Сводные (СИ)

Именно такой раной для Юли стала потеря мамы и Матвея. Она думала, что давно потеряла способность чувствовать столь сильные эмоции, но смерть бабы Кати показала, что на её изуродованной коже все еще сохранялась доля чувствительности. Ей снова было больно. В какой-то момент она даже думала, что не сможет выпутаться из омута страданий. Если бы она была одна, точно осталась бы на самом дне. Денис помог ей, вытянул исключительно на собственной силе и упрямстве. Вернул ей веру в будущее, в возможное счастье. И она поверила. Не сразу, но шаг за шагом она доверилась ему, отпустив все страхи. Она зациклила свою жизнь вокруг единственного человека, который смог убедить её, что всегда будет рядом. Девушка выстроила свой новый мир на фундаменте этой веры.
И теперь…
Юля сглотнула, переводя неверящий взгляд на Сергея. Он смотрел на неё ошарашенно, словно, как и она, не верил в то, что слышал с динамика её телефона. Ему удалось без труда мягко вытащить телефон с её дрожащих пальцев. Он встал на ноги и отошел от машины, разворачиваясь к ней спиной. Возможно так хотел спрятать от неё страх, что отразился в синих глазах. А может просто не мог смотреть в её глаза, что глядели с надеждой.
Девушка следила за ним отстраненно. Её взгляд медленно отлепился от того места, где секунду назад был Метеля и переместился к мужской фигуре, что отошла на несколько шагов. Краем сознания она заметила, что он был в той же одежде, что и вчера на приеме. Заметила, что его темные брюки запыленны, а светлая рубашка помята. Её мозг отслеживал такие простые детали, словно не хотел замечать, как дрожал его голос, когда он общался с звонившим сотрудником скорой. Как он резко и односложно уточнял место, где все произошло. Как кричал, чтобы до его приезда никто ничего не смел трогать.
Она даже не испугалась, когда он резко отключил телефон и рванул к машине. Запрыгнув на водительское сиденье, осторожно покосился на неё. Видимо по её виду он понял, что она не слышит, как он уже втретий раз просит её развернуться и закрыть дверцу. Он сделал это сам, пристегивая её ремнем безопасности, словно куклу, пока Юля невидящими глазами смотрела прямо перед собой. Девушка всегда очень остро реагировала на прикосновения Сережи, но сейчас будто не чувствовала их. Она вообще словно больше не была в своем теле, наблюдая за всем со стороны. Будто издали следила, как машина Метели вывернула с парковки и рванула на высокой скорости в сторону объездной дороги. Внешне Юля не проявила не единой эмоции, словно пребывая в шоке и неверии, но внутри неё, в самой глубине сознания, словно сидела маленькая девочка, которая не хотела туда ехать. Боялась, поскольку понимала, что потери Дениса она не сможет пережить. С ним все рухнет. Рухнут все стены, которые она с таким упорством выстраивала, и не останется ничего.
Но эта же девочка продолжала надеяться.
Она пыталась заставить себя поверить, что это просто ошибка, ведь с Денисом просто не могло ничего случится. Она гадала, что может быть все это его план? Что, если он придумал все это, чтобы сбежать от её отца, а ей просто не успел сказать? И она цеплялась за эту последнюю надежду. Цеплялась так, что до крови ломала ногти. Хваталась окровавленными пальцами, понимая, что не может её отпустить. Им ведь практически удалось сбежать.
Метелю так заносило на поворатах из-за высокой скорости, что пару раз он едва удержал управление, чтобы не слететь с дороги. Держало в руках лишь то, что рядом сидела Юля и её жизнью он не мог рисковать. Заставлял себя давить на тормоз. Горем, что ехал сразу за ним, несколько раз даже сигналил ему, пытаясь привести его в чувства. Он не успел объяснить ему всего, что произошло, но Макс видимо понял, что не все в порядке, когда Сергей так резко сорвался с места.
Покосившись на Юлю, Сережа прикусил губу до крови. Как бы ему хотелось, чтобы её не было в этой машине. Но вместе с тем он просто не представлял, как бы смог заставить себя еще хоть на секунду задержаться, чтобы отвезти её домой. Мысль, что где-то там умирал его друг, а он снова не успевал ему помочь, буквально перемещала его в прошлое.
