Я тебя найду

– Еще раз приношу свои извинения, Брина, – с непробиваемым спокойствием повторил он. – В моей ванной накрылись бытовые заклинания, я решил воспользоваться общей, и… хм… получилось неловко.
Впредь буду запирать дверь. И запечатывать магией.
– Давайте считать, что этим вечером мы не виделись? – Я нашла идеальное решение.
Компромисс был принят кивком. Я поспешила в свою спальню.
Тьен направился в ванную, как и планировал.
– Брина? – И когда я остановилась и посмотрела на него, тихо добавил: – При всем желании я не смог бы забыть эту встречу.
И пока я боролась с рвущейся наружу порчей и искала в меру вежливый способ поставить на место бесстыжего баловня судьбы, бессовестный тип скрылся в ванной. Тварг!
Румянец сполз со щек на шею и ключицы. Перед глазами плясали маленькие звездочки.
Ла-адно. Спокойствие. Необязательно как-то реагировать. Ничто не мешает мне забыть неприятный инцидент. А если он не прекратит… смотреть и не знаю, что еще… использую магию. Или уволюсь и уеду. Ведьме с рекомендациями не составит труда прокормиться.
Успокоившись немного и определившись с планом действий, я зацепилась взглядом за приоткрытую дверь его комнаты.
Понятия не имею, что в меня вселилось, но я опомниться толком не успела, как уже осматривалась внутри.
Обстановка немного безликая, что и понятно – Себастьен Керрингтон несколько лет не жил дома. Его вещи еще не доставили. Но в комнате уже едва уловимо пахло хорошим мужским парфюмом и капельку тимьяном. Я фыркнула, стремясь отделаться от запоминающегося аромата, мазнула взглядом по разобранной постели… кожу ужалило знакомым ощущением.
Отлично знакомым. Пугающе знакомым, я бы даже сказала. Так точно не фонят полетевшие бытовые заклинания.
Я ломанулась в ванную, как если бы от этого зависела моя жизнь. Дверь легко поддалась, саднящее ощущение на коже усилилось, и по венам пронесся жидкий огонь. Тварг! Краны оплавились, а сама каменная ванна обзавелась внушительной трещиной. При этом уже порядком износившиеся бытовые заклинания были исправны.
Здесь произошел выплеск силы. Темной.
И если бы эту силу вовремя не взяли под контроль, весь дом могло снести.
Память подсунула непробиваемо спокойный образ Тьена Керрингтона заодно с общеизвестной информацией о том, что у истинной аристократии в крови умение держать лицо в любой ситуации. Даже если мучительно больно? Даже когда хочется убивать? Или когда сам погибаешь от рвущей тебя изнутри темной силы?
Я прошипела ругательство и помчалась в общую ванную. Головоломка почти сложилась, но сейчас не было на это времени. Надеюсь, этот сумасшедший там еще цел!
Двигаться абсолютно бесшумно я умела и сейчас могла поклясться, что не издала ни единого лишнего звука. И все равно не было неожиданностью, когда Тьен сразу же повернул голову в мою сторону. У магов тоже есть чутье.
Бледный. Но живой. Только из раны в боку сочилось что-то черное с серебряными вкраплениями самой опасной магии.
Страх туманил голову. Все же когда колдуешь не сама, это не то же самое.
Одновременно тело словно жило своей самостоятельной жизнью: я уже успела войти внутрь и тихонько прикрыла за собой дверь.
– Вот тварг… – не удержалась от оценки ситуации. – Так это о тебе писали в газетах? Ты был в отряде, который почти полностью погиб в замке черной ведьмы?
Когда ругаешься или хотя бы болтаешь – не так жутко.
– Матери с сестрой только не говори, – сквозь зубы попросил будущий герцог.
Это он от боли. Боль, должно быть, дикая…
– Серьезно? В такой ситуации ты еще способен думать об этом?!
– Не хочу их волновать.
Ясно. Он хороший.
А я закатила глаза, показывая, что думаю об излишнем благородстве. Нашел тоже время!
Сжав зубы, шагнула к нему и потянулась к ране, в ответ на что этот псих выставил щит. И нашел же силы!
– Осторожно, – рыкнул на меня. – Ты понятия не имеешь, как это опасно.
