Одиночество инспектора Уэста. Сатанинский микроб. Покушение на леди

— И они ничего не слышали?
— Нет. Грабители вывели из строя сигнализацию.
— Вы пришли сюда вместе с женой?
— Нет, с сестрой. — Кеннеди говорил спокойно. — Жена находилась на этом же этаже, одна. Вы не станете возражать, инспектор, если я налью ей немного вина, она так перенервничала сегодня? — И он направился к стенному бару. — Между прочим, мне бы хотелось предостеречь вас — не обращайте внимания на слова этого человека. Он соврет и недорого возьмет за это. — Кеннеди подошел к шкафчику и извлек бутылку.
— Мне не наливайте, — заметил Пил довольно бесцеремонно, и Кеннеди взглянул на него, словно очень удивившись. Жена его, похожая на китайскую фарфоровую статуэтку, тяжело села в кресло и спрятала лицо в ладонях. Женщина в зеленом не спускала глаз с Роджера. Напряжение, царившее в комнате, достигло предела.
— А почему бы и не выпить? — резко спросил Кеннеди.
— Я предпочитаю не пить на работе, сэр.
Кеннеди подчинился, хотя это было и не в его правилах.
— Ну хорошо. Итак, как я уже сказал, Рейнер без сомнения…
— Ваше заявление, сделанное в подобной обстановке, не является уликой, сэр. Человек должен представить доказательства и попытаться опровергнуть выдвинутые против него обвинения.
Интересно, почему Пил ведет себя столь официально?
— Скажите, инспектор Слоун давно ушел отсюда? — спросил Пил.
Миссис Кеннеди затаила дыхание, но Кеннеди спокойно ответил:
— Слоун? Не припоминаю такого имени. О-о, Рейнер, кажется, упомянул его только что.
— Человек, который вызвал нас сюда, сказал, что говорит от имени Слоуна. Разве это не вы звонили?
— Тут, должно быть, ошибка, инспектор. Я не…
Ошибка? Это величайший просчет Кеннеди! Роджер почувствовал, как блаженное тепло стало разливаться по телу.
— Так это не вы вызвали Скотленд-Ярд? — спросил Пил.
— Нет, но мой шофер…
— Насколько я понял, ваши слуги ничего не слышали?
Браво, Пил, отличная работа, ничего не скажешь!
— Мой шофер привез меня сюда. Он позвонил…
— Он что, знаком с мистером Слоуном?
— Откуда я знаю, черт возьми! — сорвался Кеннеди. — Возможно… может быть, он и упомянул имя Слоуна, чтобы вы побыстрее приехали.
— Мы всегда быстро приезжаем, сэр. А где ваш шофер?
— Его здесь нет. — Кеннеди нервно облизал губы. Обе женщины не сводили глаз с Пила, позабыв о Роджере.
— Это я и сам вижу, — ответил Пил. — Интересно, а почему его нет? Почему вы его отослали?
— Я его не отсылал…
— Тогда почему же он ушел? — спросил Пил.
Пил вырос в глазах Роджера. Роджер подошел к столу и присел на его край. Два сержанта переговаривались между собой шепотом, но Роджер их не слушал: он следил за беседой Пила и Кеннеди.
— Не имею ни малейшего представления, — сказал Кеннеди. — Я даже не знал, что он ушел.
— Вы не знали также, что мы арестовали его, не правда ли, сэр? Патрульная машина немедленно прибыла по вызову, и вашего шофера мы встретили на пороге вашего дома. При нем находилась масса разных документов — документов, которые, вне всякого сомнения, были изъяты вот из этого сейфа. Шофер сообщил, что вы приказали ему увезти эти бумаги. Он не ждал ареста, а потому у него не было времени придумать подобающую случаю ложь, сэр! Зачем вы отослали шофера с документами?
У Кеннеди пропал дар речи. Жена его подалась вперед и закрыла лицо руками.
— Ну что ж, рано или поздно мы это выясним, сэр, — произнес Пил монотонным голосом, которым говорил на протяжении всей беседы. — Значит, у вас есть что-то такое, что вы хотели бы утаить от нас?
— Мне кажется, — ответил Кеннеди, — что вы превышаете свои полномочия, инспектор. — Он посмотрел на Роджера, пистолет все еще находился в его руке. Кеннеди слегка приподнял его ствол. — Я обвиняю этих двух людей в…
Сержант, стоявший позади Кеннеди, неслышно приблизился и, прежде чем Кеннеди понял, что произошло, спокойно взял у него оружие. Кеннеди резко обернулся, его пальцы непроизвольно сжались в кулак, готовый к удару, но он вовремя сдержался и повернулся к Пилу.
— Я настаиваю…
— Один момент, сэр, если вы позволите. — Пил сделал знак рукой, и на лестнице послышались шаги. Роджер наблюдал за происходящим, еще не до конца поверив, что все окончилось, что он стался жив. Появился Перси — кто-то за дверью, невидимый Роджеру, с силой втолкнул его в комнату. Лицо его было бледно, как у Харри, а в глазах стоял страх. Он почувствовал на себе взгляд Кеннеди, но не посмел взглянуть на своего хозяина. Следом за ним в комнату вошел… Слоун. Роджер невольно воскликнул: «Билл!»
 
