Пионер всем ребятам пример (СИ)

– Мальчики я искупаюсь пока. Да не буду, не буду воду мутить. Я тихо буду. Вот здесь пониже по течению. Боря, проводи меня, а то я боюсь.
Мои друзья понимающе ухмыльнулись. А я вздохнул и пошел провожать юную Клеопатру.
Гале надо было переодеть купальник, а мне следовало последить, чтобы никто не подглядывал. Вовка с Димкой упрямо сидели за кустами и следили за своими поплавками. Галкины красоты их не интересовали.
– Боря, а у тебя в городе девочка есть?
– Боря, а я тебе нравлюсь…
– Ты можешь посмотреть.
Отказываться от такого предложения, кровная обида. Испортишь отношения с девчонкой на всю смену. Вздохнув, я повернулся и стал смотреть. Что ж, не всё так плохо. Ей еще расти, и расти, но основа заложена. Галка станет красивой девчонкой.
– Можешь потрогать.
Опытная Галя спешила поймать свою рыбу. Трогать ничего я не стал и попытался ограничиться пионерским поцелуем. Как бы ни так. Галька присосалась ко мне словно пиявка.
Зубные пасты эпохи правления Никиты Хрущева не очень хороши. А некоторые девочки вообще не утруждали себя чисткой зубов. Всё-таки девчонка меня худо-бедно завела. Я почувствовал, что достиг возраста, когда могу. И Галька мне не противна. Но почти на глазах друзей заниматься взрослыми делами мне было неловко. Погладив дурочку и здесь, и там, я вежливо освободился от цепких объятий. Моя юная любовница была в восторге. Видимо другие партнеры не давали ей и этого.
– Боря! Давай вечером за корпусами.
Очевидно, за спальными корпусами находилось место, куда местные Мессалины ходили на свидания с наиболее продвинутыми кавалерами. Сколько мне еще предстояло узнать! Интересно, гонорею в эту эпоху уже научились лечить?
– Ну как, искупался Борька?
Мальчишки глядели на меня с дьявольским ехидством. Но надо отдать им должное, комментировать поведение Гальки не стали.
– Наверное, нет сегодня рыбы. Ушла.
Вовка первым разочаровался в рыбалке.
– Вода то хоть теплая? Искупнуться что ли?
Я глядел на водную гладь. Где ты рыба, в каких уголках реки притаилась, стерва. Здесь на песчаном берегу она не ловится. А левее? Там, где заросли травы, мелководье, но вполне может водиться рыба… Где стебли камыша, стоит неподвижно… Полосатая с острой мордой. Акула пресных вод. Здоровая.Щука!
– Димон, дай мне удочку. Живо! А то уйдет.
Вырвав удилище из рук ошалевшего парня, я повел поплавок левее в гущу прибрежных трав. Только бы не зацепился за что-нибудь.
– Мальчики, я уже искупалась.
Щука, сначала с недоверием поглядевшая на появившегося перед нею червяка, вдруг метнулась и заглотила приманку. И заметалась, натягивая леску. Надо вываживать, надо не дать ей оборвать удилище. Вдруг сорвется?! Представив, как она сорвется, я тут же представил, что она вылетает из воды и несется к берегу…
– Ой, Боря! Поймал!!!
Щука прыгала по траве, кусая направо и налево ни в чем не повинные травинки. Мои ребята пытались направить движения, чтобы не дай бог, обратно в воду не упрыгала. Наконец Вован попавшейся под руку веткой стукнул рыбину по башке.
– Бедненькая. Прыгала, плавала и уже не живая.
Совершенно искренне пожалела щуку Галька.
– Ты титан Вовка! Ты гений. Как ты её двинул. А то бы ушла.
Надо было сразу перевести стрелки на моих приятелей.
– Но вот ты, как догадался то. Выхватил удилище и сразу… Борька. У тебя, что третий глаз есть, под водой видишь?
– Тут и своих двух хватило. Она рыло из-под воды высунула. Комара что ли ловила.
 Глава 4 
–Щука была не маленькая, килограмма на два. Все, конечно, знали, как её надо приготавливать на угольях. Но если бы не Галька, то оставаться бы нам голодными. Костер мы развести сумели. Но когда пришло время готовить рыбу, растерялись. Галочка взяла всё в свои руки. Рыбка немножко обгорела, местами была не пропечена. Но до чего вкусна. Без соли, без перца, на одном энтузиазме приготовленная, съеденная с молодым зверским аппетитом. Спасибо тебе щука. И мне немного спасибо.
