Моя Мия

– Нет, мам, – отвечаю, отвлекаясь от лекции по правовым основам градостроительства. Ловлю мяч и снова бью им в стену. – Сегодня занят.
Как я и сказал, на жизнь у меня вполне конкретные цели, отступать от которых я не намерен. Тем более, через час и двадцать минут нужно забрать Ладку с репетиции.
Огонёчек прошла кастинг у крутого московского дизайнера.
Полночи вчера рассказывала о своих планах завоевать мир модельного бизнеса и выйти на новый уровень. Внешность у неё трендовая. Худосочная фигура, прозрачная бледная кожа и вьющиеся рыжие волосы. На контрасте с бэби-фейс смотрится охренительно.
Впечатляет.
Мама задумчиво рассматривает мою комнату.
– Я думала, ты пойдёшь, чтобы поддержать Мию, – замечает тихо.
– А… что с ней?
– У неё появился мальчик. Сегодня знакомит с родителями.
Нарушивший заданную траекторию мяч, лупит мне по лицу, усиливая эффект услышанной информации. В замешательстве потираю шершавую щёку.
Какой ещё в жопу «мальчик»?
Я думал она в сессии целиком и полностью. Грызёт гранит науки. Решил начать налаживать наше общение после того, как сдаст все зачёты, чтобы не психовала попусту.
А она будет психовать. Я её знаю.
Металлические двери на первом этаже грохают, а моё настроение падает, как ракета… только носом об землю.
Выключив комп, иду на кухню и наливаю себе яблочный сок.
– О, братец-кролик, и ты здесь, – заходит Юлька.
С каким-то лютым пессимизмом изучаю её плюшевый домашний комбинезон в виде розового пони.
– Это че за херня? – спрашиваю хмуро.
– Это? – удивляется и опускает голову. – Кигуруми.
– Нет, – отворачиваюсь и снова наполняю стакан. – Чё за братец-кролик?
– Ааа, – по кухне разносится бесячий ржач. – Просто надо потише с рыжей резвиться. Спать не даёте. Как кролики. Реально достали.
Усмехаюсь и качаю головой. Мелочь.
– Чё за парень у Мии? – спрашиваю излишне равнодушно.
– Ааа, – заливается. – Ты уже в курсе?! Круто, правда? Я так рада за неё, – мечтательно произносит. – Жалко только… мы не породнились.
– С чего вдруг мы должны были породниться? – зависаю.
Юлька поражённо открывает рот.
– Ты и правда осёл, Мир. Как так получилось, что родители у нас одни, а мозги все мне достались? И красота…
– Полегче, мелкая, – бурчу под нос, опираясь ладонями на кухонный остров.
– Почему ты такой? Ведь сам всё время говорил, что вы поженитесь?
– Это было до десяти лет. Я тогда ещё в человека-паука верил. Мне теперь в Голливуд с претензией обратиться?
– И ты её ни капельки не любишь? – складывает руки на груди и шепчет подозрительно.
– Почему не люблю? Люблю, конечно.
Юлька закатывает глаза и топает ногой.
– Почему вы все такие безмозглые? Я точно буду искать себе парня постарше… Лет на десять в идеале.
– Кого ты там искать собралась, мелочь? Сначала из кенгуру своего вырасти.
– Кигуруми, – шипит Юлька.
Изучаю её вздёрнутые брови и прямой нос, губы бантиком и крохотный подбородок. Красивая оторва. Глаз да глаз. А если прибавить к этому острый ум и искромётное чувство юмора, то дело вообще труба. Хоть привязывай.
– Так что там с парнем у Алиевой? – напоминаю.
Мы отошли от главного.
– Я его ещё не видела, но уверена, что он красавчик, – мечтательно выговаривает сестрёнка, словно выбесить хочет.
– Типа серьёзно у них? – сглатываю слюну и подношу стакан к губам.
– Не знаю серьёзно или нет, – голос Юльки снижается, словно она рассказывает ужасную тайну. – Но я подслушала разговор мамы с тётей Элиной. Дядя Руслан сам настоял на знакомстве, потому что нашёл у Мии презервативы и пачка была не целой. Прикинь? Настоящие презервативы, латексные… – продолжает восхищённо рассуждать, но я её не слышу.
Сок-зараза ускользает не в то горло, захлёбываюсь под Юлькин ржач.
Сгибаюсь пополам. Сука. Слёзы из глаз.
Пытаюсь откашляться, громко отставляя стакан на стол.
Вспышками в голове проходят воспоминания. Как притопала ко мне в постель летом, как выпроводил её от греха подальше, но разглядеть всё-всё успел. Сосок её карамельного цвета, выглядывающий из-под блядского платья, которое набило оскомину в моём воображении.
 
