Одиночество инспектора Уэста. Сатанинский микроб. Покушение на леди

— Что будете пить? — гостеприимно осведомился Роджер.
— Пиво, если у вас есть.
— Не только полицейские пьют пиво. — Беседа протекала слишком уж легко. Роджер не знал, следует ли связывать появление Слоуна с Брикстонским делом или нет, но пока его мозг лихорадочно искал объяснение причин визита, мысль о допущенной им ошибке вылетела из головы. Он налил пива в высокий стакан, себе плеснул немного джина, именно джина, ибо настоящий Роджер Уэст никогда его не пил. Он старался говорить резким голосом, не шевеля при этом губами. Больше всего Роджер боялся, что в беседе со Слоуном его выдаст именно голос. — Итак, что вас на этот раз интересует?
— Это главный вопрос. Где вы были сегодня вечером?
— У одной премилой девочки, — мечтательно произнес Роджер. — Милой и невинной, без вопросов и претензий, симпатичной и пышущей здоровьем. А теперь, быть может, вы ответите, почему решили навестить меня?
— Я смотрю, вы сегодня гораздо разговорчивее, чем в прошлый раз.
— И это все, в чем вы хотели бы убедиться?
— Нет, не все. Я еще не знаком с вашими друзьями.
— С Кеннеди, например? — Роджер громко расхохотался.
— Первая буква та же, а фамилия другая. Помните Кайла?
— Кайл… Кайл… — проговорил задумчиво Роджер, делая вид, что пытается вспомнить это имя. — О, Кайл! Тот самый неудачник, который заходил ко мне перед вашим первым визитом? Да, припоминаю.
— У вас хорошая память. Слышали что-нибудь о нем?
— Нет, ничего.
— Удивительно, — сказал Слоун, нахмурившись. — У него в кармане был найден клочок бумаги со штампом почтового отделения на Стрэнде и чужим именем. Когда его задержали, у него нашли и почтовую квитанцию. Я забрал письмо на почте. В конверте ничего не оказалось, кроме десяти однофунтовых банкнотов. Вы что — филантроп?
— Пока нет.
— Ведь это вы послали ему деньги?
— Нет. Можете спросить у него самого.
— А вы даже и не знаете, что случается с вашими друзьями?
— Он вовсе не друг мне. Он…
— Ваши друзья почему-то имеют склонность внезапно умирать, так ведь? Причем от несчастного случая.
— Так он что — умер?! — воскликнул Роджер и нахмурился. — И что в таком случае должен, по-вашему, делать я? Плакать по человеку, которого видел всего один раз в жизни и не желал больше встречать?
— А что вы скажете насчет девушки?
Роджер плеснул себе еще джину, наполнил стакан Слоуна и вопросительно взглянул на собеседника.
— Я не совсем вас понимаю. Вы имеете в виду девушку, от которой я недавно ушел?
— Нет, совсем не ту. Я имею в виду Марион Дэй.
Роджер не понимал Слоуна. Тот раскрывал свои карты, чего бы не сделал ни один опытный полицейский. Правда, он поступил умно, выбрав для визита воскресную ночь, пожалуй, наиболее подходящее для детектива время. Тактика вполне правильная. Но все остальное?…
Роджер словно нехотя переспросил:
— Марион Дэй? Не припоминаю такой.
Слоун неожиданно расхохотался, хотя ничего смешного в ответе не было.
— Припоминаете. — Он вынул из кармана фотографию — это была Марион — и сунул ее под нос Роджеру. — Ну-ка, взгляните хорошенько.
— Я видел ее раньше где-то, — ответил Роджер, — но где — не помню. Мне она не знакома.
— Знакома, раз вы встречались с ней, — загадочно произнес Слоун. — Или кто-то хочет доставить вам крупные неприятности, или же вы сами создаете их для себя. — Он встал, подошел вплотную к Роджеру и внимательно посмотрел ему прямо в глаза. — У Кайла найден номер телефона: «Темпл Бар, 89-511». Это номер вашего офиса. В сумочке этой девицы — такой же: «ТБ 89-511». Как вы это объясните?
— У Кайла — вполне возможно. Он был здесь и, вероятно, хотел снова позвонить. Девушка же… — Роджер с сомнением покачал головой. — Нет, право же, не нахожу объяснения, откуда у нее мог оказаться мой телефон. Но, возможно, вы не учли одного обстоятельства.
— Какого?
— В моей конторе одиннадцать служащих. Один из них вполне мог знать обоих. Я же ее не знаю.
— Ну, это я проверю, — сказал Слоун. — Даю вам слово, что все выясню, Рейнер. Оба они погибли в результате несчастного случая, если верить следователю, но лично я не всегда доверяю подобным заключениям. — Он допил пиво и вынул из знакомой желтой пачки сигарету. Роджер тоже взял одну. — Помните убийство в Копс-коттедже? — спросил Слоун, приблизив свое лицо почти вплотную к лицу Роджера, чтобы прикурить от его зажигалки.
 