Возня со щукой отняла массу времени. Обратно в лагерь мы возвращались бегом.
 
– Смотри, жду тебя, шепнула Галька у забора и, чмокнув меня в щеку, убежала.
– Ты с нем поосторожнее, посоветовал, подходя, Димон. – Она, говорят, уже гуляла.
Совет опытного человека оказался кстати. Маленькая зараза тоже зараза. Но может я зря грешу на невинную девочку.
В столовую мы прибежали с изрядным опозданием и заслужили недовольного взгляда нашей пионервожатой. Она сегодня что-то злая на весь свет. И на нас троих в особенности. Щи из прошлогодней кислой капусты с легким запахом мяса. Извечные макароны и, чудо из чудес, сосиска из натурального мяса отечественных коров. Индийские буйволы и австралийские кенгуру еще ждут своего часа. Советские люди потребляют сосиски из натурального мяса. Если б его еще побольше, да сосисок не одну, а пяток. Но не будем мечтать. Сожравшему полчаса назад двухкилограммовую щуку роптать на судьбу не следует.
– Мальчики. После обеда все собираемся в пионерской комнате. Это и тебя Борис касается.
Почему ко мне особый подход и обращаются индивидуально? Очевидно, я провинился, дав себя избить. Я двойной преступник, дал себя избить сынку начальника. Эту грудастую прыщавую деваху давно очевидно никто не окучивал. Злость свою пытается выплеснуть на нас, неповинных.
Вместо тихого часа пришлось переть в пионерскую комнату и слушать о художественной самодеятельности. Нам надо готовиться к концерту, нам надо придумывать номера для выступления. Песни, пляски, художественное чтение, можно фокусы, только идеологически выдержанные. Наша Вера Михайловна вымотала у нас душу и отпустила, когда уже и спать не хотелось, а уходить в самоволку было поздновато.
– Ребята, какую б ей гадость сделать?
Ребята согласились, что гадость сделать бы неплохо. Но какую конкретно, надо отдельно обсудить. Верка вообще баба не вредная, только последнее время бесится не по делу. Со взрослым видом пообсуждали тонкости психологии взрослых людей. И решили пойти поиграть в настольный теннис. В теннис ни один из нас играть не умел, но играть это не мешало. В конкурсе между плохим и очень плохим всегда кто-то побеждал. Я в жизни иной играл где-то на второй разряд, но в новом теле все прежние навыки накрылись медным тазом. Хотя что-то постепенно вспоминалось, очевидно, играя регулярно в теннис, я через полгода освоил бы все прежние навыки. Большая перспектива.
– А ну валите отсюда пацаны. Старшие пришли играть.
Компания парней лет по четырнадцати и в ней мой мучитель Витька. Глянув на него только раз, я вдруг понял, что накажу его. Не знаю еще как, но накажу больно и жестоко. Он мне был чем-то омерзителен. Да, сам я был из богатеньких. Никогда в жизни не ездил в общественном транспорте, не давился тухлятиной в студенческой столовой. Пролетарии Вовка и Димка никогда не ходили в моих друзьях. Но вот поди ты. Видимо, бытие резко определяет сознание. Сейчас классовая ненависть переполняла меня. Мой новый дар должен дать мне возможность устроить садисту Виктору грандиозную бяку. На худой конец его можно и убить. Сказал мне кто-то в глубине души. Особых возражений у меня не последовало.
– Идите, идите, играйте в песочек. Смеялись нам вслед старшаки.
– Ну пацаны, до ужина тут балдеть. Может того…
– Чего, того?
– В магазин сбегаем, дурья голова.
– А у тебя что, деньги есть?
Денег у Димона не было. У Вована было только на сто грамм ирисок. Моя безденежность друзьям уже была известна. Идти в магазин было незачем. Именно поэтому мы и пошли.
Пройти через ворота, конечно, было нельзя, там стоял дежурный. Мы пролезли через ту же дыру в заборе и прошли в обход. Добираться было дольше, но время-то всё наше. За нами никто не следил, спасибо тебе Вера.
– Я бы ребята двести грамм докторской себе взвесил.
– Дурак. Докторской здесь в магазине нету.
– Ну тогда сыру.
– Димон с таким выражением поглядел на Вована, что стало ясно, сыр в местном магазине тоже не водится. Мы некоторое время еще обсуждали, что можно купить в местном магазине, уже понимая, что ничего не купим. Вовану его мелочь нужна, чтобы купить конверты, мы с Димоном голая нищета.