Детектив США. Книга 2.

По внешнему виду им едва перевалило за тридцать, но один уже совершенно облысел. Второй, правда, сохранил светлые, чуть волнистые волосы.
— Что тут происходит? — спросил блондин.
Молодой полицейский круто обернулся на звук звонка, и его рука метнулась к нерасстегнутой кобуре. Но, разглядев вошедших, он вытянулся по стойке смирно.
— Я как раз собирался отвести его в участок.
— Кого его? — пистолет блондина по-прежнему смотрел мне в живот.
Полицейский махнул рукой в мою сторону:
— Этот крутился здесь, когда я проезжал мимо. Я зашел и увидел, что он разглядывает мертвеца. Тогда я заглянул в его сумку, а она набита деньгами.
Блондин убрал пистолет в кобуру. Лысый последовал его примеру.
— Ты говоришь, тут есть труп? — спросил блондин.
— Да, сэр.
— Ты знаешь, что надо делать при обнаружении тела?
— Да, сэр.
— Так чего же ты стоишь, как столб?
Полицейский кивнул и поспешил к выходу.
— Сейчас мы отведем тебя в участок, — сказал блондин, когда за юношей закрылась дверь. — Меня зовут Дил. Детектив Дил. Это детектив Оллер. Мы из отдела убийств южного сектора. Понятно?
Я кивнул.
— Загляни в его сумку, Оллер, — добавил Дил и прошел мимо меня к сушилке, за которой лежало тело Бобби Бойкинса. Постояв несколько секунд, он присел на корточки и правой рукой коснулся лба Бобби, будто хотел убедиться, что у того нет лихорадки. — Что в сумке, Олли? — спросил он, не сводя глаз с трупа.
— Деньги.
Дил встал и повернулся к своему напарнику.
— Сколько?
— Я их не считал, но, похоже, тысяч пятьдесят, — ответил Оллер. — А то и больше.
— Пересчитай, — Дил посмотрел на меня.
— Девяносто тысяч, — я попытался облегчить его труд. Я уже начал опасаться, что серые глаза Дила пробуравят меня насквозь, когда Оллер оторвался от сумки.
— Ровно девяносто тысяч, как он и говорил.
— Взгляни-ка за эту сушилку, — предложил Дил. — Ты не знаешь, кто это?
Оллер оставил сумку на стиральной машине и прошел мимо меня к сушилке.
— Запаковали его неплохо. Как новогоднюю индейку.
— Ты его знаешь?
— Первый раз вижу, — он подошел к Дилу и они принялись разглядывать меня.
При одинаковом росте, футов под шесть, Оллер был тяжелее фунтов на двадцать, большая часть которых приходилась на жир. Над его черными бегающими глазками нависали густые брови.
— Кто он такой? — Оллер кивнул в мою сторону.
— Не знаю, — пожал плечами Дил. — Наверное, он специально зашел в прачечную, чтобы найти тут труп и девяносто тысяч долларов.
— О'кей, мистер, — продолжил Оллер. — Как вас зовут?
— Филип Сент-Айвес.
— Где вы живете?
— Отель «Аделфи», восточная часть Сорок Шестой.
— Вы знаете этого человека?
— Я знал его раньше. Не слишком хорошо.
— Его имя?
— Бобби Бойкинс.
— Что он делал?
— Насколько мне известно, ушел на заслуженный отдых.
— Чем он занимался раньше?
— Кажется, обчищал карманы туристов.
— А что делаешь ты?
— В некотором смысле, я тоже удалился от дел.
— То есть ты хотел жить на эти девяносто тысяч? — вмешался Дил.
— Нет.
— Это твои деньги?
— Нет.
— Тогда чьи?
— Одного приятеля.
— Кто он?
Я покачал головой.
— На этот вопрос так же, как и на все последующие, я могу ответить лишь в присутствии адвоката.
Дил безразлично кивнул.
— Прочитай ему его права, Олли.
Оллер раскрыл записную книжку и нудным голосом зачитал постановление Верховного суда, касающееся прав гражданина Соединенных Штатов, оказавшегося в подобном положении.
— Вы арестованы, мистер Сент-Айвес, — сказал детектив Дил.
— За что?
— По подозрению в убийстве и грабеже.
— Хорошо.
— Вижу, вы не слишком огорчены, — заметил Оллер.
— Я огорчен, — сухо ответил я.
— На вашем месте я бы дрожал, как осиновый лист.
— Вы арестованы впервые? — спросил Дил.
— Да.
— Боюсь, вам это не понравится.
— Полностью с вами согласен.
  
