Литература и котики. Для тех, кто не разучился читать
10 октября 1939 года был арестован С. Я. Эфрон. Летом 1940 года, в квартире Северцевых, М. И. Цветаевой в последний раз довелось пожить под одной крышей с животным. 31 августа 1940 года, ровно за год до своей смерти, она писала поэтессе и переводчице В. А. Меркурьевой: «Лето хорошо прошло: дружила с 84-летней няней, живущей в этой семье 60 лет. И был чудный кот, мышиный, египтянин, на высоких ногах, урод, но божество. Я бы душу отдала за такую няню и такого кота».
Шестипалые друзья Эрнеста Хемингуэя
Без всякого сомнения, самым большим кошкопочитателем среди знаменитых людей XX века был Эрнест Хемингуэй (1899–1961), прославившийся не только своим вкладом в литературу, но и любовью к шестипалым животным.
Как известно, в норме все коты и кошки должны иметь на передних лапах по пять пальцев, а на задних — по четыре. Шестипалость — это отклонение от природной нормы, каковое называется полидактилией. Но мистер Хемингуэй в 1935 году получил в подарок от своего друга капитана Стенли Бекстера шестипалого котенка породы мейн-кун. Котенок был полностью белым и получил имя Сноубол (Снежок).
Вообще-то такое странное строение лап обусловлено особым геном, а так как ген этот оказался еще и доминантным, то вскоре Сноубол наплодил в ближайших окрестностях огромное количество точно таких же симпатичных, но немного нестандартных котят, многие из которых так и остались жить в доме писателя.
После смерти писателя в 1964 году в его доме, расположенном на острове Ки-Уэст во Флориде, был открыт музей, главными экспонатами которого стали многочисленные экзотические коты и кошки с нестандартным строением конечностей. Почти все они — потомки того самого Сноубола. Многие из них названы в честь знаменитых людей XX века: Чарли Чаплин, Гэри Купер, Одри Хэпбёрн, Марлен Дитрих, Софи Лорен, Гертруда Стайн, Пабло Пикассо и т. д.
К своим котам и кошкам старина Хэм относился с уважением — как и положено обращаться с настоящими звездами. Он разрешал им залезать на стол и в свою кровать, кормил всевозможными деликатесами, вежливо предлагал им сделать глоток из своего бокала, а когда животное умирало, его хоронили на специальном, обустроенным им лично, кошачьем кладбище.
Легенда гласит, что в доме Эрнеста на Ки-Уэсте обитала целая стая кошек, за размножением которых никто не следил, и в результате на острове появилось целое племя шестипалых кошек, которые живут в доме Хемингуэя на Ки-Уэсте и по сей день. МЭРИ ДИРБОРН американская писательница
Сейчас в доме-музее Хемингуэя для котов и кошек построена безлимитная автоматическая кормушка, открытая 24 часа в сутки, работают питьевые фонтанчики, а на кошачьем кладбище бережно хранится память о каждом четвероногом, ушедшем в мир иной. И что удивительно, слава нестандартных котов и кошек с годами почти сравнялась со славой их хозяина, и теперь примерно половина посетителей дома-музея приезжают на Ки-Уэст ради того, чтобы полюбоваться на хвостато-полосатых.
Знаменитый писатель завещал своим питомцам и их потомкам бессрочное содержание. И что интересно: несколько лет назад местные чиновники подали иск на дом-музей. Оказалось, что согласно закону штата Флорида, каждый хозяин может иметь в собственности не более четырех котов и кошек, которые должны содержаться исключительно дома или в закрытых вольерах. Но дом-музей победил, и чиновники признали животных Хемингуэя национальным и историческим достоянием Америки, и они теперь официально охраняются законом.
Появился даже специальный термин — «коты и кошки Хемингуэя». Это животные с Ки-Уэста, у большинства из которых по шесть, семь, а у некоторых даже по восемь пальцев.