Этот ход вряд ли делал честь Слоуну. Многозначительная пауза, небрежная манера — все это могло предшествовать решительному удару. Посторонние не знали об этой привычке Слоуна, но Роджер помнил, что всему этому Слоун научился у него.
— Сейчас столько убийств… — ответил Роджер. — Копс-коттедж? Не знаю. Хотя вроде что-то слышал. Когда это произошло?
— Скажем, месяца два назад.
— Убийство еще не раскрыто?
— Пока нет. Там убили девушку. Убийца исчез. Вернее, ему помогли исчезнуть, какие-то бандиты отбили его у полиции. Вы, конечно, ничего не слышали о действиях преступных банд?…
— Напротив, много раз. Я читаю о них в газетах.
— Слишком уж вы умный… — хрипло проговорил Слоун. — А где вы взяли деньги на покупку у Кеннеди его бизнеса? — вдруг добавил он.
— Я загипнотизировал его и не оставил ему никакого шанса отказать мне. Но уж если говорить честно, то дело свое я купил у Сэмюэля Вайзмана. А вообще я не понимаю, к чему вы клоните, мистер полицейский?
Слоун пожал плечами и потянулся к столику за своим стаканом — опасность снова отступила.
— А теперь скажите мне, чем вы занимались до того, как купили свой бизнес?
— Я сколотил небольшое состояние в Африке.
В бумагах, переданных ему Кеннеди, говорилось о таком факте его «прошлого».
— Это я тоже проверю, — сказал Слоун. — Когда вы находились в Африке или после возвращения оттуда, вами никогда не интересовался старший инспектор Уэст?
  
Глава 17
 
ПРИЧИНА ДЛЯ БЕСПОКОЙСТВА
 
Роджер почувствовал, что над ним сгущаются тучи. Он метнул взгляд на Слоуна. Слоун смотрел хмуро. Он никогда не хитрил. Роджер молчал. Слоун подошел и положил ему на плечо свою тяжелую руку — хорошо знакомый жест, которым с удовольствием пользуются полицейские в тех случаях, когда предъявляют кому-нибудь обвинение.
— Значит, все-таки интересовался, — произнес Слоун.
— Нет, никакой Уэст ко мне не приходил, — выдавил из себя улыбку Роджер. — Однако имя это мне знакомо. Я читал о нем статью в сегодняшней «Дейли край». — Это было правдой, но было ли это спасением? Слоун слегка растерялся. Он даже снял руку с плеча, однако это отнюдь не означало, что Роджер мог вздохнуть свободно. — Он исчез. Убийство в Копс-коттедже!
— О котором вы не слышали, хотя и прочитали о нем в дневной газете.
Роджер возразил:
— Статья была об Уэсте, а об убийстве, по-моему, там ничего не говорилось. Еще пива?
— Нет, благодарю. Вы уверены, что не видели Уэста?
— Ко мне он никогда не заходил. Вы — первый полицейский, с которым я беседую столь откровенно. — Роджер предложил сигареты, Слоун взял одну и задумчиво осмотрел фильтр. — Я никак не могу понять, к чему вы клоните?
Слоун ответил с мягкой укоризной:
— Роджер Уэст был моим другом…
— Почему был?
— Если это сплетня, газеты вряд ли стали бы о ней писать. Прямо там ничего не говорится, но намек, довольно прозрачный, есть. Уэст был очень хорошим другом. Я предполагаю, что его заманили в ловушку и убили, а имя замарали грязью. Сейчас, в свое свободное время, я кое-что предпринимаю, чтобы разобраться в этом, я хочу докопаться до правды.
— Лучше разыщите автора той статьи.
— Его-то разыскать не сложно, — ответил Слоун.
— Жаль, что этого не скажешь о вашем друге.
— Да, — тяжело вздохнул Слоун. — Послушайте, Рейнер, я ухлопал массу времени, выясняя, кто вы и чем занимались. Ничего против вас я не нашел. Сейчас я еще кое-что скажу, чего никогда бы не сделал, будь я на работе. Вы мне нравитесь. Мне и дело ваше кажется чистым, но, может быть, вас пытаются втянуть во что-то — во что, вы еще и сами не знаете. Дело в том, что ваш бизнес раньше принадлежал не Вайзману, а некоему Кеннеди. И мне думается, что Кеннеди может сообщить мне кое-что об Уэсте.