Наследник на его условиях. Книга 2 (СИ)

— Мы с друзьями только что заселились, приехали сюда компанией, Леон не отвечает. Видите, я даже имена знаю, — предпринимаю еще одну попытку.
Девушка задумчиво смотрит на меня, потом переводит взгляд на экран ноутбука. Наманикюренными пальцами набирает что-то на клавиатуре.
— У Дамианисов отдельный дом на берегу моря. Это все, что я могу сказать.
Мне и этого достаточно. Хотя нет. Кое-что необходимо уточнить.
— Лея и Леон Дамианис?
— Бронь на четырех человек.
— Девочка, ее няня и двое мужчин?
— Я и так сказала больше, чем должна…
— Спасибо, — благодарю девушку и отхожу к панорамному окну.
Нужно подниматься в номер, у меня ключи, однако не могу пошевелиться. Разглядываю пейзаж, думая о том, что судьба не может быть ко мне так жестока. Почему снова сводит с этой семьей?
От мыслей отвлекает телефон, который начинает вибрировать в кармане джинсов. Подцепляю его двумя пальцами и принимаю вызов.
— Привет, Оскар, — восклицаю, придав голосу легкости.
— Как добрались, Да-ша?
Как всегда, мое имя, произнесенное им с акцентом, звучит волнующе. На мгновение даже забываю о семействе Дамианисов.
— Всё отлично. Место чудесное. Я только что помочила ноги в море, и это кайф! Спасибо тебе за такую возможность!
— Я рад, Да-ша. Как Эмиль перенес полет?
— Похоже, с самолетами у нас не заладилось. Сын вел себя беспокойно. Я с ужасом думаю о нашем возвращении.
— Вот и не думай. Через пару дней постараюсь к вам присоединиться. Помнишь, я говорил, что нашел подходящего партнера? Так вот, хочу подписать с ним контракт, причем очень выгодный. Мы обогатимся! Ты, конечно же, в доле.
Предчувствие на этот счет не особенно хорошее. Собираюсь спросить, что за компания, и узнать фамилию человека, который ее возглавляет, но Ларссон опережает:
— Дамианис шишка важная, времени всем заниматься у него мало. Прилетит на день, подпишем бумаги и приступим к работе. Для обеих сторон важен результат и прибыль. Греки строят сеть отелей на берегу моря — то, что нам необходимо! Ты в прошлом ас в этой сфере. Уверен, все получится!
В горле встает ком, глаза против воли становятся влажными. Может, Дамианисы — это жизненный урок, который я должна каким-то образом выучить, чтобы больше к нему не возвращаться?
— Да-ша? Ты здесь?
Стоит огромных трудов не застонать в голос. Почему Ларссон заранее не предупредил?
Хотя что бы это изменило? С Оскаром у меня контракт, от денег я не откажусь, работа мне нравится и крайне необходима. Я не могу сидеть на шее у брата, а жить в Швеции недешево.
— Хорошо, Оскар, — отзываюсь, взяв себя в руки. — Я все поняла.
Дождусь приезда Ларссона, а там решу, что делать. Зато вопрос, на кого бронь, кажется, отпал. Сам Зен пожалует в Аликанте.
И вообще, с какой стати я должна бояться с ним встречи? Это он поступил низко по отношению ко мне. Вот только почему-то опозоренной и грязной чувствую себя я.
Тревога за сына и потребность обрести душевное равновесие подстегивают желание подняться в номер. В лифте я продолжаю думать о скорой встрече с Зеном. Просыпается стремление забить на все предрассудки и остаться. С высоко поднятой головой посмотреть греку в глаза. Мне ведь нечего стыдиться. После всего, что сделала со мной его семья, я не сломалась, а наоборот, много работала и добилась хороших результатов в новой для себя профессии. Неужели это не достойно восхищения?
Лили и сына я обнаруживаю в номере брата и Ники. Забираю Эмиля и иду его кормить. Сын быстро засыпает, дорога его вымотала. А меня — навязчивые мысли о Дамианисах. Как за полчаса можно было так себя накрутить? То собираю чемодан и лечу домой, то надеваю свой самый лучший наряд, наношу макияж и с лучезарной улыбкой иду на встречу с греками.
Глажу Эмиля по голове, пока он, причмокивая во сне, сосет грудь, а сама вспоминаю о Лее. Я бы с огромным удовольствием увиделась с Маугли, но не уверена, что стоит это делать, потому что понятия не имею, как девочка отреагирует на мое появление. Вдруг Лея обижается, что я исчезла из ее жизни? А может, она и вовсе обо мне забыла.
 
