Пионер всем ребятам пример (СИ)

За забором в районе наших туалетов и мест вечерних свиданий слышу в кустах звуки горьких рыданий. Кто тебе обидел, неизвестное чудо-юдо? Сую нос в листву… Чудо то оказывается очень знакомое. Плачет моя Галина, горько плачет.
Совсем тихо подкрасться к ней не удалось.
– Уйди Борька! Совсем уйди!!
Мотает головой, слезы текут ручьем, а подлецы комары радостно летят ей на лицо. Всё-таки хватаю её за плечи и начинаю целовать. Я виноват и должен искупить свою вину.
– Как ты мог Боря?! Как ты мог?! Она ж старая и толстая. А ты с нею…
Не ожидал. Как Галочка сумела нас выследить. Она настоящий следопыт, индейский Чингачгук в юбке.
– Ты не думай, я ябедничать на вас не стану. Трахайтесь на здоровье. Но зачем ты мне врал!!!
– Взрослыми делами надо заниматься только с взрослым человеком. Тебе всё это делать рано. И больно и неинтересно. С тобою интересно целоваться, гулять с тобой мне нравится. Ты очень хорошая…
– Правда?
– Святая истинная.
Поцелуй пониже шейки, там, где бьется её глупое сердечко, возмущенное первой в жизни изменой. Эх, Галчонок, сколько их еще будет в твоей жизни, измен.
– А когда я подрасту, ты на мне женишься?
– Обязательно.
– А она состарится, совсем растолстеет. Она и так уже через дырку в заборе еле-еле пролезает. Может и застрять.
Договорились, что днем я стану гулять с Галькой, а Вере буду уделять время, свободное от наших прогулок. Рискованный вариант, но ничего лучшего мне в голову не пришло. Хоть Галчонок и пообещала нас не выдавать, но кто их, женщин, знает. Лучше с ней не ссориться. Мелькнула у меня в голове мысль, а не убрать ли девочку тем же макаром, что и ту сладкую парочку. Но я отбросил странную идею. Я всё же не злодей Чикатило, детей не убиваю. Без необходимости. Живи Галя!
К нашему бунгало я подкатил в момент, когда сигнал горна возвестил об окончании тихого часа. Из дверей, позевывая, вывалили Вован с Димоном и уставились на меня.
– Тсс, не выдавать.
– Во дает Борька. А Галька с ума спятила. Ведь засекут, из лагеря могут выгнать. С нашим директором это просто.
Полдник, о котором я и забыл рассказать, не стоил того, чтобы ноги бить, на него ходить. Ватрушка из несвежего творога и стакан чая, похожего на помои. Грузия еще травила страну своими чаями.
– А ведь я к пацанам по-свински отношусь, вдруг приходит в голову. – Они ко мне со всей душой, а я им за все дни только стакан семечек с барского плеча уделил. Не дело, господин миллионер. Чем бы их обрадовать? Финляндия, чужая, враждебная, им пе ри А!!! листич… и проч. Одним словом, страна. Финляндия она рядом, ближе, чем Питер. А не достать ли им оттуда? Что сейчас дети едят? Жуют? Носят? Джинсы им, конечно, хорошо. И мне бы джинсы не повредили. Но нас не поймут. А вот жевательная резинка, это может незаметно пройти. Если жевать очень незаметно. Решено. Попробую заглянуть в Финляндию, дальнейшее обсудим с друзьями.
– Куда пацаны двинем? По землянике, пока она не отошла, есть желание покормиться?
– С утра надо.
– Хорош Димон. Она и днем вкусная.
Мы двигаемся по знакомому маршруту, со свойственной мужикам подлостью не думая о нашей задушевной подруге. Подруга нас сам найдет.
Сосущее чувство голода стало до того привычным, что я терплю, только сплевывая на сторону остаток ватрушки.
– Что Борька, жрать хочется? Угадывает Вован.
– Как зверю.
– Счас бы птицу какую подбить. Сейчас куропатки птенцов выводят, легко мамашу отловить.
Мы начинаем обсуждать, как это сделать. И сможет ли кто убить птичку. Я лично не знал. Птичка она не человек, её возможно жалко. Впрочем, не знаю.
– Здесь есть здоровущий валун. На вершину забраться, земляники во!
Димка показывает количество земляники. Хватит и на варенье на зиму и чтобы поесть вволю. Валун действительно гигантский. Могучей силой обладал ледник, неся эдакое чудовище через леса и реки Карелии. Но у подножия валуна сюрприз. Средина июня, лето. А там, в нише каменного столпа большой сугроб снега и запас льда на всё оставшееся лето. Настоящий холодильник в лесу.
