будешь моей. Мой Консерватор (СИ)

Предстоит серьезный разговор.
В людях разочаровываться с каждым годом все сложнее… Вообще во всех. Но особенно, если это твоя мать…
По дороге набирает Настя. Соскучилась. Что-то с ней не так сегодня. Пообещав починить подтекающий кран и успокоив, отбиваю звонок и заезжаю в знакомый двор.
Я не предупреждал о своем визите. Поэтому лицо матери удивленно вытягивается, когда она открывает тяжелую дверь.
— Андрей? — Обеспокоенно поправляет волосы.
— Я же сказал, что мы поговорим, — Прохожу сразу в гостиную и разворачиваюсь к ней.
— Не понимаю о чем, — сухо говорит, настороженно вглядываясь в мое лицо.
Она постарела. И это моя мать… Безжалостно нажимаю на собственное горло, чтобы продолжить свою мысль:
— Например, о том, что ты лезешь не в свое дело. Собираешь сплетни с моими сотрудниками. А может о том, как ты задурила голову этой дурочке?
— Я… — начинает оправдываться.
— Говорить буду я, — перебиваю резко. — А ты будешь слушать. Я знаю, что это ты посеяла в голову Елизавете мысль о нашем с ней скором воссоединении. Не знаю, откуда ты это взяла. Настоятельно советую сегодня же решить этот вопрос.
— Я… не знаю о чем ты, — оскорбленно кривит губами.
— Ты знаешь, — чуть повышаю голос. — Не заставляй меня выбирать.
Ахает, разводя руками. Она в шоке от моей интонации. Выдержав паузу, продолжаю:
— Потому что я сейчас настолько зол… что выбор будет не в твою пользу…
— Ты… ты по какому праву так со мной разговариваешь? — тоже повышает дрожащий голос. В уголках глаз замечаю слезы.
Может перегнул?
Окидываю ее пустым взглядом, затем и всю комнату. Диван, на котором в детстве играл в конструктор. Большой круглый стол, за которым много раз делал уроки с отцом. Фотографию самого отца, стоящую в буфете. Здесь все родное… до противной щекотки в груди.
До хрипа.
Развернувшись, стремительно иду к выходу. Полагаю на сегодня она меня услышала.
— Андрей…
Зовет меня, но я делаю вид, что не слышу. Финансово помогать я буду в любом случае. Это мой долг. Но с общением, если она не примет во внимание высказанные аргументы, придется завязать. Проверять на прочность мои отношения с любимой женщиной на постоянной основе я не дам.
Надо было сделать это еще три года назад. Не оценил масштабы… Сейчас уже, конечно, сожалею.
После обеда выбираюсь из города. Встреча назначена на даче у Артема Вишневского, одного из моих партнеров по выполнению госзаказов. В пятницу мы, с помощью слитых заранее котировок, выиграли очередную закупку от администрации города. Тендер на строительство района с малоэтажной застройкой. Очередная социальная программа от нашего государства для незащищенных слоев населения.
Отпраздновать и обсудить данное событие его непосредственные участники, включая сотрудников доблестной администрации города, решили с необычайным размахом. Это я улавливаю, только заехав на территорию дачного участка Рогова.
— Андрей Константинович пожаловал, — спешит ко мне Артём. — Думал, ты уже не обрадуешь своим присутствием.
— Я ненадолго, — предупреждаю, пожимая протянутую руку. Неподалеку из под огромного каменного навеса в каком-то модном стиле слышатся мужские голоса и женский противный смех.
— Да брось, сейчас на кабана поедем. Местный егерь уже ждет. Потом вернемся. Баня, девочки. Полный олл инклюзив.
Блядь.
Думал, выпью пару чашек кофе, пообщаюсь с главным архитектором из администрации и сольюсь обратно. Скептически рассматриваю окружающую территорию и пару припаркованных грязных внедорожников.
— Какая нахрен охота, Артем Геннадьич? Ты оружие хоть раз держал в руках?
— А как же, — ржет. — В «контре» тыщу раз. (контр страйк — компьютерная игра — прим. авт.)
— Ну тогда ладно, буду держаться тебя, — отвечаю, усмехаясь.