Как же все сложно, когда не отпустила ситуацию и преувеличиваешь ее значение!
К вечеру на побережье обрушивается дождь. И такой сильный, что о прогулке не может идти и речи. Эмиль спит, я, полувялая, сижу за бумагами и пытаюсь работать. Первый день отдыха вышел комом. Не так я себе представляла отпуск...
Тихий стук в дверь заставляет отвлечься от просмотра документов на ноутбуке. В проем заглядывает Ника.
— Ну как вы тут? Адаптировались? — шепотом спрашивает она.
— Как видишь, — киваю на ноутбук.
— Бросай все. Пошли в бар.
— Ники-и… — чуть ли не стону я от отчаяния, представляя, что придется наводить марафет.
— Давай-давай, — шикает она. — Пять минут на сборы. А я пока предупрежу Лили, чтобы присмотрела за нашим карапузом.
Шумно выдыхаю, когда жена брата закрывает за собой дверь, и иду переодеваться.
Знаю, почему не хочется выходить из номера, но ведь не буду же я скрываться от Дамианисов все дни отпуска? Да и не получится это. Как-то нужно настроиться, что встречи не миновать.
  
3 глава
 
— Не успела приехать, как опять засела за свой ноутбук. Трудоголизм в десятой степени. Ну-ка рассказывай, что случилось. — Ника испытующе смотрит на меня, пока бармен наливает ей вино.
В семье знают: если я не отрываю головы от работы или учебы, значит, пытаюсь отвлечься от каких-то навязчивых мыслей и глушу сердечную боль. Каждую свободную минуту после переезда только и делала, что поглощала тонны информации.
Со стороны, возможно, кажется, что я сильная и со всем справляюсь, но это не так. Иной раз отчаянно хочется повиснуть на чьем-нибудь крепком, надежном плече и плакать. Навзрыд. Однако приходится брать себя в руки и нести ответственность за свою жизнь. А теперь еще и за жизнь своего ребенка. Не думала, что это будет так сложно.
Не знаю, как хватает сил об этом заговорить, но тем не менее решаюсь сказать Нике:
— Дамианисы здесь. Я видела Лею и Леона.
— Что? — вскрикивает она и с грохотом ставит бокал на столешницу, не успев сделать даже глотка.
— Это еще не все. Оскар не просто так выбрал этот отель. Его новые партнеры... Догадаешься кто?
— Не может этого быть... — шокированно произносит Ника. — Я отказываюсь в это верить! — Она залпом выпивает вино и просит бармена повторить.
Тоже хочется напиться, но я кормлю Эмиля.
— Ты, надеюсь, про Оскара и ваших новых партнеров пошутила?
— Столько времени я не говорила о Зене, а сейчас вдруг начала о нем шутить?
— У меня нет слов… Постой, а твоя фамилия в документах где-то значится? Ну, я к тому, видел ли Зен, с кем будет работать?
— В учредительных документах моего имени, естественно, нет.
— Какая засада… — не перестает сетовать Ника. — И что ты собираешься делать?
— Сначала хотела взять вещи и уехать домой. А теперь думаю, что это поступок инфантильной, неуверенной в себе малолетки. Пусть Зен и Леон увидят, что у них не получилось меня растоптать.
— Уверена? — с опаской спрашивает Ника.
На секунду представляю нашу встречу с Зеном, как его глаза задерживаются на мне, и даже ощущаю волнение. Но потом вспоминаю снимок, на котором Зен был с новой женщиной.
— Так странно... — разочарованно цокаю языком.
— Что именно? — Ника сводит брови к переносице.
— По идее, я должна была остаться с сердечной болью из-за неудавшегося брака и не оправдавшихся по этому поводу надежд, а в реальности испытываю боль из-за мужчины, с которым провела несколько ночей и от которого, как я думала, была беременна...
Ника молчит, попивая вино.
— Я не интересовалась, но почему-то кажется, что ты в курсе, кто у Егора с Кирой родился.
— Без понятия. — Она дергает плечом. — И знаешь, что хочу сказать? Точнее, напомнить. Птица опирается на крылья, а человек на семью. Мы всегда у тебя были и есть.