Снова будешь моей. Мой Консерватор (СИ)
— Нормально… не трясись, — возвращаю ему слова, сказанные мне полчаса назад по дороге сюда. Поднимаю ладонь на колючую щеку. Нежно целую в губы, пока мы одни. Он отвечает на поцелуй, чуть сжимая рукой мой затылок.
— Это последняя попытка что-то наладить с ней, я тебе обещаю! — шепчет мне в губы. — Я больше не буду тебя мучать.
Киваю головой.
Наверное, если бы Ольге Львовне в невестки попалась конченная сука, я бы сейчас увела из её собственного дома её родного сына. И сделала бы все, чтобы они как можно меньше контактировали в будущем. У меня есть достаточно полномочий на это. Я в силах реализовать подобное. Но… хочу, чтобы он сам сделал правильные выводы. Этот вечер нужен в первую очередь Андрею.
Все понимаю. Когда-то давно они оказались вдвоем, в сложной жизненной ситуации. Это сближает. Но есть допустимые пределы, которые не должны переходить родители уже выросших детей. Эту черту пора выделить жирным шрифтом. Задача со звездочкой, но мой мужчина с ней справится.
Женщины молча возвращаются в комнату с наполненными тарелками. Разговор с сыном свекровь никак не задел. Или она умело прячет истинные эмоции.
— Как поживает Глеб? — задает вопрос мама, усаживаясь на свое место.
— У него все в рабочем режиме, — спокойно отвечает Андрей, накладывая овощной салат в мою тарелку. Украдкой изумленно смотрю на него. Врёт ведь.
— Я слышала он разводится, и Маргарита хочет отобрать у него половину бизнеса.
— Не думал, что ты собираешь сплетни. Ты стареешь? — Говорит Андрей холодно, чуть поморщившись. Все своим видом он дает понять, что не собирается сглаживать острые углы сегодня.
Мама тут же обижается, стреляет в меня глазами и выдает:
— Я всегда говорила, что Маргарита птица не его полёта. Слишком простая для Громовской породы.
Прячу улыбку, глядя в свою тарелку. Раньше после такого намёка я бы обиделась, закрылась. Вынесла мозг Андрею первоклассной истерикой. Сейчас спокойно орудую вилкой. Я повзрослела. Она меня не достанет.
— Закрыли тему, — отрезает Андрей и обращается к матери. — Как у тебя со здоровьем? Была у врача?
— Конечно была. Лизонька помогла разобраться с назначением. Три месяца буду лечиться, потом на повторный прием. Если не поможет, придется делать операцию на сердце.
— Не переживайте, Ольга Львовна, — тут же включается белоснежный ангел. — Обязательно поможет. Я прослежу, чтобы вы правильно принимали лекарства.
Господи, ну не мило-ли а? Если сейчас в комнату залетят розовые единороги, я вообще не удивлюсь. Кажется, меня подташнивает. Может все-таки беременность?
— Спасибо, детка, — мягко улыбается девушке моя свекровь и опять царапает нервным взглядом мой профиль.
Блин. Надо было уехать. Она ведь даже не пытается скрыть брезгливость по отношению ко мне.
Андрей словно чувствуя эти мысли, задевает меня глазами и кивает подбородком. «Все нормально» — отвечаю ему мысленно и провожу рукой по сильному плечу, отмечая реакцию девушки напротив.
Смотри же, глупенькая! Это мой мужчина! Был, есть и всегда будет. Только у меня есть право его касаться и быть с ним. Ты можешь хоть все аптеки города скормить его чокнутой мамаше. Это ничего не поменяет! Никогда!
— Скинь мне все анализы и выписки. Я отправлю в московскую клинику, чтобы подтвердили поставленный диагноз, — говорит Андрей, повернувшись к матери.
— Хорошо. — Пожимает плечами женщина. — Настя, а как поживают твои родители?
И до меня очередь дошла. Включаю функцию отстраненного равнодушия.
— Недавно вернулись из отпуска, — отвечаю подчеркнуто вежливо.
— Передавай им привет от меня.
— Конечно, спасибо.
Чуть расправляю волосы руками и перекидываю их на одно плечо. Взгляд Андрея касается открытого участка тонкой шеи и его бровь чуть дергается. Его явная реакция на мое тело будоражит и восхищает одновременно.
— Как у тебя с бизнесом? — продолжает задавать мне вопросы свекровь. накладывая рыбу в тарелку.
— Что? — Пропускаю вопрос.
— У тебя ведь рекламная фирма?
— А… Всё замечательно, — немного расслабляюсь, заходя на комфортную территорию в разговоре. — Развиваемся.
