Волки и надзиратели (ЛП)

Но песня была разбита.
Я вскочила со стула, бросила плод, и он укатился, снова стал маленькой отрубленной головой. Все мое тело содрогнулось от ужаса. Я едва подавила тошноту.
Ужасный вопль раздался в конце стола. Демонесса вскочила, ее тело стало длиннее, ломаясь и вытягиваясь, и она стала вдвое выше, чем была. Она уперлась руками в стол, сбила тарелку фруктов ладонью. Другая рука потянулась ко мне, вытягиваясь. Я отпрянула на шаг, мои глаза расширились. Страх душил меня, крик застрял в горле.
Вдруг мелькнула темно-серая шерсть. Дир был там. Наполовину человек, наполовину волк, он впился в руку демона сильными челюстями, зубы вонзились до кости. Демон завизжал и затряс рукой, пытаясь сбросить его. Он держался, рычал.
А я все еще стояла.
Три вдоха, и что-то заискрилось в моей голове, заставляя меня отскочить от стола, быть подальше от шума рвущейся плоти и ломающихся костей. Инстинкт заставил схватить почти забытый лук, прислоненный к стулу. Я повернулась, готовая бежать, но сделала три шага и остановилась.
Я оглянулась. Посмотрела на дерево.
Это был мой шанс.
Нечеловеческие звуки били по моим ушам, и адский бой когтей и зубов мелькал сбоку. Я закрылась от них, сосредоточилась на цели. Я вскочила на стол, отбросила ногой миску с мелкими головами, и они покатились. Я смотрела на самую высокую ветку яблони, сияющую в свете луны. Я прицелилась.
Рыки утихли. Осталась только я. Я и то яблоко, так высоко наверху. Я и глубокий вдох.
Я не получу второй шанс.
Я медленно выдохнула.
И моя стрела полетела уверенно и ровно, словно могла пронзить луну. Но ей не нужно было лететь так далеко. Острый наконечник рассек тонкую ветку, и она сломалась, повисла.
И вес яблока заставлял ее сорваться.
Я уже была в движении, неслась по столу, перепрыгивая тарелки и миски. Что-то свистнула слова, и я заметила, как изогнутые черные когти рассекли воздух в дюймах от моей щеки.
Я не повернулась. Не остановилась.
Я спрыгнула со стола, вытянув руку. Мои пальцы сжали золотой плод.
Я охнула и рухнула на колени, прижимая яблоко к сердцу. Пару вдохов я не могла двигаться, кости сотрясло от падения.
Но я не могла задерживаться. Не тут.
Я собрала силы, вскочила и повернулась, едва увернулась от ладони демона, который рухнул на камни, где я была на коленях миг назад. Я отпрянула, вернула равновесие и побежала вдоль стола. Часть меня гадала, где был Дир, был ли он еще жив. Но на такие мысли не было времени. Мне нужно было уходить отсюда, отыскать путь к вратам.
Что-то зацепилось за мою голень. Я охнула и упала с воплем, с трудом защитила лицо от удара об камень. Яблоко все еще было в моей руке, прижатое к груди. Я ударила ногой, коготь не отцеплялся. Я отчаянно перевернулась на спину, посмотрела между ног. Демон лежал на камнях, вытянулся во всю длину, лицо существа исказилось в оскале. Где до этого не было рта, появилась брешь в нижней половине лица, и раздвоенный лиловый язык трепетал между острых зубов. Ее третий глаз дико смотрел на меня, и я слышала начало ее ядовитой песни в моей голове.
Я закричала, пытаясь заглушить этот звук, снова перекатилась. Я смогла пролезть между двух стульев, поползла на животе под столом. Рука с когтями тянулась за мной, но ухватилась за ножку стула. Демон вытащил стул и бросил его за себя с грохотом, стул разбился об каменную стену атриума.
Я вылезла из-под стола с дальней стороны, встала на четвереньки. Я уперлась ногой, отчаянно вдохнула и встала. В миг глупого ужаса я повернула голову и оглянулась.
Демон поднялся на стол, огромный, с множеством суставов, волосы дико развевались в свете луны. Демон взревел, потянулся ко мне рукой…
Дир снова был там.
Он появился будто из ниоткуда, бросился к голове демона. Его челюсти порвали ее щеку, оставив зияющую рану. Вопли боли и ужаса демона чуть не парализовали меня, она пыталась вырваться из хватки врага.
Я повернулась и побежала по атриуму, попала на пустой газон. Мое сердце гремело в ушах, но недостаточно громко, чтобы заглушить ужасные звуки за мной. Я бежала изо всех сил, добралась до кустов. Наверное, это была ловушка, и кусты проглотят меня целиком. В тот миг мне было все равно. Я лучше погибну в ядовитом лабиринте, чем в когтях Квисандораль. И, может, я смогу пробиться до ворот…
 
Я услышала вопль боли.
Звук пронзил меня, словно стрела — сердце.
Я не должна была останавливаться. Нужно было бежать и не оглядываться.
Но я развернулась, волосы дико развевались вокруг лица, пока я смотрела на атриум.
Дир лежал на спине посреди сломанного стола. Его огромное тело растянулось, руки были раскинуты, волчья голова — откинута. Я видела, как его грудь вздымалась и опадала, он был жив. Но не двигался.
И демон — лицо истекало серебряными струйками, кожа свисала лохмотьями из множества ран — полз к нему по столу. Он уже не выглядел как женщина, жуткий, с множеством суставов, странный. Спина демона изгибалась, словно там была змея, и ноги с руками терзали стол, оставляли трещины на камне. Он поднял руку, когти сверкнули в свете луны, и я знала, что эти когти вонзятся в сердце Дира.
У меня была секунда на решение. Бежать или…
Я бросила яблоко в траву, вытащила стрелу. Я заняла стойку.
— Эй! — крикнула я. — Тут, уродина!
Демон повернул голову.
Я выстрелила.
Стрела полетела, рассекая ядовитые испарения и песни. Она вонзилась в центр глаза, похожего на драгоценный камень.
10
Дир
Я смотрел в лицо смерти.
Я не боялся. Ничего не ощущал. Все чувства были выбиты из тела, пока я лежал посреди стола. Я мог только пытаться дышать и смотреть в сияющий глаз.
Демон поднял голову. У меня оставались мгновения. Даже меньше.
Я не знал, почувствую ли свободу в миг смерти. Или боль будет слишком большой?
— Эй!
Ясный голос прозвенел, как колокольчик, заглушил гул в моей голове.
— Тут, уродина!
Это… была Бриэль?
Глаз, похожий на драгоценный камень, моргнул. Поднял взгляд.
А в следующий миг будто что-то расцвело в центре — подрагивающий стебель с цветком из перьев. Я глядел, потрясенный, не понимая, что видел.
А потом демон издал ужасный вопль и отдернулся, большие ладони терзали его лицо. Он вопил и вопил, странная темная сила вырывалась из него. Та сила быстро неслась, как рябь на воде, побеспокоенной камнем. Она накрыла меня, задрожала в моих костях. Это была древняя магия. Древнее всего, с чем я сталкивался.
Я думал, что это убьет меня.
В следующий миг я моргнул. Я все еще был живым. И я ощутил прилив сил, какого раньше не было. Кувыркнувшись, разбрасывая тарелки и миски, я бросился мимо стульев и приземлился на четвереньки на землю. Я тряхнул головой, заставляя зрение проясниться, а разум — сосредоточиться. Когда я поднял голову, я увидел результаты той темной волны.