 
Несколько новых поворотов и вдалеке послышался сигнал скорой помощи. Сине-красные огни хоть и не горели так ярко, как в ночное время суток в его памяти, но были видны издалека. В горле пересохло. Метеля понял, что до последнего надеялся на ошибку. На то, что это происки Сокола или его ребят, чтобы заставить Юлю поверить в серьезность его угроз. Но теперь, когда он остановил машину и выскочил наружу, все надежды расыпались из-за того, как только взгляд зацепил лежащее на асфальте тело. Возможно, все дело было в позе. В положении рук и ног неестественно изогнутых под разными углами. А может всему виной настолько окровавленный асфальт, что от запаха крови, витавшей вокруг, Сергея замутило.
Но он не мог сойти с места, не мог отвернуться. Его взгляд блуждал по двум искореженным машинам, которые буквально срослись от силы удара. Боковое зрение подмечало снующих туда-сюда людей в форме, несколько остановившихся на обочине машин. Он пытался смотреть куда угодно, только не на тело на асфальте. Просто не мог видеть друга в таком виде. Но и не посмотреть тоже не мог. Сначала на глаза попалась зеленая футболка, порванная на груди и окровавленная так сильно, что былой цвет практически не угадывался. Он помнил эту фуболку. Они купили её на распрадаже перед новым годом, когда Юля случайно спалила футболку Дениса, засмотревшись по ноутбуку новую серию любимого сериала и напрочь забыв, что в её руках утюг. Дрон тогда перемерял штук пять, пока Юля не выбрала эту, успокоив свою совесть, что новинка ничуть не уступала оригиналу. Денис после этого еще несколько недель над ней в шутку измывался по этому поводу, подначивая каждый раз, когда её надевал.
Но Юля никогда не обижалась.
Сергей перевел взгляд к покрытым каким-то покрывалом ногам. Одного кроссовка не было. Он нашелся неподалеку от обочины, видимо отскочивший в момент удара.
Лицо Дениса было отвернуто от него, но как бы Метеля не пытался, он не мог заставить себя верить, что перед ним кто-то другой. Это был друг. Его лучший друг.
— Нет, нет, нет, — зашептал сиплый голос за его спиной и, прежде чем Сережа успел отреагировать, Юля пробежала мимо него и упала на колени перед телом своего погибшего мужа.
Метельский продолжал стоять на месте, не в силах пошевелиться. Не в силах заставить себя подойти к девушке, что, рыдая взахлеб, гладила по волосам Дениса, бережно уложив его голову на свои колени. Она игнорировала кровь, что запеклась в его волосах и сейчас измазывала её руки и одежду. Игнорировала подбежавших к ней работников скорой помощи. Если бы не подоспевший к ней Горем, Сережа, наверное, так бы и не смог сдвинуться с места. Ошарашенный болью, что она излучала. Она подняла на него взгляд наполненных слезами зеленых глаз и его буквально затопило её отчаяньем.
— Вставай, девочка, давай же, — мягко успокаивал её Горем, пытаясь поднять на ноги, но она вцепилась в тело мужа и не собиралась отпускать.
Метелю сковал страх, когда он прочитал на её лице уверенность, что она его не отпустит.
— Нет, нет, это мой муж, нет, — кричала она сквозь слезы. — Денис! Ты обещал, что всегда будешь со мной, что не оставишь!
Она трясла его, била по синеющим щекам. Причитала так, что Сережа рухнул на колени прямо перед ней, чувствуя свою вину. За то, что не уберег. За то, что не предвидел.
Горем насильно подхватил её на руки и крепко прижал к себе, игнорируя её попытки вырваться. Видимо шок немного отступил и девушка разрыдалась, выпуская наружу все, что убивало её изнутри. Она кричала, визжала, билась в руках Максима, но он держал её так крепко, как только мог, пока врачи не вкололи ей успокоительное.
Горем аккуратно уложил её на заднее сиденье своей машины, когда она успокоилась достаточно, чтобы заснуть. Лишь едва заметно вздрагивала во сне, что-то шепча искусанными губами. А Сергей все так же сидел на асфальте перед местом, где было тело друга, и не мог отвести от него взгяд. Сотрудники МЧС, прибывшие на место аварии первыми, рассказали Сергею об аварии. О том, как машина такси выехала на встречную и врезалась в лобовом столкновении с ехавшей навстречу газелью. Как оба водителя погибли на месте, как Денис вылетел в лобовое стекло и разбился об асфальт. О том, что он еще был жив, когда они приехали. У Сережи все внутри похолодело, когда он представил лежащего в луже крови на асфальте друга в предсмертных хрипах. Он не мог ничего исправить, не мог ему помочь. Чертовый случай.