 
– Эх, мороженое бы сюда. Не растает в любую жару.
– Сейчас сбегаю, куплю тебе мороженое, ехидствует Димон.
У меня возникает другая идея, не мороженое, запас мясной продукции. Полежит здесь спокойненько, а мне не надо будет каждый день беспокоиться, как добыть и где спрятать.
– Лезем ребята?
– Давайте бегом, кто раньше добежит…
– Тому первая земляника.
Сколько её было там!! Земляники. Чтобы съесть нашим неугомонным рукам и прожорливым желудкам понадобилось не менее часа. Лучшие минуты нашей жизни, сказал когда-то Толстовский князь Андрей. Для меня это точно лучшие минуты. Никогда, даже в лучших ресторанах всего мира, не едал я подобное.
– Пацаны. Сейчас бы жевательной резинки, проговариваю я, лениво глядя в палящее солнце.
– Ага. И кока-колы, хмыкает Димон.
Молодежь не столь отстала, западные приманки знает наизусть.
– Не сдадите, пацаны?
– В смысле?
– Попробую достать.
– Рехнулся Борька.
Мы полежали кверху брюхом на солнышке. На валуне к солнцу ближе, чувствуешь, что ты почти в космосе, эдаким Гагариным. С ума сойти, еще не полетел Гагарин, в будущем году полетит. В какую древность я попал. Но кока кола уже есть!
– И кто это к нам идет?
– Сопит, пыхтит, торопится.
– Не спеши, мы уже её съели.
– Подлецы вы мальчишки. А я вас птичку принесла.
Невероятно. Галька где-то обрела ту самую, обсуждаемую нами куропатку. У птицы переломано крыло. Похоже, ей нелегко пришлось. Царство ей небесной. Как же нам её зажарить?!
У Вовки нашлись спички, Димон натаскал хворосту. Мы с Галей общипывали и потрошили птицу. Нелегкая вышла работа. А жарка вообще оказалась сущим мучением. Мы ничего не умели! Первобытные люди были в тысячу раз опытнее нам и ловчее.
С одного бока пережаренная, с другого недопеченная, без соли и прочих приправ, птица была съедена до единой косточки. Ни малейших угрызений совести по убиенной птичке мы не испытали. Мы не спрашивали Гальку, где она её добыла, чем и как била доверчивую лесную куру. Результат налицо, мы сыты, мы молодцы.
– Галь. А Борька тут жевательную резинку обещал.
– Я обещал Димон не болтунам. Не успел я достать, а ты уже треплешь. Не дело, не по-мужски.
Галька с подозрением смотрит на меня. Конечно, цепочка: Боря, Вера, жевательная резинка. Пожилая мадам дарит своему любовнику ценные подарки.
 Глава 11 
Не учел я наличие дикого зверья в Карельских лесах. Только консервы, консервы в прочных банках появились в леднике у подножья гранитного валуна. Этикетки финских заводов гарантировали, что в банках присутствует натуральное мясо натуральных финских коров, что гуси и утки отлично разжирели на вкусных финских кормах. Консервный нож лежал спрятанный у меня в кармане. Другой, на всякий случай, я запрятал под приметный камень у подъёма на валун. На пару недель пищевой рацион я себе обеспечил. Впрочем, вскрывать консервные банки на расстоянии я еще не научился. Придется лично навещать мой замечательный склад. Финский магазин, который я лихо ограбил, сейчас наверняка ищет преступника, следователи снимают отпечатки пальцев, сторожа и продавцы дают показания. И ничего ничегошеньки они не сумеют показать. Банки сами собой ушли и обратно уже не придут. Хотя, может и придут. Решено, пустые банки из-под мяса вернутся на полки ограбленного магазина.
Отдельно я рассмотрел вопрос жевательной резинки. Пара десятков жвачек очутилась в моей тумбочке рядом с кроватью. Ненадежное место хранения, допустимое только не надолго.
Лежа в кровати, я развернул одну из жвачек и сунул в рот. Ощущение детства, я гуляю с няней, мы кормим лебедей в норвежском парке. Вынь изо рта эту гадкую чавкалку, говорит няня. Сон летел надо мной, бегали лисички, Вера делала мне неприличные вещи, я вскрывал банку с консервами и ел, вскрывал и ел. Что ты чавкаешь во сне Борька, говорил кто-то.