Волки и надзиратели (ЛП)

Девушка осматривала сломанное оружие, делая вид, что игнорировала мое присутствие. Глупая игра. Я ощущал запах ее настороженности из-за меня.
— Тебе придется бросить охоту, — сказал я. — Ты не можешь одолеть оборотня без оружия.
— Думаешь? — она злобно посмотрела на меня, а потом раздраженно вздохнула и связала куски лука и прислонила их к плечу. — Похоже, мне придется вернуться к бабуле. Можешь не показываться. Мне вряд ли потребуется твоя защита в ближайшее время, — она с горечью произнесла «защита».
Я пожал плечами. Это движение было странным для моего звериного тела. Но день тянулся к сумеркам, и все больше от моего человеческого облика возвращалось, а с ним и невольные человеческие жесты.
— Мое задание — приглядывать за тобой.
Она скривила губы. Много раз за последние несколько недель с тех пор, как она осталась в доме ведьмы, я думал, что она была бы хорошим волком. Лучше меня. Хотя после почти двадцати лет я почти не помнил время, когда не был монстром. Может, те давние дни были просто сном.
— Делай, как тебе нравится, — сказала девушка, стиснула зубы и пошла в лес.
— То, что мне нравится, не вариант, — буркнул я, пошел за ней. Я не знал, что она делала. Дом ведьмы лежал в противоположном направлении от ее пути. Но девушка не ходила по Шепчущему лесу прямым путем, хотя как-то умудрялась приходить к нужному месту. Странно, как легко она ориентировалась в этом мире, хотя была человеком.
Но она была внучкой Элораты Доррел. Существо магии и злобы по натуре.
Желчь подступила к горлу, пока я шел среди кустов за девушкой. Хоть я старался, животные инстинкты кипели в крови — инстинкты говорили мне, что передо мной шла добыча, и ее спина была открыта. Она должна была бежать… а я — гнаться. Так было заведено, так всегда будет. Я почти ощущал радость от своих лап, вонзающихся в землю при быстрой погоне. Я ощущал радость от момента, когда собью ее на землю, придавлю, теплую сладость ее крови на моем языке, когда я погружусь зубами в мягкую плоть ее шеи.
Я был для этого создан. Я был кровожадным зверем.
Но так было не всегда. Глубоко внутри, где еще билось сердце мужчины, я искал силы сопротивляться.
Я замотал тяжелой головой, заставил волка успокоиться, а человека — забрать власть. Все стало яснее, и картинка появилась передо мной — та же девушка, но как ее видел человек, а не зверь. Высокая, худая и сильная, с женственным телом, хоть агрессия и исходила из каждой поры. Ее волосы выбились из высокого пучка, спутанными волнами ниспадали на спину. Рыжие ленты, словно осенний лес.
Мое сердце странно дрогнуло в груди.
Но я знал это чувство. Ненависть. Чистая ненависть. Ненависть к этой девушке, охотнице. Внучке ведьмы.
Моему врагу.
3
Бриэль
Короче всего до дома бабушки была тропа остролиста.
Сложно объяснить пути Шепчущего леса тому, кто не был знаком с ритмами этого места. Это были не просто тропы. Они даже не вели по лесу. Не совсем. Они будто обходили лес. Можно было шагнуть за деревья и пронестись по миру тени и света, минуя в процессе мили.
Это очень опасно. Но я не боялась.
Я заметила куст остролиста недалеко от места, где нашла рыжего оборотня, зная, что он понадобится мне для обратного пути. Я шла туда, но не так быстро, как должна была. Мне не хотелось встречаться с бабушкой без трофея в руке. Это было первое задание, которое она дала мне с начала моей службы. За поражение придется платить. Я не знала, какую цену. Может, еще день добавится к семи годам. Может, это будет что-то еще. Но мне придется заплатить, я не сомневалась.
Бабушка не прощала ошибки.
Дир шел за мной. Он не говорил, слава богам. Я не знала, привыкну ли когда-нибудь к голосу человека — искаженному и рычащему — звучащему из пасти волка. Все в нем было неестественным и жутким. То, что его послали наблюдать за мной, не делало его присутствие приятнее.
