Zona Антиматерь (СИ)

Крокодилу не повезло. Посреди реки сом оказался более изворотливым соперником, нежели обитатель суши и прибрежной полосы. Огромная блестящая петля придавила туловище своей тяжёлой массой, сковала конечности гибким шнуром. С выпученными круглыми глазами рептилия разевала пасть и выплёвывая литрами воду. И только хвост, шипастый, массивный, продолжал молотить по скользкой шкуре гладкого сома, что медленно и верно гнул свою линию. Он крепко удерживал на плаву зубастого хищника, несомненно, опасного для него, вынуждая того тратить силы на удержании равновесия. Ещё немного — удавка затянется, и сом утащит ослабевшую добычу на глубину, в вязкий ил, чтобы там прикончить дерзкого выскочку, помешавшего ему завладеть вкусными млекопитающими.
Если только в схватку не вмешаются люди…
Все трое, наблюдавшие за дракой двух чудовищ, внезапно поняли, чем чреват выигрыш рыбы. Не говоря ни слова, они зарядили оружие и принялись стрелять по огромной чёрной колбасе с плавниками и налипшими водорослями. Сом не имел такой прочной шкуры, как крокодил, поэтому пули с лёгкостью вонзались в податливую плоть «змеи», вырывая мясо и дробя мускулы. Даже картечь от «сайги» запросто находила себе цель: промахнуться с 7-10 метров было нельзя. Патроны никто не экономил. Злость и усталость, накопившаяся за целый день, хлынула смертоносным веером свинца в исчадие Припяти. За десяток секунд чудовище превратилось в дуршлаг. Они остановились только тогда, когда щёлкнули бойки по затворам.
Пули, эти маленькие посланники смерти, великолепно справились со своей задачей. Нашпигованный ими сом скатился с крокодильего туловища и попытался скрыться в глубине. Но у него ничего не вышло. При попытке к бегству он подставил кровоточащее брюхо сопернику, который тут же воспользовался просчётом. Кривые зубы аллигатора с размаху вонзились в брюшную полость, вспоров её одним махом, как консервы. Следующим взмахом узкой головы он намотал на ноздри длинные жгуты окровавленных внутренностей, и терзал брюхо до тех пор, пока рыбина окончательно не прекратила сопротивляться. Но крокодила не устроил такой финал. Он подплыл до раззявленной морды полутонного гиганта и сомкнул свои мощные челюсти у него на шее.
Всё было кончено.
  
Глава 4. Секта
 
1.
Старик проснулся задолго до рассвета. Ему стало холодно, и поверх тёплой кофты Нестор накинул байку. Прокля́тый ветер добирался и сюда: ветхая развалина изобиловала щелями и продухами. Неудивительно, что даже летом в хижине постоянно шуршали сквозняки. Он давно хотел подлатать берлогу, да все руки никак не доходили. Ну и Наставник вечно выдумывал работу.
Сон к нему больше не пришёл. Поэтому Нестор, проклиная собственную лень, с тяжёлыми веками поднялся с топчана. Он попытался найти выключатель, запитанный от близлежащей «электры», но разрядившаяся аномалия и без искусственного света освещала тесную каморку. Послушник моргнул и отвернулся. За столько лет он так и не привык к аномалиям, вроде Чёрного. Тот мог часами бродить среди них с воздетыми к небу руками и читать проповеди, только ему известные. Всё же электричество он включил. Электра не заглянет в каждую щель, и не сделает тебе кофе. Впереди его ждала привычная и монотонная работа. Сегодня его черёд обходить окрестности. Это лучше, чем слушать бредни свихнувшегося Чернокнижника. Старый чёрт в последнее время совсем разошёлся. Бубнил о новом пришествии, вспоминал Матерь, что скоро спустится с небес, и, конечно же, апокалипсис. Плох, старец. И всё бы ничего, но зачем остальным навязывать своё безумие и бить в грудь, что только ему дарована истинная вера. Хех, за этими высокопарными словами скрывалась жажда власти Чёрного. И пусть другим отрокам вешает лапшу на уши, например, Джованни или молодому Яну, а его не проведёшь. Чернокнижник с хитринкой, ему нравится положение всезнайки, хотя за эти несколько лет мало покидал своё жуткое логово. Жил на всём готовом. Отдавал распоряжения. Принеси-подай, иди на хрен, не мешай! Одно дело, проводить обряды, и совсем другое, выполнять каждодневную рутину. Но руководить паствой тоже нужно уметь.
 
