Хогвартс, ставший домом (СИ)

— Добрый вечер, миссис Уизли, — галантно чуть склонился он, и Гермиона медленно поднялась с дивана, чувствуя, как сердце обрушивается вниз.
— Здравствуйте, сэр, — осипшим голосом вымолвила она, не отводя от него удивлённого взгляда. Позади послышался шорох, на пороге появились Драко и Скорпиус, оба с огромными от неожиданного происшествия глазами.
— Полагаю, было бы неплохо поужинать, прежде чем вы вернётесь в Хогвартс, — заговорил Люциус. — Так уж случилось, что сегодня обед был весьма поздним. Вы к нам присоединитесь?
— Б-благодарю вас, сэр, конечно… — с трудом произнесла Гермиона, бросая озадаченный взгляд на Драко, который с трудом мог сдержать расплывающуюся улыбку.
— О, как чудесно! — тут же произнесла миссис Малфой.
— Прошу вас, — еле заметный поклон, и Люциус почтительно взял Гермиону под локоток, провожая её в столовую. — Вы расскажете нам о том, какие шалости вытворял Скорпиус во время учёбы? — усмехнулся пожилой лорд. — Вам ведь довелось немного поучаствовать в его образовании, не так ли?
— Да, сэр, — немного расслабившись, выдохнула она, — полагаю, у меня найдётся несколько историй.
— Дед, может не надо! — простонал Скорпиус, плетясь за ними следом, на что Люциус сдержанно засмеялся.
Драко замер у двери, дожидаясь, когда леди Малфой, осторожно положив семейный альбом на журнальный столик, подойдёт к нему. Мать и сын долго смотрели в глаза друг другу. Просто молчали и улыбались. Он бережно обнял её плечи, с блаженством ощущая нежные объятия матери на своей спине.
— Спасибо! — еле слышно прошептал он.
***
Она быстро шла по коридору, и студенты в страхе разбегались в разные стороны. Все уже знали, что произошло. Гермиона не намерена спускать это с рук. Никому. Даже мистеру Малфою — это уже не шуточки. Её тёмно-синяя учительская мантия зловеще развевалась, напоминая крылья хищной птицы. Даже несколько серебристых прядей выбилось из причёски от стремительности её движений.
— Ну всё, ему конец. Она им устроит. Думаешь его уволят после этого? — раздавались шепотки со всех сторон, и это заводило её ещё больше.
Гермиона влетела в класс зельеварения. Мистер Малфой сидел за своим учительским столом и делал какие-то записи, тогда как у стола, на котором кипело несколько котелков с зельями, суетилось несколько студентов старшекурсников.
— Пожалуйста, покиньте класс, джентльмены! — сурово произнесла Гермиона, и юноши, даже не взглянув на профессора зельеварения, похватали свои сумки и скрылись.
— Гермиона, я уже… — начал Драко.
— Я требую её исключения! — голос профессора ЗОТИ прозвучал настолько холодно, что Драко моментально нахмурился.
— Лукреция уже наказана. С факультета сняты баллы…
— Этого мало! — прищурившись прошипела Гермиона. — Эта девчонка чуть не убила троих юношей! Ты понимаешь значение этого прецедента?!
— Она никого не убивала, — удивительно спокойно отвечал Малфой. — Парни должны были получше подумать, прежде чем принимать такие глупые решения.
— Да неужели?! — возмущённо возопила Гермиона, буквально подбегая к его столу, и хватая мужчину за белый ворот его чёрной мантии. — Тройная дуэль! Мальчики остались без костей, с расплющенными носами, в фурункулах и порезах! Они страдают в лазарете! Мадам Помфри сбилась с ног…
— Никто из них не подтвердил её участия, — так же спокойно отвечал он, поднимаясь во весь рост и, взяв её за запястья, отрывая женщину от своего костюма.
— Конечно! Подтвердят они! — злобно усмехнулась Гермиона. — Теперь каждая девчонка будет мнить о себе невесть что! Надо же! Как было трудно выбрать, с кем пойти на выпускной бал! Да она просто бессовестная…
— Гермиона, успокойся! — вздохнул он.
— Я успокоюсь, когда Лукреция Забини будет отчислена за разжигание вражды и доведения сокурсников до насилия. Она лично запустила этот столб серебряных искр, дав сигнал к началу дуэли.
— Кто это сказал?! — усмехнулся Малфой.
— Есть свидетели! Я их уже допросила!
— У таких девушек, как Забини, всегда найдутся завистницы, — ухмыльнулся Драко, выходя из-за стола.
 