Жесть.
Презервативы… Это что означает?
– Мир, – шепчет Юлька испуганно. – С тобой всё в порядке?
– Какого хуя? – рычу подрываясь.
Несусь в прихожую и хватаю куртку.
  
Глава 14. Взрывающаяся Мия
 
– Привет, – открываю входную дверь Лёве и склонив голову набок изображаю крайнюю степень раскаяния. Зимний колючий ветер бьёт по ногам, поэтому тут же отскакиваю от порога и жестом приглашаю гостя войти. – Прости, пожалуйста.
– Привет, Ми, – проходит Демидов в дом, скидывая куртку и оставаясь в серой рубашке и строгих брюках. – Да всё нормально. Чего ты распереживалась?
Забираю куртку, пахнущую приятной туалетной водой, и уношу в гардеробную, которая располагается тут же, в прихожей.
Вернувшись, снова зависаю.
Озвучив отцу имя парня, с которым я обедала, и заверив, что обедом мы и ограничились, а презервативы в моей сумке – глупая шутка девчонок, я не сильно удивилась, как быстро отец нашёл телефон Льва Демидова и тут же ему позвонил.
Папа не ханжа и не пуританин.
Он просто беспокоится о моей безопасности. Это одновременно бесит и восхищает в нём.
Лёва, как ни странно, отреагировал на звонок позитивно и пообещал перед поездкой в клуб заехать, чтобы познакомиться лично. Она выпала на субботу.
День, когда у родителей уже традиционный ужин с друзьями.
Всё это немного выбивает из колеи и вынуждает отчаянно краснеть. Мне неприятно, что я будто бы заставляю Демидова встречаться со своими родителями, а он, возможно, и не собирался никогда?
Но тогда зачем согласился?
– Хотел принести тебе букет, но решил не смущать. Знал, что будет неудобно, – говорит Лёва, глядя на меня сверху вниз.
– Да, – поспешно киваю. – Не надо было. Спасибо тебе.
В прихожую выглядывает мама. В лёгком шелковом платье практически незаметен животик, который она по привычке поглаживает.
– Добрый день, – улыбается ободряюще. – Что вы здесь стоите?
– Здравствуйте, – обращается к маме Демидов, повернув голову. – Лев.
– Элина. Пойдёмте, поужинаете с нами?
– Не откажусь, – Лёва хватает меня за руку и идёт вслед за мамой.
В столовой непринуждённая обстановка, фоном звучит лёгкая музыка, а накрытый стол смотрится очень по-домашнему.
– Всем добрый день, – произносит Демидов низким голосом, обращаясь к сидящим за столом.
Мужчины обмениваются рукопожатиями.
– Руслан, – кивает отец, награждая меня коротким шутливым взглядом.
Закатываю глаза от его выходок. Всё время подначивает меня, но, конечно, любя. С этим не поспоришь.
Лёва знакомится с дядей Андреем и усаживается справа от меня.
– Как дела у Виктора Александровича, Лев? – спрашивает папа.
– По-моему, нормально. Работает.
– Мы по нему здесь тоскуем, – произносит серьёзно дядя Андрей. – Пока сложно понимать, что дальше будет в городе с новой главой.
– Да уж, – отец многозначительно поднимает брови, и все сидящие за столом взрослые понимающе улыбаются.
– Вчера мой помощник подал документы для получения разрешения на строительство, а его развернули. Видите ли, форма заявки теперь другая, – продолжает дядя Андрей. – Поэтому передай, пожалуйста, Виктору Александровичу наши искренние поздравления о его повышении и сожаления о том, что город потерял такого первоклассного руководителя.
– Хорошо, – улыбается Лев, коротко посматривая на меня. – Спасибо.
– Угощайся, Лев, – предлагает мама. – У нас пока лёгкие закуски под вино. Выпьешь?
– Нет, я за рулём. От чая не откажусь.
Опускаю голову, рассматривая вырез на груди в форме сердечка. Для клуба я решила выбрать что-то не совсем отчаянное, как в прошлый раз. Модные рваные джинсы и короткий черный топ вполне подошли. Волосы забрала наверх, а в уши вставила крупные серьги-кольца. Получилось неплохо.