Слоун улыбнулся Роджеру. Пил остолбенел от удивления. Сержант безмятежно стоял в дверях с пистолетом, отобранным у Кеннеди.
— Привет, Роджер, — весело откликнулся Слоун. — Я еще в прошлый раз догадался, кто ты на самом деле.
— Роджер Уэст?… — удивленно произнес Пил.
Кеннеди шагнул вперед.
— Вот именно, ренегат-полицейский. Это он вынудил меня…
— Все ваши заявления, сэр, мы выслушаем в свое время, — перебил его Пил, но голос его сорвался, и он, не отрываясь, смотрел на Роджера. — Шеф едет сюда, он будет с минуты на минуту и тогда возьмет следствие в свои руки, — добавил Пил после паузы. Потом сглотнул слюну и прошептал: — Не может этого быть!
— Может, — ответил Слоун. — Какой сюрприз для Дженет!
  
Глава 25
 
СЮРПРИЗ ДЛЯ ДЖЕНЕТ
 
Прошло по крайней мере три часа, прежде чем Роджеру удалось приступить к рассказу.
Чартуорд, прибывший вскоре после появления Слоуна, сидел вместе со Слоуном и Пилом в гостиной дома на Маунтджой-сквер, 27, и слушал. Сержант стенографировал беседу. Началась она сумбурно, но постепенно вошла в спокойное русло. Картина двух мрачных месяцев наполнялась деталями, многие из которых были откровением как для одной, так и для другой стороны. Наверху, в кабинете, сотрудники полиции изучали документы. Кеннеди, его жена и сестра были помещены в разные комнаты. Перси увезли в Скотленд-Ярд, Харри был отправлен в ближайшую больницу.
Из разговора Роджер узнал, что в ту ночь Пил и еще двое сотрудников следили за Слоуном и видели, как его на Лайм-стрит схватили люди Майерса. Они проследили за ними и освободили Слоуна; Майерс и члены его банды в настоящее время были уже в тюрьме, так же как и Грэйс Хауэлл. Роджер продолжал свой рассказ…
Во рту сухо, но он совсем забыл о том, что рядом с ним стояла бутылка виски и содовая. Роджер очень устал, но говорил живо. Он не улыбался, не менял интонации голоса, просто говорил, как если бы рассказывал доктору о ночных кошмарах, мучивших его долгих два месяца. Наконец он замолчал и сделал большой глоток из стакана.
После продолжительной паузы Чартуорд спросил:
— Но почему, Роджер? Как же так?
— Вы имеете в виду, почему я позволил превратить себя в Рейнера? Почему не пришел к вам?
— Нет-нет, тут все ясно. Я понимаю, что вы не могли упустить случай выведать, кто такой Кеннеди и чем он промышляет. Мне думается, я правильно вас понял. — Голос Чартуорда звучал довольно холодно. — Единственный путь уличить Кеннеди в преступлениях — заманить его в ловушку. Я просто не могу себе представить, как человек мог решиться на такое. Но теперь это уже не имеет значения. Меня интересует, зачем Кеннеди все это проделал?
— Мы узнаем об этом, когда изучим весь его архив, — ответил Роджер.
— Им занимается инспектор Чабб, и он уже пришел к кое-каким заключениям. — Пил поднялся со своего кресла. — Разрешите пойти посмотреть, сэр?
Чартуорд что-то буркнул под нос: очевидно, это должно было означать «да».
Пил вышел из комнаты. Чартуорд задумчиво барабанил пальцами по ручке кресла. Слоун сидел молча, откинувшись на спинку стула, и на его хмуром лице светилась счастливая улыбка. Отсутствовал Пил довольно долго, и за это время никто из сидящих в комнате не сдвинулся с места и не обронил ни слова. Чартуорд не мог оторвать взгляда от нового лица Роджера. Он казался теперь совсем иным человеком, но все же шеф пытался найти хоть какое-то сходство с прежним Уэстом. Три или четыре раза он сокрушенно качал головой.