— Да как ты можешь её защищать?! — прокричала Гермиона, снова бросаясь ему наперерез и заглядывая в совершенно спокойные серые глаза. — Она даже не навестила их!
— Потому что она под арестом! — внезапно выкрикнул Драко. — Она рыдает в своей спальне со вчерашнего дня. Думаешь, она не понимает, что натворила?! Лукреция думала, что всё будет не всерьёз. Она — ребёнок! Исключить перед выпускным?!
— Это не имеет значения! Мы в её возрасте не были так беспечны! Она совершила ужасный поступок, Малфой!
— Ты переходишь границы здравого смысла, Грейнджер! — процедил он, нависая над ней.
— Я обращусь в попечительский совет! — чуть ли не приподнимаясь на цыпочки от ярости, заявила Гермиона.
— Не делай этого!
— Я лишь зашла предупредить! — прошипела она.
Гермиона резко развернулась, намереваясь покинуть класс, когда ощутила сильную хватку его длинных пальцев на своём запястье. Она вскрикнула и впечаталась грудью в его жёсткий живот, будучи крепко прижатой его второй рукой за талию.
— Я знаю, что с тобой, — прошептал он ей на ухо, обжигая своим дыханием. — Это снова происходит, не так ли?
— Что? — немного заволновалась она. — О чём ты говоришь?
— Эти ощущения в животе… — продолжал шептать он, нежно касаясь губами мочки её уха, а раковинки кончиком носа. — Дело в этом. В этой нудной боли.
— Это здесь ни при чём! — прорычала она и дёрнулась, пытаясь освободиться. — Моя жажда справедливости не может быть связана… с овуляцией, это ужасно глупо!
— Я в этом не уверен.
Драко выпустил её руку и быстрыми движениями стал забираться под подол её мантии.
— Малфой прекрати! — в ужасе зашептала она, беспомощно отмахиваясь от него руками. — Пусти немедленно! Ах!
Она снова взвизгнула, ощутив прикосновение его пальцев к лону. Её глаза расширились, а потом бессознательно закатились.
— Я так и думал! — с улыбкой коснулся он губами её щеки. — Такая влажная, слишком влажная. Ты всегда становишься агрессивной и обидчивой.
— Умоляю, не говори так! — простонала она, утопая в блаженстве от его прикосновений и цепляясь пальцами за его плечи, подаваясь ближе. — Ты же знаешь, это не поможет. Лучше отпусти!
— Ну как же я могу отпустить тебя в таком состоянии, моя девочка… — не сводя с неё игривых глаз шептал он. — Расслабься! Просто заглуши класс.
— Это неправильно! — захныкала она, запрокидывая голову и нежно вздыхая. Но потом с трудом достала палочку из кармана, произнесла заклинание и почувствовала, как Драко подхватывает её за бёдра и усаживает на стол со всё ещё кипящими на нём котелками.
— Вы очень плохо вели себя, мисс Грейнджер! — улыбался он, лаская возлюбленную одной рукой, а второй расстёгивая пуговицы её мантии, припадая губами к трепетной груди. Гермиона издала яростный стон, и её руки судорожно отбросили в стороны полы его мантии, добираясь до брючного ремня.
— Освободи меня, умоляю! — прошептала она, подаваясь к нему бёдрами, давая себя раздеть, открываясь перед ним. Первый толчок, и она вскрикнула от боли в животе, широко распахнув глаза смотрела на Драко, как на единственное спасение в жизни.
— Медленно? — чуть напугано спросил он.
— Да, осторожно! — выдохнула она. Медленное движение внутрь… наружу. — О, да, вот так! Драко! Что же мы делаем?! — сгорая от стыда и желания, простонала Гермиона.
Его руки скользили по её груди, приятно сжимая и дразня, губы ласкали её лицо, шею, плечи.
— Тебе легче, моя крошка? — шептал он, целуя её губы.
— Да! — вздыхала она. — Можно быстрее?
 
— Ещё бы! — улыбнулся он, ускоряясь.
— О, моё волшебное зелье! Ну почему я никогда не могу попросить?! — стонала она, впиваясь пальцами в его плечи, обхватывая ногами его бёдра. — Больше не могу!
Гермиона откинулась назад, ложась перед ним на стол, утопая в аромате, исходящем от кипящих котелков. Его резкие порывистые движения усилили напряжение, живот окаменел, в груди разгорелся пожар. От силы трения всё внутри сжалось, Гермиона чувствовала, что превращается в сгусток блаженства, смешанного с болью. Сладкий крик. Тишина. Она задрожала, и боль начала растворяться, разливаясь по всему телу облегчающим наслаждением. Гермиона приоткрыла глаза, сразу встречая его удовлетворённую улыбку.