Глава 2
 
Вместе с вернувшимся патрульным, Френсисом X. Франном, они отвели меня в Десятый полицейский участок на Двадцатой улице.
 
— Вы можете позвонить, — сказал Дил, когда пожилой сержант записал мою краткую биографию и снял отпечатки пальцев.
Я назвал номер в городе Дариене, штат Коннектикут.
— Кого позвать?
— Майрона Грина.
— Он — ваш адвокат?
— Даже больше. Он втянул меня в эту неприглядную историю.
Все началось в пятницу, когда мне привезли большую тыкву, а пятнадцать минут спустя появился Майрон Грин. Я уже срезал верхушку и как раз выбрасывал в мусоропровод семечки и мякоть, когда раздался стук в дверь. Закрыв крышку, я отнес тыкву на восьмигранный столик для покера, загодя накрытый вчерашним номером «Таймс», и пошел открывать дверь.
— Что ты знаешь о фонарях из тыквы? — спросил я, когда он вошел в комнату.
— Все, — ответил Майрон, оценивающе оглядывая тыкву.
— И что ты скажешь?
— Крупный экземпляр, — он снял верхушку.
— Ты ее отлично вычистил. Сколько она стоит?
— Десять долларов.
Грин печально покачал головой.
— Когда ты в последний раз покупал тыкву?
— Довольно давно.
— Она стоит три доллара. Максимум три с половиной. В Дариане я бы купил ее за два.
— Такую большую?
— Почти.
Он снял пальто, вытащил из-под стола табуретку и сел.
— О ком ты не мог говорить со мной по телефону? — спросил я, повесив его пальто в шкаф.
— Я не сказал, что не мог. Просто не хотел.
— Он очень богат?
— С чего ты взял, что он богат?
— Потому что он — твой клиент, а ты не связываешься с бедняками. Если не считать меня.
— Но ты тоже не умираешь с голода.
— Тем не менее, я — безработный.
— Ты не работаешь всего девять месяцев.
— Это не так уж мало.
— И у тебя были возможности найти работу.
— Я бы этого не сказал, — я нарисовал на тыкве глаза, нос и рот с оскаленными зубами и достал из ящика острый нож.
— Эта нефтяная компания пользуется заслуженной репутацией, — Грин встал, обошел стол и остановился сзади, чтобы следить за моими успехами.
— Не знаю, какова ее репутация, но не так уж много фирм готовы платить выкуп за похищенного южноамериканского генерала.
Грин снова сел.
— Я по-прежнему убежден, что, получив выкуп, похитители вернули бы генерала живым.
Я посмотрел на него и покачал головой.
— А я уверен, что у посредника, в конце концов нанятого фирмой, хватило ума сбежать вместе с деньгами. Иначе похитители шлепнули бы его так же, как и генерала.
— Ну, на этот раз я предложу тебе совсем другое.
— Будем надеяться.
Я был клиентом Майрона Грина почти шесть лет. До этого я работал в газете и писал о нью-йоркцах, зарабатывающих на жизнь не совсем законными способами, — ворах, вымогателях, сутенерах, игроках на скачках.
Один из моих постоянных читателей, специализирующийся на квартирных кражах, как-то раз обчистил квартиру клиента Майрона Грина, а потом предложил ему купить украденные драгоценности при условии, что я буду посредником в этой сделке. Грин связался со мной, и я согласился. Вскоре после того, как я принес драгоценности, газета закрылась и я оказался на улице. Но Грин не забыл меня и пару недель спустя предложил мне передать деньги похитителям ребенка его другого клиента.
Так как существовала большая вероятность того, что моя миссия закончится пулей и затылок или купанием в Ист-Ривер с камнем на шее, мне заплатили десять тысяч, десять процентов суммы выкупа. Я и представить не мог, что моя жизнь стоит так дорого.
После этого я стал клиентом Майрона Грина, вернее, он взял на себя заботу о моих делах. Он оплачивал счета, улаживал конфликты с налоговым управлением, представлял меня в бракоразводном процессе и получал десять центов с каждого заработанного мной доллара. Нельзя сказать, что я был перегружен работой, но чувствовалось, что я еще долго смогу заниматься этим делом, во всяком случае до тех пор, пока продолжались кражи вещей и людей.