Zona Антиматерь (СИ)

— Как и тебя? — возразил Айс.
— Неа. Я отличаюсь.
— Почему? Ты же назвался Контрабандистом. Это о чём-то говорит.
— Ты настоящих контрабандистов не видел. — рассмеялся в бороду собеседник сталкера. — Мне удобнее, когда меня так называют. На самом деле, я недалеко живу отсюда, в двадцати километрах всего. Я самосёл. У меня есть дом, баба ладная, которая присматривает за хозяйством. И есть моторка.
Хозяин лодки ласково погладил обшивку кормы.
— А что касается прозвища, то хм… хобби такое у меня. Должен я заниматься чем-то, чтобы прокормиться. Вот и гоняю по обе стороны границы. Один день здесь, другой — там, неделю отдыхаю. Приходится, правда, якшаться с разными гнусными типами, но это лучше, чем сидеть без дела и без денег. Законы я блюду, разве что границу в неположенное время пересекаю.
— И всё же тебя трудно назвать законопослушным гражданином.
— Это так. Но я живу в гармонии со своей совестью. Мне нечего стыдиться. Я не убиваю за деньги, не работаю за еду и призрачное счастье быстро разбогатеть. Мне незачем врать и юлить. Ухо я держу востро, и верный обрез на случай, если кто-то захочет поживиться моим нехитрым скарбом. Живу в своё удовольствие. Вот ты — другое дело. Что ты здесь забыл? А?
— Из-за него. — показал пальцем на лежащего наёмника сталкер. — Он втянул меня в это путешествие. Сказал, тебе хорошо заплатят. Честно говоря, я и планы никаких не строил.
— Ого, какое откровение! Обычно парни вроде тебя врут. Говорят о высоких мотивах, придумывают себе красивые истории. Всё это бред. Рано или поздно тайное выплывает наружу. И получается некрасивая история. Ты, кстати, не ответил. Зачем ты здесь?
Айсберг напрягся, пытаясь уловить суть каверзного вопроса.
— Бежал от проблем.
— Банально! — Контрабандист оживился. — Тоже мне открыл Америку. Здесь таких идиотов полно́. И только?
— Я решил помочь Грешнику. Тот взялся за работу, но в последний момент дело пошло не так, как планировали. Его ранили, а я просто оказался в нужном месте. Помогаю ему.
— Выходит, ты и сам не знаешь, зачем попёрся сюда? Чудной человек.
Контрабандист выключил фонарь.
— Поплыли, чего уж языком чесать. Я хочу поспать и заодно послушать историю. Ты обещал, помнишь?
— Да.
Они проплыли мимо пятачка с иссечённой порослью. В чёрной воде плавали ошмётки биологического происхождения и мелкие ветки ивняка. Пограничники не промахнулись.
4.
Весело полыхал костерок, озаряя одутловатое лицо Контрабандиста. Порой зарево огня дотягивалось до мертвенно-бледного Грешника, которого Айсберг заботливо уложил на топчан из скатки и веток. Остановились они в одном укромном месте, в овраге за небольшим лесным массивом. Моторку Контрабандист спрятал, закидав её валежником и прочим хламом. Доставать еду не стали, ограничились термосом с горячим кофе.
— Ты обещал историю.
Лицо Контрабандиста горело детским любопытством и вниманием благодарного слушателя.
— Знаю.
Сталкер прищурился на костёр, отпил глоток горячего кофе и неторопливо начал рассказывать. Закончил он далеко за полночь, когда огонь уже практически погас. Фигура сосредоточенного Контрабандиста трансформировалась в смутно очерченный силуэт.
— Уфф. Увлекательная история. — прозвучало в темноте. — Ну договор ты выполнил, поздравляю. Теперь очередь за мной.
— Конечно!
Благодарный слушатель встал со своего места потягиваясь.
— Ладно, я отойду на минутку. Поставлю сигнальные ловушки. Неохота спать без чувства собственной безопасности.
— Хорошо. — на всякий случай обмолвился Айс, оставшись с Грешником и мыслями.
Пока Контрабандист, тихо матерясь, вытаскивал из тайника прибамбасы для сигнальной растяжки, сталкер решил проверить, как там его старый друг. Увы, но Грешник выглядел ещё хуже, чем раньше. Раны взбухли под повязкой. С них сочился гной и липкая сукровица. От неприятного зрелища Айса чуть не стошнило. Хуже всего то, что наёмник так и не пришёл в себя. Он дышал, дышал ровно, отчего казалось, будто человек спит. На деле Грех прочно завис между жизнью и грядущей смертью. Несколько дней — и все. Если не принять нужные меры. Сталкер не знал наверняка, поможет ли ему случайный знакомый, или нет. Он перестал доверять людям, выпрыгивающим из кустов за спиной. Что тут делал Контрабандист? Явно не на прогулку вышел. Вызывало опасение и место привала. Даже тайник здесь оборудовал, жулик этакий. В любом случае он ему благодарен за компанию и посильную помощь. Глядишь, хвалёный Дед поставит на ноги доходягу.
 