— Да? — Поднимает брови удивленно. — Я довольна. Семейный бизнес должен развиваться.
— Почему семейный? — Хмурю брови. О чем она вообще?
— Андрей ведь закрыл твою ссуду в банке. Разве вы не оформили это как-то документально? — сухо выдает глядя на меня. Изумленно, в полной тишине перевожу взгляд на Лизу, которая наконец-то раскрывает себя презрительной улыбкой. Она же знает обо всех финансовых движениях в его компании.
Это так унизительно!
Сердце ухает в пропасть, а ноги становятся ватными. В смысле, выплатил? Вцепляюсь в Андрея взглядом и вижу как краснеют его скулы от ярости. Но также в его глазах абсолютно отсутствует отрицание или малейшая степень вины.
Это правда. И я узнаю ее вот так. Таким образом.
Со скрипом резко отодвинув свой стул, он встает, бережно подхватывает мой локоть и поднимает с места.
— Мы уходим.
Чувствую себя в вакууме. В голове миллионы мыслей и вопросов. Зачем он это сделал? Зная всю степень важности для меня.
— Что я такого сказала? — Начинает верещать свекровь. — Не уходите. Я испекла пирог. Попьем чай после ужина.
— Я, блядь, по горло сыт этим вечером!
— Не выражайся при мне, — строго цедит мать, идя за нами в прихожую. — Здесь посторонние.
— Хорошо, что ты это осознаешь. — Кивает Андрей в сторону комнаты и хватая мою ладонь, тянет меня за собой к выходу. — Можешь передать, что она больше не работает. Сплетней в собственном холдинге я не потерплю. Тебе позвоню.
Выйдя из квартиры, по инерции продолжаю идти за ним, упираясь затуманенными глазами в широкие плечи и ровно подстриженный затылок. В душе уже зреет протест. Ярость. Бешенство.
Опять забил на мои желания. Так ничего и не понял. Если он чего-то хочет, то сминает всё на своем пути.
В том числе и мои цели, амбиции, гордость. Словно их нет. Словно это всё просто слова.
Душа рвется на мелкие кусочки от того, что он вообще меня не понимает. Полтора месяца мы бьемся, разговариваем, выясняем. Но, видимо, для него это всё игра. Несерьезно.
Отбираю у него свою ладонь, и обняв себя за предплечья бреду к машине. Молча идет рядом, тяжело дыша.
Всё также, в полнейшей звенящей тишине садимся в машину.
— Я не хотел… Не хотел, чтобы ты вот так узнала… — Говорит он твердо.
Невероятно! То есть в этом проблема?
Цокаю разраженно, качая головой и тихо прошу:
— Я хочу домой. К себе. Отвези меня.
38. Настя
— Не неси херню. Я тебя никуда не отпущу, — твердо отвечает.
— Я хочу побыть одна!
— Мы поедем домой. Утром поговорим. Когда ты успокоишься.
Опять… Опять решает всё за меня.
— Иди ты К ЧЕРТУ! — Хватаюсь за ручку, но не успеваю ее открыть, так как он блокирует двери.
Хватает меня за локоть и разворачивает к себе, немного встряхнув.
— Прекращай истерику. Ты моя женщина. Я всего лишь решил проблему.
— Не было проблемы. Ее не было, — огрызаюсь, скинув его руку с себя.
Андрей отворачивается, проводит руками по волосам.
— Бля-ядь. — Трет лицо ладонями. — Для меня была. Проблема. И я ее решил.
— Не посоветовавшись со мной!
— Я знал, что ты так отреагируешь. Искал подходящий момент, чтобы сказать, — говорит вкрадчиво, постукивая пальцами по рулю.
— Момент нашелся. Больше не утруждайся. — Отворачиваюсь к окну и чувствую, как на меня накатывает усталость. Весь вечер держалась, как боец. Но силы на исходе.
Он делает вдох-выдох.
— Настя, я тебя люблю. Я. Тебя. Люблю. Сколько раз мне еще повторить тебе это, чтобы ты перестала выносить мне мозг и доверяла?
Немыслимо! Он меня обвиняет в недоверии?
— Я выношу тебе мозг? — Качаю головой, глядя прямо перед собой.
— Ты!.. Что я сделал не так? Выплаченная сумма мизерна по сравнению с моими активами. Ты моя женщина. Моя жена. Другой у меня не было и не будет. Ты мать моих будущих детей. — На этих словах хочется дотронуться до низа живота, но я сдерживаюсь. Сейчас не время и не место сообщать о своих подозрениях. — Кем я буду выглядеть в глазах своих партнеров, если моя жена годами платит кредит в банк. На сумму, которую я своим холдингом зарабатываю за пару дней?