В общих чертах представляю, как выглядит поход на кабана. Никогда не интересовался чем-то подобным. Эти представления дают мне веские основания предполагать, что для этого нужна хотя бы минимальная предварительная подготовка. Заметив хорошенько подпитых участников предстоящей охоты, вообще надеюсь, что ни одно дикое животное нам сегодня не встретится.
 
На охоту выезжаем на внедорожниках, предварительно нацепив все необходимое обмундирование. По словам водителя, местность здесь довольно болотистая, много труднопроходимых участков.
Далее получив необходимый инструктаж, в сопровождении егеря, крепкого мужика лет пятидесяти, два часа бродим по буреломам и кочкам. Кому может это нравиться? Недоумеваю.
Успев выполнить свой план "максимум", договариваюсь с главным архитектором на встречу в администрации. Уже на следующей неделе. Необходимо утрясти все спорные моменты и внести изменения в проект желательно до подписания договоров на застройку.
Есть мнение, что всех денег не заработать и, в последнее время, я все больше в душе направляюсь к той же мысли. Пахать двадцать четыре на семь стало моей привычкой. Жизненным принципом. Это было обусловлено жаждой доказать этому миру свою исключительность и, как ни странно, одиночеством.
Первое у меня удалось.
Благодаря Насте, я и одиноким себя больше не ощущаю. Становится всё больше лень посвящать выходные холдингу. Основные процессы и в строительстве, и в магазинах налажены. Может пришло время сфокусироваться на более важных вещах?
Бродя по желтеющей траве в маскировочном костюме и болотниках, постоянно кручу в голове один вопрос. Что я вообще здесь делаю, когда меня ждет любимая женщина и… подтекающий кран?
Смотрю в небо.
Погода портится, последние полчаса накрапывает мелкий дождь. Решаю сворачиваться и отзываю Артема:
— Я поеду. Спасибо за развлечение.
— Да ты что? Договаривались ведь, — разочарованно произносит. Он навеселе. Не плохой мужик, но любит выпить лишнего.
Смотрю по сторонам и качаю головой, протягивая руку:
— Давайте без меня. Я к стоянке. Заберу у вас одного водителя ненадолго.
Артем крепко пожимает руку, хлопает по-дружески мое плечо, затем смотрит мне вслед.
— Андрей Константиныч, — вдруг окликает. — Не в ту сторону пошел. Тебе туда.
Показывает рукой в обратном направлении.
— Ты уверен? — пытаюсь сориентироваться.
— Конечно. Я этот лес как свои пять пальцев знаю…
42. Настя
Возле места размещения поисково-спасательной службы очень много людей, одетых в одинаковые ярко-оранжевые куртки. Продвигаюсь вглубь, чтобы найти Глеба или Руслана. Сначала вижу Алиева. Он сидит внутри открытой брезентовой палатки с рацией в руке и с кем-то громко по ней разговаривает. Когда видит меня его глаза округляются, тут же поднимается и спешит на встречу.
— Плохая идея, Настя, — говорит настороженно.
— Я больше не могу сидеть в четырех стенах, — говорю, смотря за его спину. — Как вы тут?
Он тяжело вздыхает. На его суровом лице помимо усталости я вижу отпечаток дикого отчаяния. Надежды угасают с каждым днем, с каждым часом…
Глядя друг другу в глаза, мы оба это понимаем, но вслух не говорим.
Андрей много раз повторял, что я сильная. Называл своей девочкой. Своей сильной девочкой. Я буду соответствовать, поэтому откидываю плохие мысли и включаюсь в процесс со всем рвением.
Общая территория поиска Андрея составляет около ста пятидесяти квадратных километров лесного массива. Среди которого есть непроходимый ельник, множество болот, озеро и участки горной местности.
Это все равно что искать иголку в стоге сена…
Операцией руководит довольно известная служба по поиску пропавших людей. У них большой опыт и всегда хорошие результаты. Используют новейшее оборудование. Вертолет с тепловизором обследует территорию на предмет обнаружения, вездеходы проходят топи и болото, квадроциклы — труднопроходимые овраги, буреломы.
Но всё это уже почти сорок часов — безрезультатно!
Я занимаюсь приготовлением обеда и горячего чая для групп, которые периодически возвращаются из леса, чтобы смениться. Друзья Андрея вызвали на подмогу несколько воинских частей. Ксюшу тут же посадили за стол принимать информацию по телефону и рациям. Приехать сюда было верным решением.