 
Он уже дважды пытался меня убить. Один из этих случаев был две недели назад, когда мы с Валерой искали бабушку, желая попросить о помощи.
«Валера…».
Во мраке моего разума появилось лицо сестры, когда я видела ее в последний раз. Она склонилась надо мной, пока я лежала на кровати, почти мертвая от ужасного проклятия, ее лицо осунулось от тревоги, было отмечено болью. Болью в душе из-за меня. Она хотела как лучше, конечно. Но последствия были катастрофическими.
«Валера…».
Где она была теперь? Она ушла, когда договорилась с бабулей о спасении моей жизни. Только этой сделкой она могла меня спасти. Я знала это. Правда. И я не хотела презирать ее за это. Но порой…
Она ушла. Ушла глубже в Шепчущий лес, в странные миры фейри. Может, погибла. Боги знали, она не была готова ко всему, что лес и фейри могли бросить ей!
Она была потеряна для меня. Навеки.
Я скрипнула зубами, крепче сжала сломанный лук. Я не буду думать об этом. Я не буду думать о ней. У меня была своя жизнь, свои проблемы. Меня ждали семь лет службы ведьме.
Ведьме, которая хотела превратить меня в личного палача.
Я заметила красные ягоды среди зелени. Куст остролиста. Заостренные листья блестели, яркие плоды выделялись в тенях полянки. Я оглянулась. Дир все еще был близко, но я не могла заметить даже мельком серую шерсть. Для такого большого монстра он умудрялся поразительно незаметно двигаться.
— Жаль, что бабушка попросила не его голову, — буркнула я, поправляя обломки лука на плече. Я бы не стала медлить, если бы нужно было его убить.
Я трижды обошла куст остролиста. Была хитрость для открытия ворот в измерение Хинтер. Я не овладела навыком полностью, ведь у меня были лишь крупицы магии. Как внучка бабули Доррел, я должна была обладать хотя бы каплей. Не так много, как у Валеры, но этого хватало, чтобы ощущать мерцание магической энергии в атмосфере вокруг меня. Этого хватало, чтобы поймать магию и управлять ею, чтобы открыть проход между реальностями.
На третьем круге тень куста остролиста вдруг удлинилась, стала темной линией в лесу. Деревья по бокам тени отступали, их корни двигались под землей, пока тень создавала прямой путь среди зарослей. Тропа приведет к калитке бабушки. Мое обычное зрение все еще видело только тень. Но кусочек меня видел куда больше — нечто твердое, по чему можно было идти.
Я замерла и оглянулась. Оборотня все еще не было видно. Но я знала, что он был там. Следил за мной.
— Ты идешь? — крикнула я. — Врата скоро закроются.
Ответа не было. Это не удивляло. Вряд ли Диру нравилось использовать пути Хинтер, он предпочитал ходить в глубинах Шепчущего леса, по следам, которые он чуял. Это было не так быстро и эффективно, но у него получалось. Он всегда был близко ко мне.
— Как хочешь, — я пожала плечами и ступила на тропу.
Я использовала тропы Хинтер годами. Я узнала тайну почти случайно в детстве, вскоре после того, как хитрый фейри украл у меня Валеру. Меня всегда влекло к Шепчущему лесу, но после той ужасной ночи я погрузилась в его глубины, не думая ни о чем, желая найти ее и спасти. Вскоре я попала на первую тропу и испытала ужас измерения Хинтер.
Такой ужас потрясал каждый раз, сколько бы ни испытывал его.
Я ощущала его сейчас, он был готов впиться в меня. Но я игнорировала ощущение и шагала по теневой тропе. Вокруг меня мир ощущался — на поверхности — как лес, который я покинула. Зелень и пятна солнечного света на листьях на земле. Но это было не настоящим.
Настоящим было пространство за этим впечатлением. Большой простор, тянущийся во все стороны к бесконечному горизонту, озаренный зловещим серебряным сиянием. В том пространстве были существа. Большие. Не подлежащие описанию. На них не стоило смотреть прямо.
Это измерение — Хинтер, непознанная загадка — было реальнее леса. Но я держалась за ложные впечатления всеми силами. Это был единственный щит между мной и безумием. Лучше было смотреть только вперед, на цель впереди.