Да ладно?! Я скептически фыркнула и зажгла в пальцах серебряные магические огни. Продемонстрировала их магу и стала понемногу убирать силу из так называемых энергошаров, которые стремительно окрасились в фиолетовый, а потом и вовсе растаяли черным дымом.
 
– Поверь, я точно знаю, куда лезу, – произнесла ровно.
Тьен прерывисто выдохнул и убрал щит.
– И почему ведьмы больше не хотят варить приворотные и накладывать порчи? – вопросил ворчливо.
– Эмансипация? – прищурилась я.
И нечего тут морщиться. Между прочим, это я после всего опять останусь с опустошенным резервом. Что ж не везет-то так? Связалась на свою голову.
Окутанные магией пальцы коснулись бордовой припухшей кожи. От меня не укрылось, как мужчина вздрогнул и стиснул зубы.
– Можешь кричать, – разрешила щедро и приготовилась колдовать звукоизолирующие чары.
– Спасибо, – он даже попытался изобразить кривую усмешку, – но я, пожалуй, воздержусь.
Ну… как знает. Потом пусть не жалуется, если на его вопли прибегут не только мать с сестрой, но и все слуги.
Осторожно ощупывая, я отделила крохотную искорку силы на диагностирующее заклинание. Ну да, так и думала… Рана заражена кровью демона, а поверху кто-то добрый наложил незаживающую порчу. Странно, что в таком состоянии он сумел вернуться домой и неплохо так продержаться весь день. Разве что его в столице подлечили, но мощный портал активировал остатки магии в ране.
– Приготовься, будет больно…
– Не сюсюкай со мной. – Вот и пытайся изобразить подобие заботы! Хоть бы кто оценил! – Просто делай, что надо.
Морда неблагодарная. Отлично!
Я резко надавила. Будущий герцог дернулся, но даже не застонал, только зубами скрипнул. Ничего такая выдержка. Ах да, он же боевой маг! По пальцам потекла черная жижа, шипя и пузырясь от взаимодействия с моей силой. И это они еще довольно схожи. Возьмись это лечить маг или обычная ведьма, тут бы полдома смело. Меня же больше волновало, как успеть выдавить всю гадость до того, как у Тьена закончится терпение и он пошлет меня вместе с таким лечением куда подальше. Звание мага и все эти литые линии тренированного тела не обманут меня, изнеженные герцогские детки редко умеют долго терпеть.
– Осталось немного. Сейчас я запущу очищающее заклинание и сниму порчу.
– Какую порчу?!
Ну нервничать-то так зачем?
– Которую ты привез с собой из столицы, вероятно.
Он посмотрел на меня странно, но никакой глупости не сказал. Уже хорошо.
Крошечная серебряная искорка скрылась в ране. Судя по выражению лица, Себастьен в мыслях грязно выругался. Я же аккуратно подцепила порчу и гневно зашипела, когда она обожгла мне пальцы.
Свеженькая. Может, он и не в том бою ее получил? Похоже, кто-то сильно не хотел, чтобы его светлость выкарабкался.
– Прости, – хрипло произнес маг, возвращая меня в реальность.
Проследив за его взглядом, я наткнулась на свои обожженные пальцы. Да уж. Жить в поместье Керрингтонов как-то неполезно для моего здоровья. О поджидающем к утру истощении вообще молчу.
– У меня был шанс притвориться, будто ничего не заметила, и спокойно лечь спать.
Интересно, есть какой-то ритуал, усыпляющий в ведьмах совесть и излишнее чувство сострадания? Мне позарез надо.
– Я едва не убил сестру, – хрипло выговорил Тьен, в то время как я полотенцем и остатками его рубашки стирала с него черные вязкие разводы. – Никогда бы себе не простил.
– Полагаю, ты был без сознания и подпитывался от Энни безотчетно, – спокойно заметила я.
Задела пальцами твердые мышцы у него на животе. Торопливо отдернула руку. Из раны уже начинала сочиться нормального цвета кровь, подтверждая, что мы на верном пути.
– Это не оправдание, – забывшись, мотнул головой маг и тут же поморщился от боли.
– Тогда, может, тебя утешит, что ее убивал не ты, а темное колдовство, раз за разом присасывающееся к вашей связи?
Болотные глаза полыхнули золотыми искрами и погасли. На столь бурное проявление эмоций у их хозяина не оставалось сил.