КСТАТИ
Коты и кошки с нестандартным количеством пальцев считались у моряков своеобразными талисманами удачи, на кораблях такие животные попадали с одного континента на другой. Говорят, что когда-то в Европе было намного больше шестипалых котов и кошек, но так как их считали главными «союзниками ведьм», их истребляли вместе с последними. Нормальные кошки имеют в общей сложности 18 пальцев на лапах — по пять пальцев на каждой передней лапе и по четыре пальца на каждой задней. Полидактильные кошки могут иметь по восемь пальцев на каждой из своих конечностей. А канадский кот Джейк с 28 пальцами попал в Книгу рекордов Гиннесса как кот с самым большим количеством пальцев на лапах в мире.
Кубу Эрнест Хемингуэй впервые увидел в 1928 году, а через десять лет, после нескольких кратковременных визитов, писатель решил поселиться на понравившемся ему острове. Сначала он жил в номере гаванского отеля «Амбос Мундос», но потом по инициативе жены весной 1939 года арендовал в пригороде Гаваны дом в уединенном старом поместье «Финка Вихия».
Это был единственный дом, принадлежавший Хемингуэю вне территории США, и там писатель с перерывами жил около 20 лет.
«Финка Вихия» представляла собой удивительно оживленный дом. Вместе с Хемингуэем и его женой Мэри там жил многочисленный и преданный персонал: дворецкий, водитель, три садовника, плотник-алкоголик, отвечавший также за боевых петухов, горничная и повар-китаец.
Хемингуэй, похоже, был в восторге от этой атмосферы — в отличие от Мэри, любившей жить немного более организованно «без прислуги, без посыланий к черту, без всей этой камарильи». Но, помимо людей, нужно еще перечислить и животных. Кроме боевых петухов Эрнеста, в усадьбе жило несколько коров, Блэк Дог, спаниель (или что-то близкое к этому), привезенный из Айдахо, и примерно тридцать нестерилизованных котов и кошек, которые воспроизводились бесконтрольно, несмотря на элементарные правила генетики. Помимо немногих привилегированных созданий, которым было разрешено бродить по дому, остальные кошки обитали в башне, которую Мэри специально построила для обеспечения Эрнесту подходящего рабочего места. АЛЬБЕРИК Д’АРДИВИЛЛЬЕ французский писатель
Французский биограф Хемингуэя утверждает, что писатель «имел невероятное количество котов и кошек (от тридцати до шестидесяти, по разным данным), и они в „Финке“ колонизировали всю башню, первоначально построенную для того, чтобы быть его рабочим офисом».
Его самых любимых котов и кошек в «Финке» звали Буасси д’Англа, Бешеный Кристиан, Диллинджер, Экстази и Одинокий Брат.
Эрнест Хемингуэй говорил: «Кошка абсолютно искренна: человеческие существа по тем или иным причинам могут скрывать свои чувства, но кошка — никогда». И он был не только кошкопочитателем, но и, пожалуй, самым «котозависимым» писателем — уже на склоне своей писательской карьеры и жизни.
К 1945 году он был хозяином 23 котов и кошек, половина из которых была с шестью пальцами. А в 1957 году у него было аж 57 хвостов!
Писатель и его четвертая жена Мэри Уэлш (1908–1986) обеспечили котам и кошкам привольное существование. Сохранилось множество фотографий, где любимцы Хемингуэя спят у него на руках, разгуливают по двору, едят с ним из одной посуды за столом. Потомство Сноубола продолжало жить в доме старины Хэма и размножаться.
Хемингуэй относился к котам и кошкам трепетно и прославлял любимое животное во многих своих произведениях. Вот, например, отрывок из романа «Острова в океане» (перевод Н. А. Волжиной и Е. Д. Калашниковой):
Кот мурлыкал, но Томас Хадсон этого не слышал, так как мурлыканье у него было беззвучное, и, держа письмо в одной руке, он пальцем другой притронулся к горлу кота.
— У тебя микрофон в горле, Бойз, — сказал он. — Скажи, ты меня любишь?
Кот легонько месил его грудь лапами, только чуть задевая когтями шерсть толстого синего свитера, и Томас Хадсон ощущал ласково разлитую тяжесть его длинного мягкого тела и под пальцами чувствовал его мурлыканье.
— Стерва она, Бойз, — сказал он коту и вскрыл другое письмо.
Кот подсунул голову ему под подбородок и потерся о него.