Напрасно Айсберг пытался найти среди тёмного беззвёздного неба хотя бы малейший признак луны. Её поглотили вечно зависшие над Зоной тягучие облака. Погода на Севере ничем не отличалась от южного климата. Те же пейзажи, унылая и вечно мрачная осень с проблесками солнца днём и изморосью по утрам. Эх, свалить бы отсюда в тёплые края, понежиться на пляже, поплескаться в солёном море. Мечты, мечты! Он вспомнил, как мальчишкой открывал географический а́тлас на первой странице и пальцем тыкал в точку на странице, представляя себя в указанном месте.
Спустя минуту на практически угасший костерок вышел Контрабандист.
— Готово. — сказал он. — теперь мы в относительной безопасности. У меня хорошая новость. В общем, долг ты отработал. Я отвезу твоего мгм… друга к Деду на постой.
— Спасибо, конечно.
— Пустяки. — махнул рукой незнакомец.
— Насчет его я всё понял. А что делать мне?
— Вот и подумай на досуге. Ладно, давай поспим пару часов. Утром разберёмся с твоей проблемой.
С этими словами Контрабандист расстелил себе спальник, который нашёл у Грешника в рюкзаке, и быстро уснул. Следом за ним вырубился и уставший за день сталкер.
5.
Проснулся Айсберг на рассвете от удара по ноге. Сталкер продрал глаза и увидел над собой Контрабандиста. В руках он держал обрез, заряженный, судя по взведённым куркам, и, что самое неприятное, направленный в его, мать, сторону.
— Давай поднимай свой зад. И без глупостей. Мне пора. — качнул оружием недавний попутчик.
Айсберг стряхнул сонливость, непонимая, что происходит, но правда оказалась более изощрённой, чем мог предположить. Напряжённое лицо Контрабандиста говорило прямым текстом: он не шутит и явно задумал нечто нехорошее в его адрес. Ещё вчера делили суп гороховый, сегодня этот самосёл в дурацких ботах и украинско-белорусским акцентом целился в него из оружия.
— Ты что делаешь?
— Бизнес такой. — простодушно сказал предатель. — Им нужны люди!
— Кому им? — ответил Айсберг, и наконец поднялся со спальника.
— Нам!
Последнее слово сказал не Контрабандист.
И правда. На полянку, где они устроили привал, вышли люди. Появившиеся чужаки напоминали оборванцев с Киевского вокзала, разве что вооружённые вертикалками старого образца. Одетые в драные ватники, кирзовые сапоги, холщовые штаны, с курчавыми бородами и сальными волосами, «оборванцы» не стали бродить вокруг да около. Один из них подошёл к Айсбергу сзади и приставил длинный ствол «ТОЗа» к голове сталкера. Второй жестом поприветствовал своего старого знакомого на правах старшего.
— Хто такий? — поинтересовался по-украински один из них у Контрабандиста.
— Никто. — ответил он. — Ошивался на речке рядом с бульбашами. Этот (показал рукой на Грешника) плох, не сегодня завтра отчалит в мир иной.
— Ты обещал привести троих или четверых. Из местных. А этот дурак. И что нам с ним делать? Пахать он не будет. Жмура себе оставь.
— Заставишь, будет. — хмыкнул самосёл, пряча обрез.
— Эй, Контрабандист, мы так не договаривались? — вспыхнул от злости Айс. Ему не сильно понравилось увиденное. Идти с бравыми «хлопцями» не входили в его планы. Но недавний «друг» лишь кисло посмотрел на него. Больше сказать Айсбергу не дали.
 
— Тихо! — рявкнул стоящий сзади боец, и ткнул стволом в шею пленника. От вооружённого гастролёра разило салом с чесноком. — Иначе устроим щас москаляку на гилляку.