Возмездие

Хауэлл на мгновение остановился и попытался подобрать нужное выражение. Однако оно выскочило из памяти, и Хауэлл достал из кассетника пленку, на которую он наговаривал текст в начале работы. Вставив кассету в магнитофон, он прокрутил пленку до половины и нажал на кнопку. К удивлению Хауэлла, вместо его собственного зазвучал голос Бо Скалли: шериф рассказывал об О’Койненах, о письме, которое от имени Джойс написала ему Кэтлин. Хауэлл вспомнил, что в тот день, когда к нему пришел Бо, магнитофон работал в режиме управления голосом. Хауэлл прослушал историю Бо, нажал на «стоп» и перемотал пленку назад. Почему-то он подумал, что иметь такую запись очень даже неплохо.
К домику подъехала машина, и через мгновение в комнату ворвалась Скотти.
— Ну, что у нас на обед? Хоть какая-нибудь еда осталась?
— Я сегодня утром ездил в магазин, — сказал Хауэлл, убирая пленку. — Так что у нас все есть.
— Потрясающе! Я умираю с голоду.
— Плохо только то, что тебе придется готовить. У меня нет сил. Я сегодня весь день работал, как вол.
— Выпить хочешь?
— Конечно. Налей мне виски. Я заслужил.
— Да ладно тебе! — усмехнулась Скотти, подавая ему выпивку. — Я не верю, что ты работал настолько усердно.
— Да, но ведь я работал не только над книгой. Я еще занимался дедукцией. И, по-моему, кое до чего додумался. — Хауэлл выдвинул ящик письменного стола и достал отксерокопированные листки с записями Бо.
— Ну, и до чего ты додумался?
— Сейчас расскажу, но прежде я хочу тебе сообщить, что мы сегодня с Бо встретились в закусочной, и я сорвал с тебя последнюю жалкую маску.
Скотти изумленно уставилась на него.
— …Что ты сделал?
— Рассказал ему все. Сказал, что ты глупая желторотая журналистка, которая бросила работу, не поладив с коллегами — а вернее, получила коленом под зад — и поверила неподтвержденным слухам. Я красочно описал, как ты из кожи вон лезла, но ничего не обнаружила, и добавил, что, наверное, очень скоро ты сдашься и, поджав хвост, вернешься в Атланту.
— Черта с два я вернусь!
— Конечно, но я надеюсь, Бо мне поверил. Это поможет тебе… вернее, нам с тобой… уцелеть.
Брови Скотти полезли вверх.
— Так-так. Хороший ход. И кого это может сразить?
— Нас, если ты будешь выпендриваться. Я вовсе не уверен, что Бо купился на мои байки. Для нас разумнее всего действовать так, как если бы он мне поверил.
— Я тебя понимаю. Ну, а все-таки до чего ты додумался?
— На самом деле мне просто повезло. Дедукция тут в общем-то ни при чем, — Хауэлл разложил листки бумаги на столе. — Я выяснил, что такое «ПАОС».
Скотти заглянула ему через плечо.
— Что-то?
— Так вот. «АОС» — это «Аэропорт Округа Сазерленд».
— Как? Я даже не подозревала, что в округе Сазерленд есть аэропорт.
— Можно считать, что его почти нет. Это просто взлетная полоса, поросшая травой. Примерно в миле, чуть поменьше, от дома Келли. Там стоит пара маленьких самолетиков, которые, судя по их виду, используют не так уж часто. Еще там есть заброшенная хижина — наверное, там когда-то был местный клуб авиалюбителей — матерчатый конус для определения направления ветра и, что самое важное, посадочные огни.
— Посадка в аэропорту округа Сазерленд, — прочитала Скотти, поглядев на бумаги. — ПАОС.
— Так, что еще?
— Еще мы знаем дату и время! — ликующе воскликнула Скотти.
— Да, если они не изменились, — кивнул Хауэлл. — Поэтому я и рассказал все Бо. Мне не хотелось, чтобы он разнервничался и передоговорился. И все же ты не спускай глаз с телетайпа, о’кей?
— Разумеется. Я хочу съездить в аэропорт и взглянуть на взлетную полосу.
— Ни в коем случае! Ты и близко не должна подходить к аэропорту. Мы не знаем, кто сообщники Бо. Вполне может быть, что за аэропортом заранее установлена слежка. Остается только надеяться, что и меня там не засекли.
Скотти кивнула.
— Я понимаю. Как ты считаешь, у нас уже достаточно материала, чтобы отправиться в Бюро расследований штата Джорджия или даже в ФБР?
— Пожалуй, да, но, по-моему, нам лучше пока воздержаться.
 