Старик почесал затылок и натянул галоши на ноги. Ему на глаза попалась висящая на стене винтовка Драгунова. Старая добрая «плётка». Сегодня он решил взять её с собой. Жаль, что патронов маловато. Ну, ничего страшного, авось сегодня пронесёт, и ему не повстречаются разные дурни, что попробуют взобраться на Холмы осмотреться. Ржавая двустволка ему вконец опостылела. Скупердяй Чернокнижник, чтоб тот околел, жадничал денег на нормальное ружжо. Только и знал, качать седой головой и бубнеть, что «братство не нуждается в оружии». Почти так. Он-то ручки не марает, хотя за свой век десятки человек отправил к Матери на тот свет.
Послушник ласково погладил добротное оружие. Эх, смазать бы старушку, что ли? Только вначале он сделает себе кофе… Послышались шаги, и в крошечную хижину, сложенную из кирпичей и шлакоблоков, вошёл приземистый человек с широкой спиной. В тесной каморке разом потемнело несмотря на выглядывающее утреннее солнце, что любопытно пробивалось сквозь хмурые облака. По своеобразной походке и низкому силуэту человек признал в раннем госте Джованни — помощника Чернокнижника. Надо же, доверенное лицо отправил вместо себя. Обычно сам ломится в дверь спозаранку.
— Мир тебе, Нестор!
— Мир, Джованни!
Они оба показали открытые ладони правой руки в знак приветствия.
Как и водилось, Джованни не стал бродить вокруг да около, и сразу перешёл к делу.
— В рейд сегодня пойду я. Ты и Варяг отправитесь на кладбище.
— С чего бы это? Моя очередь идти в обход. Или это прихоть Отца?
Джованни кивнул.
— И чего этот хрыч захотел? Мидий в соусе, или ананасов кусочками?
— Не называй его так. Он жутко гневается, когда ты его так зовёшь.
— Значит, не говори ему. Список есть?
Визитёр кивнул.
— Варягу отдал. Спроси у него.
— Мг. А патроны он написал?
— Какие патроны?
— Я две недели назад просил боезапас к СВД-шки. И чего-то я не наблюдаю его. За те артефакты, которые мы поставляем братьям, можно танк перегнать на холмы.
— Не кипятись, Нестор! Возьми себе пачку «семёрки», если есть нужда. Насколько я помню, ты давно с неё не стреляешь. — хмыкнул низкорослый послушник, скрестив руки на животе.
— Ты в курсе, что туман пропал по всей доли́не Припяти. Если кто попрёт с юга и захочет заглянуть на огонёк, а у меня патронов нет, и чего тогда делать будем? Из всех нас только четверо умеют стрелять, хотя нет, трое. Чернокнижник променял автомат на тетрадку в чёрной коже.
— Крамольные вещи ты говоришь! Отец предупреждал, брат Нестор начнёт жаловаться. Мы же Хранители, помнишь? У каждого своё предназначение в бренной жизни.
С этими словами Джованни вышел из хибары Нестора, оставив того одного со своими жалобами и ворчанием.
Послушник повалялся ещё немного на топчане, после чего поставил кофейник на одноместную электрическую конфорку. Кофе он любил, особенно перед дальней доро́гой. Несмотря на недовольства, Нестор не мог не выполнить просьбу Наставника. Их связывало больше, чем вера в Мать.
Собрался он быстро. В котомку бросил краюху чёрствого хлеба, немного сушёного мяса, и бутылку воды. Ну и по мелочи. Со стены он снял облегчённый ментовский бронежилет, на который накинул безразмерный балахон. Не забыл послушник взять и накладные линзы чёрного цвета, которые стоили на Большой Земле приличных денег. Такие были только у него и у Чернокнижника. Оставалось лишь зарядить винтовку Драгунову, древнюю, но довольно ухоженную.
 
На пороге он столкнулся нос к носу с Варягом — угрюмым мужиком лет сорока с изуродованным лицом. Из-за ран Варяг толком не говорил, так, мог изъясняться отдельными словами. Тот замер у косяка, сгорбившись, с автоматом в руках. Оделся молчун, как и Нестор, в чёрную тогу свободного кроя, наподобие римской.
— Мир! — поприветствовал взмахом руки вверх Нестор.