— Это еще почему? Нам же нужно устроить ночью на летном поле засаду. Мне вовсе не улыбается самой арестовывать Бо; ты правильно говоришь, мы не знаем, сколько у него сообщников.
— Не волнуйся, мы этого делать не станем. Но звонить сейчас в Бюро расследований тоже не надо. Бо узнает о расписании полетов из телетайпных сообщений. Они могут поступать из любого штата, округа, места или… из офиса ФБР. Если мы обратимся сейчас к властям, наше сообщение могут перехватить. И если полет будет отменен, то что останется в нашем распоряжении?
— Только фальшивый паспорт. Больше ничего.
— Верно. Поэтому я думаю, самое разумное — это приехать в назначенную ночь на аэродром и раздобыть вещественные доказательства наших обвинений. Если нам удастся представить доказательства и, может быть, определить, какую роль играет во всем этом Бо, тогда властям придется пошевелиться. И уж газета, наверняка, поднимет шум.
— О, да! — восторженно воскликнула Скотти. — Они подпрыгнут до потолка, когда я принесу им такой материал.
— Если ты хочешь, чтобы они подпрыгнули до потолка, нужно принести им фотографии. У тебя есть фотоаппарат?
— Да, «Никон» с пятью объективами.
— Хорошо. Я попросил одного знакомого, и он уже выслал нам очень чувствительную фотопленку, полдюжины штук. Мы сможем запечатлеть их физиономии и опознавательные знаки самолета. И все это только при свете звезд! — Хауэлл притянул Скотти к себе и заглянул в глаза. — Послушай, Скотти, нам осталось подождать несколько дней. Старайся не особенно высовываться в конторе, о’кей? Если операция сорвется, то непременно кто-нибудь пострадает, и скорее всего, это будем мы.
— Я буду сидеть тихо, обещаю, — сказала Скотти.
— И мне нужен револьвер. Сейчас.
Скотти отпрянула.
— Но я не знаю…
— Послушай, с Бо шутки плохи. С этим револьвером ты только влипнешь в историю.
Скотти опустила глаза и немного подумала.
— Черт! Ладно, так и быть, — наконец пробормотала она, подошла к сумочке и выудила из нее маленький револьвер.
Хауэлл разрядил его и положил патроны в ящик письменного стола. На душе стало полегче, но ведь оставалось только три дня, и Хауэлл чувствовал, что если за это время не разгадать тайну О’Койненов, ему больше никогда не представится такой возможности. А тем временем столько всего нужно было сделать!
  
Глава 30
 
Бо вышел из конторы и медленно поехал по городу. Когда Джон Хауэлл выложил ему все начистоту насчет Скотти, шериф вздохнул с облегчением, но теперь ему почему-то было не по себе. Он читал детективные материалы Хауэлла, его книгу, понимая, что перед ним умный и цепкий репортер, и остерегался Хауэлла. Утверждение, что Скотти — начинающая, совсем неопытная журналистка, звучало правдоподобно, и Бо перестал ее бояться, но с Хауэллом дело обстояло иначе. Бо был встревожен.
В Швейцарии у него хранился миллион долларов, и ему не было смысла рисковать из-за каких-то восьмидесяти тысяч, если он хотел остаться в Америке. Бо был жаден, но не глуп. В мозгу его звучал тревожный звоночек, и, толком не понимая, о чем его предупреждают, Бо все же решил прислушаться.
Он подъехал к автостоянке возле продуктового магазина Минни Уилсон за несколько минут до условленного срока и немного посидел в машине. Когда же осталось всего полминуты, вылез из автомобиля, подошел к телефону-автомату, установленному на стоянке, набрал номер, опустил в автомат пару монет и чуть-чуть подождал. Трубку сняли, не дождавшись конца первого гудка.
— Все в порядке, я получил ваше сообщение.
— У нас проблемы. Все отменяется.
— Какие проблемы?
— Тут рыщет репортер, — Бо не счел нужным упомянуть, что репортер больше трех месяцев проработал в его конторе. — Вероятно, пошли слухи.
— Он знает что, где и когда?
— Нет, но…